Злая судьба
Шрифт:
— Слушаю вас, сир, — сказал Слагбейт.
— Излагаю тебе план игры.
Вся дорогу они обсуждали детали. Уже на поле Рагнарсон произнес зажигательную речь о том, что им предстоит сыграть матч века, ставка в котором неизмеримо выше, чем звание чемпиона.
— Может быть, нам перенести встречу ещё на сутки? — ядовито спросил один из судей.
— Трубите в ваши проклятые трубы, — прохрипел Рагнарсон, в горле которого застрял комок страха. Все. Ставки сделаны. Осталось лишь победить или умереть.
Браги распластался
— У меня, похоже, болят даже волосы, — отдуваясь, произнес он.
— Ой… — простонал Майкл. — А мне, чтобы играть в эту дурацкую игру, надо было бы быть лет на тысячу моложе. — Требилкок перекатился на живот, взял короля за руку и продолжил:
— Значит, мы все-таки сделали это. Сделали! Не могу поверить. Нет, я просто отказываюсь в это верить.
— Да перестань ты. Пошли. Мне не терпится увидеть такую гору денег в одном месте. Ой!
— Что случилось?
— Судороги. — Он рассмеялся. — Я начинаю сомневаться в справедливости древнего афоризма «Победители не испытывают боли». Еще как испытывают.
— Точно. Пошли, пока ветер не переменился, — сказал Майкл и негромко закудахтал, что должно было изображать смех.
— Интересно, что случилось с теми парнями?
— Кого это интересует? Будем считать, что нам повезло. Ох! Дай-ка мне руку. Теперь я не смогу ходить по меньшей мере неделю.
Новость долетела до Форгреберга раньше, чем туда вернулись команды. Когда прозвучали горны, возвещая о том, что «Гвардейцы захватили второй шар», к сэру Гжердраму и генералу Лиакопулосу примчался гонец, и те немедленно разместили на улицах Личную гвардию короля и Форгребергский полк, дабы не допустить беспорядков и не позволить скрыться из города проигравшим держателям ставок. Весть о захвате третьего шара породила вопль гнева и боли у значительной части публики. Все, кто делал ставку на «Пантер», поняли, что теряют свои деньги.
Несмотря на все ухищрения со стороны «Гвардейцев», исход игры был неясен почти до самого конца. Кто-то из подкупленных продолжал действовать в пользу противника, и «Гвардейцы» сумели захватить последний шар лишь на несколько секунд раньше, чем это сделали «Пантеры».
— Помоги мне вкарабкаться на эту тварь, — простонал Рагнарсон. — Я даже до стремени дотянуться не могу.
— А мне кто поможет? — спросил Майкл.
Большая часть их товарищей по команде были уже в седлах. Выражая свой восторг воплями и хвастаясь почем зря, они галопировали кругами. Им настолько не терпелось промчаться триумфаторами по улицам города, что они поносили последними словами своих друзей, которые не спешили покинуть игровое поле.
— Они все там в городе свихнутся! — вопил Слагбейт.
— Нам повезет, если нас там не линчуют, — проворчал в ответ Снейкман.
Рагнарсона вдруг одолели приступы неукротимого смеха, и он начинал чувствовать все большее и большее облегчение. Ведь никогда раньше он не срывал ставку, вступая в игру со столь ничтожными шансами на победу.
Во
— Опустошайте сумки прямо на пол вот здесь, — сказал Рагнарсон грузчикам.
— Вы уверены, что это разумно, сир? — спросил Пратаксис.
— Высыпайте, высыпайте, — подтвердил свое распоряжение король. — Ты все сам увидишь.
— Волнения и драки всю ночь, — объявил только что прибывший в казначейство Требилкок. — Пара поджогов. Гжердраму пришлось под охраной вывозить из города парней из «Пантер», так как пошли разговоры о том, что их следовало бы линчевать. Лиакопулос распорядился закрыть все кабаки в полночь. Сейчас постепенно все успокаивается. Мне никогда не доводилось видеть Нордменов в таком шоке! Владетели не хотят верить в то, что произошло. С утра все они похожи на зомби.
Улыбки на лице Рагнарсона как не бывало.
— Похоже, что для нас наступает самое трудное время, — сказал он.
— Барон Келра, видимо, все-таки выживет.
— Выживет? Что с ним случилось?
— Я совсем забыл вам сказать, — растерянно произнес Пратаксис и, сплюнув в сердцах на пол, добавил:
— Не знаю, что со мной происходит.
— Барон потерял больше всех, — пояснил Майкл. — Вы отняли у него две сотни тысяч. Арал ободрал бедолагу ещё на полтораста. И ещё сто пятьдесят тысяч он должен различным людям. Барон брал кредиты, а когда пришло время их возвращать, повел себя по принципу — «получишь, если поймаешь». Ну, один из кредиторов, видимо, его и поймал. Вернее, не поймал, а явился прямо к барону домой, а затем ушел, оставив лежать с поломанными костями.
— Неужели это Арал посмел поступить так с лордом королевства?
— Может быть, и Арал. Но скорее все же кто-то другой решил воспользоваться общей неразберихой.
— Думаю, что это был ваш лесной друг, — высказал предположение Пратаксис.
— Кто?
— Полковник Абака. Вы теперь понимаете, что происходит? Если нет, то я поясню. Началась ломка сложившегося порядка.
— Это тот самый барон Келра, который затеял свару на праздновании Дня победы?
— Именно. В его руках множество наших долговых обязательств. Один из самых богатых людей Кавелина. Если вы хотите сохранить перемирие с владетелями, сир, то вам следует как можно быстрее докопаться до истоков этого нападения. Преступники должны предстать перед судом вне зависимости от их положения в обществе.
— Черта с два. Все свои синяки и шишки он заработал вполне заслуженно.
— Сир, перед законом все равны, и барон не может быть лишен его защиты. Ни Абака, ни Дантис не имеют права на юридический иммунитет. Даже вы не можете встать выше законов, и вы обязаны обеспечивать их соблюдение.
На губах Рагнарсона появилась неприятная улыбка.
— Майкл, пригласи сюда людей Келра и Арала. Я хочу заплатить барону все, что должен, и желаю видеть, как Арал тут же все эти деньги заберет в виде своего выигрыша.