Zero Hour
Шрифт:
– Гай, извини, - наконец, выдавил он. Непривычно тихо и виновато, - Я… Не подумал.
Тишина вступила в свои права, но ненадолго.
– Можно? – слегка заторможено, Цезарь кивнул в сторону сигареты в руках Джузеппе.
– Врачи говорили, что тебе нель… - попыталась было возразить Виттория, но один взгляд Цезаря быстро отбил всякое желание возмущаться.
– Какая разница, Виттория? – он хмыкнул и было в этом простом звуке что-то настолько обреченное, что сердце на мгновение сжал холодный кулак, -
Джузеппе издал непонятный звук и, неловко пошарив в кармане, протянул ему пачку. Чиркнула зажигалка – и Цезарь закашлялся, но сигарету не бросил.
– Какая дрянь…
Микро-кабинет заполнился дымом. Виттория прикрыла нос воротом футболки. Соблазн поддаться искушению и присоединиться был велик, но она сопротивлялась.
Они с Карстеном бросали вместе – и начать снова ощущалось как предательство.
– Джузеппе, эти письма нельзя публиковать, - прокашлявшись, отрезал Цезарь.
– Но…! – ученый в Джузеппе снова победил человека и возмущение сорвалось с его губ. Один взгляд, и он тут же стушевался, - Но почему?! Это же кладезь…
Цезарь перебил его:
– Представь себе на секунду, что с твоим другом случилось что-то ужасное. Он написал об этом тебе, но письма попали в чужие руки – и этот кто-то очень хочет сделать их всеобщим достоянием.
Джузеппе осекся и сглотнул. Человек с ученым снова вступили в схватку не на жизнь, а насмерть.
– Ты бы хотел, чтобы они увидели свет?
В этот раз человек победил.
– Нет… - прошептал Джузеппе.
Цезарь кивнул:
– Вот и я не хочу.
– Но… Но я не один работаю над этой расшифровкой… Не расшифрую я, это сделают другие.
Цезарь задумался. Его сосредоточенный взгляд уперся в экран. Прошло несколько минут перед тем, как он вынес вердикт:
– Хорошо. Я напишу тебе перевод.
Глаза Джузеппе расширились в удивлении.
– …такой, который не замарает память моего друга, - закончил Цезарь.
И все тут же встало на свои места.
[1] Госпиталь в Риме. Метро Поликлинико, возле кампуса Сапиенцы.
[2] (итал.) Имя
[3] (итал.) Фамилия
Фишка в чем. Итальянские nome и cognome этимологически, но не по смыслу, аналогичны латинским nomen и cognomen. Nomen (по сути аналог современной фамилии) со временем превратился в имя собственное. Cognomen (родовая кличка, типа того) – в фамилию. А praenomen, который латинское имя собственное, как раз куда-то выпал. Но у Цезаря-то он есть.
[4] Август, приемный сын Цезаря.
Глава XV
Приезд родителей в гости даже в лучшие времена сопровождался кучей суеты и головной боли – сейчас же, в мрачном предчувствии сокрушений и оханий, с висящим над головой завтрашним
Жаль, что маму это бы нисколечко не остановило.
Джузеппе взял на себя обязанность встретить их на вокзале, - и за это она была ему благодарна, - но даже не попытался немного прибраться в своей берлоге, - и эта обязанность легла на плечи совсем не хотевшей шевелиться Виттории.
Проще так, чем дать маме еще один повод для причитаний.
Цезарь стратегически запропастился куда-то с самого утра. После идиотской затеи Джузеппе с переводом писем, он вообще появлялся дома только для того, чтобы в очередной раз разорить библиотеку, или засесть где-нибудь в углу с самоучителем английского.
Первый раз, когда он пропал на весь день и перестал отвечать на звонки, они подняли на уши весь Рим – но сейчас Виттория уже точно знала, где его искать.
На руинах, которые были ей с детства известны как археологический парк Колизея.
Забытая неизвестно когда в холодильнике паста из ближайшей траттории была в шаге от того, чтобы основать космическую цивилизацию – но отправилась в последний путь в мусорный пакет вместе со всеми своими перспективами.
Виттория остановилась и окинула придирчивым взглядом отдраенную до блеска кухню. Зацепиться, вроде бы, было не за что, но она не питала иллюзий – мама все равно найдет что-нибудь, лишь бы был повод поохать насчет того, что Джузеппе до сих пор не нашел себе жену.
Раздался звонок домофона. Удивленный взгляд метнулся на часы. Поезд родителей должен был приехать всего пять минут назад. Неужели Джузеппе раскошелился на аэротакси?
Звонок повторился и Виттория, чертыхнувшись себе под нос, взяла телефон со стола.
На экране приложения одинокий мужчина в деловом костюме, нисколько не похожий ни на Джузеппе, ни на папу, ни на Цезаря, стоял под дверью, засунув руки в карманы.
Утро сразу же перестало быть томным.
Раздираемая между желанием выяснить, кого это принесло, и страхом увидеть пистолет в опасной близости от своего лица, Виттория оглянулась. В распахнутое окно виднелась стена дома напротив, а под ним, на расстоянии двух этажей вниз, была заставленная машинами узкая улица.
В крайнем случае можно будет убежать так.
Звонок повторился.
– Кто там? – с опаской спросила она в микрофон.
Мужчина поднял голову. Его лицо мелькнуло в камере – и липкий, опоясывающий холодом, ужас испарился.
– Адриано Дзамбони , - проскрипел динамик.
Какого черта у них дома забыл мэр Рима?
И какого черта он просто не позвонил, если уж ему действительно что-то нужно?!
Эти, и несколько других вопросов Виттория и вывалила ему на голову, едва открыв дверь.