Женушки из Бата
Шрифт:
Элис сделала паузу. Вопрос мог бы вызвать смех, если бы не сложилась такая серьезная ситуация. Как бы Аманда Хардвик ни следила за собой, она не могла сравниться с красивой молодой блондинкой, звездой экрана, чей шестидесятилетний муж подал иск о клевете.
— Она очень знаменита, — осторожно заметила Элис, задумываясь, почему пытается не ранить чувства Хардвик. На самом деле она знала. Она делает это ради «Интеркорпа», и ради «Интеркорпа» пытается заставить несносную журналистку наилучшим образом вести себя на протяжении судебного
— На самом деле я сама очень знаменита, — прогрохотал голос Аманды с другой стороны провода.
Элис застонала и решила, что пришла пора положить конец этому безумию.
— Это не имеет значения. Мы в любом случае проиграем. Единственный вопрос в том, как много придется платить.
— Проиграем? Мы должны проиграть?
— Да. Так что теперь нам с вами необходимо обсудить, что вы скажете, чтобы снизить сумму иска.
— Вы имеете в виду, что я должна помочь вам снизить сумму иска?
— Все правильно. Это должно быть возможно, если…
— Подождите минутку, — завопила Аманда.
— Это вы — проклятый юридический отдел. Это ваша работа разбираться с этим делом, а не моя. Вы — просто бесполезное дерьмо!
— Послушайте… — Элис была готова представить Аманде истинное положение вещей. Во-первых, это она изначально написала набор лжи. Если бы эта ложь не была опубликована, то они бы не оказались в этой ситуации.
— Нет, это ты послушай, мисс Благочестивая Паршивая Проклятая Ханжа! Только потому, что ты дерьмовый юрист, собирающийся проиграть дело в суде, не рассчитывай, что я собираюсь тебя вытаскивать.
Щелчок. Короткие гудки. Аманда повесила трубку. Элис уставилась в трубку, которую держала в руке. Она испытывала искушение запустить ею в стену. Но злость и стресс могут плохо сказаться на ребенке. Вместо этого Элис закрыла глаза, откинула голову назад и сделала несколько глубоких вдохов, чтобы успокоиться.
— Привет. Я и не знал, что ты занимаешься дыхательной гимнастикой.
Услышав его голос, знакомый, но все еще непривычный, она резко дернулась и села прямо. Элис сморгнула слезы, блестевшие у нее в глазах после разговора с Хардвик. Невероятно, но это была правда. Он на самом деле находился у нее в кабинете. Ослепительно красивый, ослепительно улыбающийся, такой ослепительно высокий, что заполнил собой дверной проем. В руках он держал охапку ослепительно красных роз. У Элис открылся рот. Джейк.
— Он сказал, что вы знакомы, — с беспокойством выкрикнула Шерри у него из-за спины. — Он просто вошел. Я не смогла его остановить.
Элис приподнялась со стула, потом рухнула на место. У нее кружилась голова.
— Все в порядке. Я на самом деле его знаю. Спасибо, Шерри. Не могла бы ты…
— Закрыть дверь? Конечно. Огромный букет цветов поплыл вперед, а Шерри
Элис посмотрела на Джейка. Он тоже смотрел на нее поверх роз.
— Что ты здесь делаешь? — выдохнула она. — Как ты меня нашел?
— Я услышал, что ты меня ищешь. Слухи дошли, — сказал он сквозь розы. — Твоя тетя сказала друзьям Салли и Бо, с которыми я случайно столкнулся. Я должен был приехать, чтобы выяснить, не собираешься ли ты подать на меня в суд или еще что-нибудь.
— Подать на тебя в суд? — воскликнула Элис. Он прищурился над цветами. Ему было забавно.
— Ну, никогда не знаешь. Очевидно, ты хотела обсудить какой-то юридический аспект. Раз ты юрист и все такое. А учитывая то, чем мы занимались во время свадьбы…
Элис поспешно протянула руку, чтобы отключить связь с Шерри в приемной. Она нисколько не сомневалась, что ее секретарша все слушает.
— Итак? — Он выжидательно улыбался. — Давай. Выкладывай. В чем дело? Сексуальные домогательства? Незаполнение твоего желудка поглощающими алкоголь бутербродами? Или еще что-нибудь?
— Сядь. — Внезапно Элис начала нервничать. Трудно сказать практически незнакомому человеку, что он будет навечно с тобой связан неожиданно соединившимися клетками.
Она сжала стебли роз, и костяшки пальцев у нее побелели, пока она объясняла ему, почему его искала. У него от удивления округлились глаза. Однако он ничего не ответил. Кабинет погрузился втишину. Тишина казалась ужасной.
— Ну? — в конце концов прошептала Элис. — Что ты думаешь? Не беспокойся, я не собираюсь тебя преследовать и требовать алименты. Я. сама позабочусь о ребенке…
Но теперь Джейк отбросил цветы в сторону и плясал в кабинете. Он кружился, издавая радостные звуки, волосы разлетались в стороны.
— Значит, ты рад? — выдохнула Элис. Она даже вспотела от облегчения.
Джейк ударил по столу большой коричневой ладонью.
— Рад? Боже, не каждый день узнаешь, что станешь отцом.
Шерри заглянула в кабинет, чтобы проверить, из-за чего там начался такой шум, Джейк подмигнул девушке, запер дверь, спустил жалюзи и притянул Элис к себе.
— Нельзя! — выдохнула Элис, когда он опускал ее на пол. — Не здесь!
Но оказалось, что они все могут. И все получилось. Позднее он отвел волосы у нее со лба и улыбнулся, глядя ей прямо в глаза.
— Элис. Послушай. Теперь ты должна вернуться.
— Что?
— Возвращайся со мной. Домой. В Англию. Рожай ребенка и подумай о своей жизни.
— Ты сказал «со мной»?
— Конечно. Почему нет, черт побери? Почему ты должна сама о себе беспокоиться? Ты же носишь ребенка.
Он поцеловал ее голый живот и улыбнулся, глядя ей в глаза. Элис снова почувствовала, что тает. Этой ночью он отвел ее в «Радугу», самый любимый бар Элис в городе. Они сидели на шестьдесят четвертом этаже и потягивали шампанское.