Zero Hour

slip

– Ну должно же быть хоть что-то… - простонал Джузеппе.

Завывающий ветер доносил до ушей только крики чаек. Все знали, что нужно делать дальше. Но никто не решался сказать это вслух.

Папа оказался из них самым решительным.

– Пойдем домой. Сегодня мы все равно больше ничего не сможем сделать, - попытка подсластить горькую пилюлю ничуть не помогла.

Завтра не изменилось бы ничего.

Понурые и поникшие, они в молчании брели по опустевшим мощенным улочкам. В поисках ночной жизни люди шли куда угодно,

но только не в их тихий и спокойный район.

Что-то внутри как будто сопротивлялось. Как будто хотело бежать куда-то, делать хоть что-то, но куда и что было не понятно – и Виттория неимоверным усилием все-таки заставляла себя переставлять ноги и идти домой.

Когда молчаливый Джузеппе провернул ключ в замке, сердце пропустило пару ударов.

Свет ударил в глаза. Следом за ним пришло запоздалое осознание – они вышли еще засветло и не могли забыть его выключить.

Тогда…

– О, вот вы где, - живой и на первый взгляд целый Цезарь вышел им навстречу, - А я уже хотел идти вас искать.

– Гай! – не удержавшись, Виттория бросилась к нему, даже не разувшись, - Господи, мы так волновались!

– Почему? – Цезарь удивленно вздернул бровь, но не отступил и позволил ей повиснуть у себя на шее.

– Ты стащил мой планшет, а там… - сзади раздался неуверенный голос Джузеппе.

– Что там? – Цезарь усмехнулся, но его глаза не улыбались.

Так, словно он прекрасно понимал, о чем говорит Джузеппе, но хотел, чтобы тот сказал это вслух.

– Ну… - для профессора и знатока своего дела, сейчас Джузеппе звучал очень косноязычно, - Там все плохо. И мы подумали…

– …что я могу чего-нибудь натворить? – закончил за него Цезарь, - Джузеппе, я не собираюсь облегчать жизнь тем, кто за нами охотиться. Если они хотят получить это тело, - он ударил себя кулаком в грудь, - Пусть хотя бы немного постараются.

Время близилось к полуночи. Над кухней, несмотря на распахнутые окна, уже висела плотная дымка. Втроем, Джузеппе, папа и Цезарь курили так много, что рядом с ними накуриться можно было, даже не доставая своих сигарет.

Выгнать их на улицу никак не получалось, и Виттории с мамой не оставалось ничего, кроме как прятать носы и недовольно морщиться.

– О, смотрите, - Джузеппе выдохнул облачко дыма и повернул к ним экран своего телефона, - На Монти есть бар, закроется только к утру. Можем пойти туда.

Запасы еды и вина дома давно подошли к концу, но расходиться спать еще никому не хотелось.

– На Монти? – Цезарь прищурился, пытаясь разглядеть карту на небольшом экране телефона.

– На Субурре, - тут же сориентировался Джузеппе.

Цезарь прыснул и помотал головой:

– Пить ночью на Субурре? Да вы рисковые.

– Ты о чем? – алкоголь давно смыл языковой барьер и неловкость, и папа уже общался с Цезарем так, как будто они были старыми друзьями.

– Опасный район. Грабили меня там пару раз по молодости. И это при

том, что я там жил.

– Сейчас это самый центр города, - хохотнул папа, - Отели, траттории, бары, толпы туристов, шум круглосуточно. У меня там друг детства жил, я как-то пошел к нему с ночевкой, вообще заснуть не смог. А ему хоть бы что.

Прохладный весенний ветер приятно обдувал после неожиданной дневной жары. Пустынные, тихие улицы, вино в крови и невероятное облегчение от того, что с Цезарем все было в порядке, хотя бы настолько, насколько это было возможно, навевали приятное легкое ощущение и желание гулять хоть всю ночь напролет.

Но над головой нависало завтрашнее собеседование, и позволить себе подобную вольность Виттория не могла.

Стоящие днем в сплошных пробках, узкие улицы сменились одной, длинной и широкой. Справа белел подсвеченный как рождественская елка монумент, а впереди, за огромным заполненным руинами простором, виднелся силуэт такого же светящегося Колизея. Здесь уже то и дело встречались немногочисленные туристы – и их количество все росло и росло с каждым шагом.

Возле бара, который нашел Джузеппе, так и вовсе было не продохнуть.

Громкая живая музыка тонула в многоголосом шуме толпы.

– Джованни, а ты в курсе, что ты пару недель назад был в горах? – Цезарю приходилось кричать для того, чтобы идущий рядом с ним папа услышал хотя бы что-то.

– Я? – удивился папа.

– Ты-ты, - Цезарь хохотнул в кулак, - А потом тебя эвакуировали в Медиолан.

– Милан, - уже привычно поправил подергивающий головой в такт музыке Джузеппе.

– Так, а почему меня не предупредили?! – полу-шуточно возмутился папа, - Я, может быть, тоже хотел поучаствовать!

– Тебе бы не понравилось, - ухмыльнулся Цезарь, - Там лавина сошла, и в железнодорожном туннеле что-то странное случилось.

Непонимание папы можно было буквально пощупать, и Цезарь быстро пошел на попятную и перестал пытаться сломать ему мозг:

– Нам нужно было как-то пересечь границу мимо пограничников. Эвакуация очень вовремя подвернулась под руку, а Виттория посчитала, что проще будет, если я прикинусь тобой. Не знаю, как это прокатило, мы же вообще не похожи.

Виттория хмыкнула, но промолчала. Пусть будет одной загадкой больше – тем более, на эту она не знала точного ответа и сама.

Вечеринка быстро затянула их в свои плотные объятья – и нависшей над головой после разговора с родителями мрачной тучи скоро не стало. Музыка, вино и счастливые лица людей вокруг унесли ее без следа.

– Может быть, Вам обновить? – приняв очередной заказ у заметно надравшихся Джузеппе и Цезаря, бармен обратил внимание и на нее.

– Нет, спасибо, - отозвалась Виттория, забирая свои крылышки, - У меня завтра собеседование, я не могу…

– Да ладно тебе! – Джузеппе повис у нее на плече, - А у меня завтра с восьми лекции, ну и что?