Желанная
Шрифт:
Я крепко обняла сына, а после осыпала его лицо поцелуями. Как ни старалась, слезы сдержать не удалось.
— Не плачь, мама, — сказал малыш. — Я тебя люблю.
— И я тебя, — всхлипнула. — Больше всего на свете.
С трудом разжав объятия, я передала Ивара дедушке. Покидая крепость, постоянно оборачивалась и махала сыну рукой, пока различала его фигурку. Впервые с момента попадания в новый мир разлучилась с ребенком. Не подозревала, что будет так плохо. От меня будто оторвали
Мы пустились в обратный путь. Всаднику достаточно недели, чтобы от крепости Леннарт добраться до крепости Арвид, но с нами шли наемники, тянулись телеги с продуктами и вооружением, а потому мы передвигались медленно, за ту самую неделю преодолев лишь две трети пути.
Каждую ночь караван останавливался на ночлег. Мы с Тором спали в крытой телеге — этакий средневековый дом на колесах. И все время повторялось одно и то же: я уговаривала мужа отпустить меня в крепость, а он отказывался. Не стала исключением и эта ночь.
— Послушай, — поглаживала я плечо лежащего рядом мужчины, — мы передвигаемся слишком медленно. К тому моменту, когда мы, наконец, достигнем цели, Давен уже будет тойоном.
— Одну я тебя не отпущу, — Тор твердил это, как заведенный.
Я вздохнула. Попробую зайти с другой стороны.
— Не отпускай, — согласилась. — Отправь со мной кого-нибудь из воинов. Хоть Никласа.
Тор поморщился. Только ревности сейчас не хватало! Я назвала Никласа по простой причине — он единственный с кем нашла общий язык. Другие наемники меня откровенно пугали.
— Ты ведь не откажешься от своей затеи, — Тор приподнялся на локте, заглядывая мне в лицо. — Если я продолжу запрещать, ты сбежишь.
Это было утверждение. Мужчина неплохо меня изучил.
— Я уже написала тебе письмо, — призналась.
— Опять письмо. Что за любовь к эпистолярному жанру? — фыркнул муж.
Это был риторический вопрос, и я промолчала.
— Но ты не ошиблась, — добавил Тор, — нам и правда не помешает ускориться. Уговорила, завтра утром ты отправишь в крепость Арвид. При одном условии: я и четверо наемников поедем с тобой.
— Но тебе опасно показываться рядом с крепостью! — возмутилась я.
— На месте разберемся.
Я не пыталась его переубедить. Это бесполезно. Но маленькую победу я все-таки одержала, и наградой мне стал поцелуй, который быстро перерос в большее. Мы с Тором отдавались друг другу без оглядки, наплевав на то, что нас слышит целый лагерь. Кое-чему этот мир все же научил меня: если любишь — люби. Отбросив предрассудки и стыд, потому что в любви нет ничего дурного. Она прекрасна во всех проявлениях.
Утром Тор передал командование Расмусу, приказав наемникам и дальше двигаться в сторону
Никлас, несмотря на беспокоящие его ссадины на спине, был донельзя доволен тем, что выбрали его. Прямо сиял. Я не выдержала и шепнула ему, пока Тор не слышал:
— Нахмурься.
— Зачем? — удивился юноша.
— Чтобы не выглядеть таким счастливым. У нас важное дело. Не развлекаться едем.
— Я готов ко всему, миледи, — заверил он. — С вами хоть в пропасть со скалы.
— Погоди с пропастью, — осадила его. — Лично я собираюсь выжить и вернуть нам крепость.
Чем ближе мы подъезжали к цели, тем сильнее портилась погода. Солнце скрылось за тучами, из-за чего даже днем было темно, как ночью. Море бушевало, ожесточенно набрасываясь на скалы, словно пытаясь их разрушить. Порой волны доставали аж до стен крепости. Пока камни держались, но если стихия не успокоится, всем придется туго.
— Что происходит? — спросила у Тора, перекрикивая шум дождя.
— Владыка мертвой воды недоволен.
— Почему маяк так его разозлил?
— Огонь и вода давние враги. Поэтому зажигание маяка было под запретом.
— А я его нарушила, — пробормотала себе под нос, — и теперь Владыка хочет уничтожить крепость.
— Что ты сказала? — не расслышал Тор из-за ветра.
— Я спросила, что нам делать? Как усмирить Владыку?
— Только жертвой. Если он ее примет, конечно.
Я поежилась. Сколько жизней должно оборваться, чтобы жадное чудовище насытилось и успокоилось?
Когда впереди показались очертания крепости, я обратилась к Тору:
— Едва войдешь внутрь, тебя возьмут под стражу.
— Одной тебе ехать опасно, — насупился Тор.
— Со мной Никлас и наемники, — я протянула руку и сжала ладонь мужа в своей. — Твой арест не поможет нам, — потом оглянулась. Взгляд упал на маяк. Сейчас он не горел. — Вот подходящее место. Спрячься на маяке, а я выступлю на совете. Как только все наладится, ты вернешься в крепость и войдешь в нее не преступником, а победителем.
Тор стиснул мою руку в ответ:
— Пожалуй, ты права.
Я улыбнулась. Неужели удалось уговорить Тора? Удивительно, как легко он согласился. И это после жарких споров последних дней. Прежде не замечала за собой дара убеждения. Но я не стала спрашивать, почему Тор передумал. Побоялась искушать судьбу.
Союз наших рук распался, и Тор увидел на своей кровь.
— Твоя рана на ладони опять кровоточит, — сказал он.
— Должно быть, натерла поводьями. Ничего страшного, сейчас перевяжу.