Женушки из Бата
Шрифт:
— Нет! — резко ответила Элис и села прямо. — И знаешь что? Я устала от людей, которые так думают. Я всегда хотела иметь детей. Всегда.
— Так чего ты ждешь? — теперь он говорил мягко.
Элис уставилась на свои руки.
— О, Боже, я не знаю. Ничего конкретного. Или очень многого. Например, подходящего мужчину. Найти его не так просто. — Она в отчаянии посмотрела на костер.
Некоторые из наиболее раскованных гостей уже плясали вокруг него обнаженными. Не нужно говорить, что среди них не было родителей Элис, которые давно отправилась назад в гостиницу. Также
Элис поняла, что Джейк за ней наблюдает. В мерцающем свете костра выделялись его резко очерченные скулы, глаза горели, как у волка.
— Ты никогда не думала о том, чтобы уехать из Нью- Йорка? — тихо спросил он. — Вернуться домой?
— А почему тебя это так интересует? Джейк улыбнулся.
— Из корыстных соображений. Потому что ты великолепна, и я думаю, что там ты сгниешь.
Элис широко открыла рот.
Он заново наполнил ее бокал. При прикосновении его руки она почувствовала, как между ними пробежал ток. Определенно пробежал. Элис в панике отдернула руку.
— Ты это почувствовала? — прошептал Джейк. Сердце Элис судорожно билось в груди. Она посмотрела в бокал так, словно во всем винила шампанское.
— О-о, шампанское к этому не имеет никакого отношения, — засмеялся Джейк грудным смехом. — Ты на меня посмотри.
Элис посмотрела. Нельзя было ошибиться в том, что говорили его глаза. Они передавали старейшее в мире послание. Элис заставила себя отвернуться. Этого не может быть.
Джейк придвинулся к ней. Она почти ощущала его дыхание. Ее глаза стали закрываться сами по себе, она ощутила легкую дрожь, во рту пересохло, а губы сами по себе приоткрылись, чтобы их поцеловали. Так вот что значит чисто животное влечение. Элис всегда считала, что оно существует только в кино.
— Тебе понравилось? — прошептал он, когда они оторвались друг от друга, чтобы вдохнуть воздуха.
Она кивнула. Его глаза, теперь находящиеся так близко, удовлетворенно прищурились.
— И мне понравилось. Не вижу смысла ходить вокруг да около. Если тебе кто-то нравится, это нужно сказать. На этой планете у нас нет времени, чтобы тратить его попусту. А если мы ходим вокруг да около, мы его теряем. Я очень не люблю потери. Всех видов.
Его лицо снова приблизилось к ее собственному, и Элис почувствовала, как тянется к мужчине, словно беспомощный кусок железа к мощному и очень сексуальному магниту.
Джейк сильно прижал ее к траве и поцеловал.
— Не возвращайся в свой проклятый Нью-Йорк, — приказал он.
Однако Элис вернулась. Она отправилась назад, как и собиралась, на следующий день.
В конце концов, у нее там была жизнь и работа. Хотя они и не полностью ее устраивали, она не собиралась от них разом отказываться из-за поцелуев и объятий на свадьбе, несмотря на то, что случившее было очень приятным. Да, ей было очень хорошо с Джейком. На самом деле лучше, чем с кем- либо. И они не только целовались и обнимались.
Она улыбнулась при воспоминании
Ночь за ночью в Нью-Йорке Элис заново переживала тот вечер. Иногда днем она вспоминала его слова. «Ты легко можешь себе позволить отдохнуть… Подумай, что ты хочешь делать со своей жизнью… Живи сейчас. А дети? Они как попадают в схему? Чего ты ждешь?»
На работе Элис все больше и больше смотрела на растущий живот Шерри. На улице тоже казалось, что дети вдруг появились везде. Или на Пятой авеню всегда было полно модных мамочек с отпрысками в модной детской одежде? В каждом журнале, в который она заглядывала, в глаза бросалось множество счастливых красивых семей. Даже на рекламных щитах было полно младенцев.
Словно для того чтобы мысль еще прочнее укрепилась в голове Элис, по пути на работу через Центральный парк она стала встречать группу усталых мамочек с черными кругами под глазами. Они собирались каждое утро для выполнения упражнений, держась за ручки детских колясок. Казалось, они оживляют Центральный парк. Рядом с местом занятий группы устанавливался небольшой плакат, призывающий «быстро восстановить фигуру до предродовой».
Элис смотрела на коляски, с которыми занимались мамочки, и думала, что это «Мазерати» колясочного мира. Их покрывала блестящая ткань, из которой часто шьют альпинистские костюмы, серого оттенка или цвета хаки. Блестели широкие новенькие колеса с хромированными спицами, покрытые черной резиной. К коляскам были добавлены различные усовершенствования типа держателей для стаканчиков с кофе, которые продают на вынос. При виде колясок появлялась мысль, что они без труда покорят Эверест. Да и инструктор группы вполне смогла бы. Это была вечно хмурящаяся дама в современном спортивном костюме, которая отдавала приказы рявкающим голосом.
Эти физические упражнения для мамочек казались Элис тяжелой работой. Ей было жаль женщин, а еще больше младенцев, которые лежали в колясках и были вынуждены наблюдать за усилиями тяжело дышащих родителей. Некоторые дети плакали, что казалось вполне естественной реакций на зрелище, которое в этом возрасте и под этим углом зрения должно казаться ужасающим. И если вначале орали не все, то в момент, когда мамочки хватались за ручки колясок и на пределе сил бежали бегом по центральной аллее парка, подключались уже все младенцы.
Элис содрогалась от подобных зрелищ. Конечно, рождение ребенка достаточно травмирует, так зачем же сразу после него еще и носиться по парку? По виду некоторых младенцев, им было всего несколько недель. Но, возможно, так принято только в Нью-Йорке. Ведь, в конце концов, именно в Нью-Йорке «Шварц» штампует стройные ряды DVD «Моцарт для младенцев», «Бах для младенцев» и «Эйнштейн для младенцев», которые обещают зажечь искру гениальности в самом крошечном мозгу. Несомненно, детям этих физкультурниц предстоит слушать именно эти диски после возвращения домой.