Жрон

Курзанцев Александр Олегович

— А вторая группа?

— Напала на них в момент осмотра тела, — покачала в ответ головой Рита.

— Интересно девки пляшут, — я задумался. — Кстати, а почему в газетах ничего об этом не было? Я тот период очень внимательно изучал.

— Дело под грифом. Прямая резолюция Скримджера, — Рита серьёзно посмотрела на меня. — Сам понимаешь, такое чревато.

Я кивнул. Подумав, задал ещё вопрос:

— А чья вторая группа была, известно?

— Нет, тоже наёмники, но на кого работали, неизвестно.

— Всё интересней и интересней, — задумчиво пройдясь

по коридору, резюмировал: — Итак, было две группы наёмников по его душу — нашего незабвенного Седрика. Но убили его не они. Значит, был кто-то третий.

— Получается так, — согласилась со мной журналистка.

— Ага, первая группа от гномов, — начал я загибать пальцы. — Вторая, допустим, от дельцов из Лютного, если он им действительно пытался впарить философский камень. Это я вполне могу понять. А вот третий-то от кого? — я посмотрел на свою помощницу, но та только пожала плечами. Затем, как-то странно посмотрев на меня, задумчиво произнесла:

— Ну, если в порядке бреда…

— Говори.

— Третьи могли быть от Дамблдора.

Запнувшись, я остановился. Прикинув расклад, согласно кивнул:

— Если бы на его месте я узнал по чьей вине потеряны артефакты, пожалуй да, не поскупился бы на киллеров.

Тут вдруг ещё одна мысль пришла мне в голову. Ухватив её за хвост, и придирчиво рассмотрев со всех сторон, я криво усмехнулся.

— Третьим мог быть и не Дамблдор.

— А кто? — живо поинтересовалась Скитер.

— Волдеморт, — нейтрально произнёс я, ещё раз обдумывая такой вариант и находя его вполне возможным, мимоходом заметив, как её глаза делаются круглыми от удивления.

Вдруг она, недоверчиво хмыкнув, бросила:

— Да ну. Он же мёртв.

— Опасное заблуждение, — сделав паузу, холодно посмотрел на неё. — Иногда даже мёртвые возвращаются. Особенно если они сильные маги.

Ясно читаемый скепсис пропал из её взгляда, когда Рита, по всей видимости, припомнила собственные выводы о моей личности. Молча кивнув, больше глупых вопросов не задавала.

Глава 34

«То время пронеслось,

И те года прошли,

Когда считал я хер за ось,

Вращения Земли».

Напевал я Губермана, придирчиво крутясь перед зеркалом и оценивая во что меня обрядила Рита. В целом, на мой дилетантский взгляд, было неплохо. Самая суть, что к рыжим волосам подходит далеко не всё, про это мне ещё Скитер все уши прожужжала.

Как Поттер, пойти в стильной чёрной мантии мне не светило, поэтому зоркий женский глаз выбрал для меня тёмно-зелёный колор. Всё бы ничего, но сходство со слизеринскими цветами было видно невооружённым глазом.

С другой стороны, я всегда могу сказать, что выбор цвета был комплиментом моей спутнице. Я же, как бы, мужчина, должен уступать. От Дафны, кстати, мне досталась заколка на ворот мантии в виде серебристой лилии.

Бал, да, мне было, пожалуй, даже интересно посмотреть, кто во что там вырядится. Гарри я уже видел, единственный вопрос у меня был, откуда он, каким таким путём достал свой

вполне стильный прикид? В чём в чем, а в наличии вкуса и навыков в подборе одежды ранее он замечен не был. Надо будет спросить как-нибудь потом.

Насвистывая непритязательный мотивчик, я вышел из спальни. Привычно, молча проигнорировал обращённые ко мне взгляды софакультетников, которые, правда, смотреть — смотрели, но высказываться не пробовали, привыкли уже к моим выкрутасам.

Увидев Гермиону, пока ещё в повседневной мантии, дёрнулся было заговорить, испытывая снова болезненный укол совести, но натолкнувшись на холодную стену отчуждения, виновато поджав хвост ретировался.

До чего же неудачно всё вышло, мои опрометчивые слова килограммом соли ухнули на её, как оказалось, огромные незажившие раны. Первая любовь, что поделаешь. Чутьё подсказывало мне, что хоть какое-то подобие отношений с ней вопрос очень не близкий. Единственно, что вселяло некий оптимизм, со временем боль должна была притупиться, а учёба и лето, проведённое с семьей, отвлекли бы от мыслей о Седрике. Время, как известно, лечит.

Придя к успокаивающему выводу, что на следующем курсе шансы на восстановление более-менее нормального диалога с Грейнджер у меня есть, я загнал не вовремя вылезшую совесть обратно, туда, за пределы собственной эмоциональной сферы и направился в сторону подземелий встречать Гринграсс. В конце концов, сейчас надо было сосредоточиться именно на балу.

В замке было людно как никогда. Да и сам Хогвартс был пёстро украшен, как всевозможными гирляндами, так и магически выращенными растениями, какой-то разновидностью плюща, расползшегося по стенам и потолку и распустившегося цветами всевозможных оттенков.

А уж как пестрело в глазах от разноцветных платьев дорвавшихся до праздника студенток. Всевозможных форм и расцветок. Кое-кто в национальном, типа тех же сестёр Патил. Девушки, они, к слову, были довольно красивые, но всё-таки не пара двум Чемпионам.

Раскланиваясь по дороге со знакомыми, у главной лестницы встретил Крама. Болгарин был в обтягивающем как перчатка полувоенном мундире, с видом суровым и неприступным, замерший у последней ступеньки. Было видно, что он тоже кого-то ожидает, но, правда, завидев меня, чуть улыбнулся и кивнул, приветствуя. Кивнув в ответ, мазнул взглядом по стоявшим в отдалении девчонкам, облизывающим Виктора жадными взглядами, и смог им только посочувствовать. По всем признакам, болгарин собирался всё своё внимание сосредоточить только на выбранной спутнице.

Крам, как мне казалось, в том числе и по впечатлению сформированному книгами и фильмом, был пресловутым однолюбом, что при его известности и внешности было сродни издёвке. Такому племенному жеребцу надо на разведение и осеменять, осеменять, вон сколько кобылок в стойлах копытом бьют, но мы, понимаете ли, образец высокой морали и быта. И ведь за девчонок больше всего обидно, был бы как все нормальные парни и, пусть не каждая, но далеко не одна смогла бы попользоваться мужиком, а тут такой облом. Ну да Мерлин с ним.