Жрон

Курзанцев Александр Олегович

Я рассмеялся: 

— Шимусу самая пара выйдет.

— То есть, ты не против?

— А то, с лучшей-то студенткой курса, какой дурак против будет.

Она только вздохнула, видимо коря себя за невольный порыв, но сказанного не воротишь. Поэтому, сказала сурово: 

— Рон Уизли, но только попробуй запороть мне зелья, и живой ты позавидуешь мёртвым.

Посверкала, для острастки, глазами, но, не видя возражений с моей стороны, вернулась к прерванному занятию, а я, уже более осмысленно посмотрел в книгу.

Вот и решилась моя проблема

со Снейпом. Надеюсь, ему не взбредёт в голову начать нас пересаживать? Это будет совсем уж подло.

Мысли о Крауче отошли на второй план, и я принялся внимательно читать из чего же состоят и как работают заклинания.

Теория начиналась с понимания роли и места палочки в сочетании заклинания.

«Палочки являются концентраторами магии», — читал я: «Излучая её в пространство, но не постоянно, а лишь при маго-динамическом резонансе. Условием маго-динамического резонанса является правильное вербально-динамическое воздействие на палочку».

Я с подозрением оглядел книжку, приостановив чтение. Это точно основы для одиннадцатилеток? А не пособие для аспирантов кафедры Чар? Но нет. «Основы магии, 1 курс». Рекомендовано Министерством, бла-бла-бла и тому подобное.

Осмыслив прочитанное, понял, что владеть беспалочковой и невербальной магией мне не светит, как и всем остальным магам тут. Потому что для сотворения заклинания нужны три обязательных компонента, это: Палочка, Слово и Жест. Вот так, с большой буквы. Выкини хоть один, и никакого великого колдунства не выйдет. Печалька. Но теперь понятно, почему даже Волди орёт «Авада Кедавра», а не молча мочит всех вокруг. Никому ещё не удалось обойти этот запрет.

«Заклинания, относимые к простейшим и подходящие для освоения учениками начального курса, не требовательны к точности жеста и средне требовательны к точности слова. При произношении нужно соблюдать ударение в слове, соотнося его с начертанием жеста».

Там приводился каноничный пример заклинания «Вингардиум Левиоса». Жест в данном случае состоял из вертикального движения палочки при проговаривании «Вингардиум», и требовалось, чтобы звук «А» на который падает ударение совпадал с верхней точкой взмаха, и горизонтального (рассекающего) движения, крайняя точка которого должна совпадать с ударением в слове «Левиоса». Соответственно, изменение ударения сбивает резонанс, и на выходе получается пшик.

Почитав, я схватился за голову. Заклы первого уровня, это всё то, что не требовательно к жесту и, как правило, состоит всего из двух движений палочкой. Но и то, запороть куча возможностей. А начиная дальше, сложность каста растёт в геометрической прогрессии.

Ударения в слове и словах должны чётко совпадать с экстремумами рисуемой жестом конструкции. В том же «Протего» уже жест из четырёх движений. И это заклинание третьего курса. Экспелиармус уже даётся не всем учащимся. Поттер, с его интуитивным кастом такого заклинания, уже уникум. Ибо пятижестовая конструкция с двумя ударениями в слове.

Приводился пример, что если для уверенного

исполнения подобного заклинания нужно в среднем тысячу повторений, то для рефлекторного использования не менее десяти тысяч повторов. Прямо каратистские ката какие-то.

Планы быстро овладеть богатым арсеналом всевозможных заклинаний развеялись как дым. А я понял, почему на Чемпионате, тогда, все эти тысячи обывателей слепо рванули бежать. Да попросту позабывали в страхе как колдовать. В спокойной обстановке ещё куда ни шло, а вот так, ночью, при пожаре, трясущимися руками, попробуй, не то что Жест правильно воспроизведи, ещё Слово правильно вспомни.

А ведь есть ещё заклинания, которые должны при определённом эмоциональном настрое кастоваться.

Но тут часы пробили полседьмого, и я начал собираться. Гермиона вся была в своих книжках, растрёпанные волосы и засученные рукава мантии явственно говорили, что она здесь надолго.

На моё: — Я пойду… — кивнула только и снова зарылась в изыскания.

Пожав плечами, закинул сумку на плечо, попрощался с библиотекаршей и неохотно поплёлся в сторону кабинета ЗОТС.

А если Крауч действительно законченный пидорг-извращенец? Приду, а там он в Грюмовском обличье, в розовых кружевных трусах и с посохом в жопе? Да меня же сразу в Мунго увезут. Если я, конечно, успею убежать.

Дверь кабинета я приоткрывал не без некоторого опасения. Но увидев, что Грюм одет как всегда, а посох лежит на столе, тихо выдохнул и зашёл уже смелее.

Старый аврор стоял ко мне спиной, словно задумавшись, и я уже было собрался его окликнуть, как в кабинете вдруг, со страшной силой, что-то взорвалось.

Очухался я под партой, под которую улетел в кувырке в сторону, судорожно нашаривающим палочку. Хотя, хоть убей, ни одного заклинания не вспоминалось. Ещё одна иллюстрация к выводам из прочитанной книги, что без долгой наработки палочка как мёртвому припарка.

— Реакция хорошая, действия… — послышался довольный голос незаметно подкравшегося Грюма, оказавшегося, совершенно незаметно от меня, сбоку с палочкой в вытянутой руке. — Сойдёт. А вот что ты думаешь делать дальше?

— Ну… — протянул я, нервно поглядывая на лже-аврора, мало ли что Краучу в его больную голову придёт: — Наверное, обнаружив противника, атакую его каким-нибудь заклинанием.

— Ну так атакуй, — Грюм улыбнулся своей кривой ухмылкой, а мне пришлось признать очевидное.

— Я бы рад, сэр, но что-то не вспоминается ничего.

— То и оно, Уизли. И девяносто девять наших так называемых магов, из ста, в такой ситуации тоже не сразу сообразят, с какой стороны за палочку взяться.

Опустив палочку, аврор прохромал обратно к своему столу и поднял что-то лежавшее там и блеснувшее в свете ламп. 

— Лови.

Вовремя сообразив что у него в руках, я отшатнулся, снова ныряя под парту, а в соседней задрожал, крепко воткнувшись в неё, нож.

Финка, похоже, что моя. Либо копия, с такой же наборной рукояткой.