Жрон
Шрифт:
Прожигая нас взглядом, она подошла ближе.
— Мистер Лонгботтом, вот от кого-кого, а от вас такого не ожидала. Я всегда считала, что ваша бабушка воспитывает вас в самых строгих правилах. Считала вас примером порядочности, а вы?
Красный как помидор Невилл не знал куда деваться. В один момент чуть было не отпустил ноги Грейнджер, собираясь, видимо, самым безыскусным образом сбежать.
— Только попробуй, — угрожающе прошептал я. Ещё не хватало мне эту сумасбродку переть в одиночку, на своём горбу.
— Профессор, — заикаясь, залопотал
— Да? — ноздри Маккошки ещё раздувались в приступе гнева, но в голосе появились нотки сомнения. Всё же до этого момента репутация Лонгботтома, в отличие от моей, запятнана не была.
— Хм… И кто это у вас?
Нахмурившись, она обошла нас сбоку, но увидев свою лучшую ученицу находящуюся в состоянии полного отрубона, мигом растеряла всю свою подозрительность, всплеснув руками и бросаясь к ней.
Одно диагностическое, второе, и наконец Минерва маленько успокоилась, поняв, что жизни девушки ничего не угрожает. Но снова переключилась на меня, сурово, с угрозой в голосе вопросив: — Кто это её так, вы?!
— Вот сейчас точно не я.
— А кто?
— Поттер, — ответил я и пожал плечами, показывая, что фигня случается.
Макгонагалл недоверчиво перевела взгляд на Невилла, но тот только мелко-мелко закивал, подтверждая. Женщина вздохнула:
— Теперь и Поттер. Вы и его умудрились испортить.
Тут я уже не выдержал, попросту взрываясь.
— Да что вы из меня какого-то отца крёстной мафии делаете?! Поттера?! Испортил?! Я?! Да он три курса до этого такое творил, что я и рядом не стоял!
Поджав губы в своей обычной манере, деканша достала палочку, колдуя Мобиликорпус на Гермиону.
— Мисс Грейнджер я самостоятельно доставлю в больничное крыло, а вы двое — марш обратно, и не дай Мерлин я хотя бы ещё раз увижу вас сегодня вне спален, одним лишением баллов вы в таком случае не отделаетесь.
Посмотрев ей вслед, я развернулся и без лишних слов дал леща Лонгботтому.
— У-у, из-за тебя всё. Пошли давай.
В конце концов, я и сам мечтал с приключениями на сегодня закончить.
Глава 41
— Ну что, братцы-кролики? — заложив руки за спину, посмотрел я на понуро сидящего Лонгботтома и подозрительно улыбающегося Поттера.
До спальни, слава Магии, мы добрались без проблем, и заведя Невилла к нам, где уже находился мой шрамоносный напарник, я устроил разбор полётов.
— Ты, кстати, чего такой весёлый?
Улыбка парня не то чтобы раздражала, но неясности я не любил.
— Да так, — тот ухмыльнулся ещё шире. — Никогда не думал, что буду вырубать Гермиону её же собственным свитком с эссе, которое позаимствовал, чтобы перекатать. Вернее, никогда бы не подумал, что когда-нибудь вообще своими руками вырублю Гермиону.
— Что? Непередаваемые ощущения?
— Не то слово, — довольно подтвердил тот.
— А я говорил: нельзя бабам позволять командовать. Они упорно будут тебя загонять под каблук, а когда, наконец, загонят, то вытрут об
— Извините, — опять тихо пробормотал тот.
— Какие, к хренам, «извините»! — рявкнул я. — А ну быстро взял яйца в кулак, пока они у тебя ещё есть! — подождав пару секунд, оценил эффект, и, переглянувшись с Поттером, подытожил: — Мда, запущенный случай. Значит так, — прошёлся по комнате, заложив руки за спину, — будем лечить, и лечить будем кардинально, полумеры тут не помогут. Коллега, вы со мной согласны?
Гарри в ответ на мой вопрос только весомо кивнул и жестами показал, что полностью одобряет.
— Опять же, у нас уже есть пример полного исцеления от болезни подкаблучничества, только, к сожалению, второй случай много запущенней и одним ударом палкой по голове Грейнджер не вылечится. А жаль, — и, посмотрев долгим взглядом на испуганного парня, добавил: — Но ничего, есть у нас проверенное средство.
— А может не надо?
— Надо, Невилл, надо.
Лонгботтом встал, бледный как потолок, сглотнул под моим пристальным взглядом. А я, стиснув мертвой хваткой его плечо, сурово произнёс:
— Твоё тело будет страдать, твой дух — подвергаться тяжёлым испытаниям. Ты не единожды окажешься на грани меж жизнью и смертью, и только желание выжить будет заставлять тебя снова и снова бороться, болью, кровью и потом выгрызая себе право на жизнь. Ты готов? — я вонзил свой взгляд, словно вилы, в его глазные яблоки, проникая до самого мозга.
— Н-нет, — заикаясь, заблеял Лонгботтом, роняя на пол тяжёлые капли пота, текущие по лицу.
— А к этому никто не бывает готов, — я отпустил его плечо, отвернулся. — Но завтра ты идёшь с нами к Грюму.
Грохот тела за спиной возвестил, что Невилл осознал свою участь.
Посмотрев на потерявшего сознание парня, буркнул:
— Ну, будем считать, что ты согласился, — и кивнул откровенно веселящемуся Поттеру. — Ничего, Грюм ещё сделает из него мужика.
Общими усилиями закинув Невилла на свободную кровать, мы улеглись в свои. Финниган с Томасом где-то ещё шарились, несмотря на позднее время. Вот сюрприз будет, когда они у нас ещё и Лонгботтома увидят.
С этой мыслью я и заснул.
***
Где-то с неделю народ активно шушукался, косо поглядывая на нас с Поттером. Что было под водой — никто не видел, а руководство турнира, как и преподаватели, хранило молчание. Крам-то вынырнул сам ещё в середине всей заварухи, а Делакур притащили тритоны, так что, кроме нас, кандидатов на инициаторов великого озёрного побоища не было.
Гермиону выпустили на следующий день. Не знаю, что с ней там делали, но она демонстративно не смотрела в нашу сторону и вообще делала вид, что меня и Поттера с Лонгботтомом за компанию вообще не существует. Что ж, меня такое вполне устраивало.