Золото севера
Шрифт:
– Ну, пожаловаться при нужде всегда найдется кому, но хорошо, что до этого не доходит. А дома как, где родители, как они?
– Родители на Урале. Плохо с родителями, отец лежит, парализован, мать с ним одна, по-доброму то на Урал надо было ехать, тяжело им одним, да вот, распределили.
– Может, сюда их как-то?
– Да куда, что вы, я же говорю, отец лежит, не ходячий. Да и врачи, там ведь все привычное уже, и он всех знает, и его.
– Ну, даст господь бог, может, еще все и обойдется. Хотелось, чтобы закрепился ты у нас, задержался.
– Три года, Марат Ефимович, как положено по закону, а дальше
– Ну, ладно. За три года еще много воды утечет. Будем работать.
8
Техсовет прииска утвердил все предложения участка. Производственному отделу поручено по решению техсовета издать приказ по прииску, ответственным за выполнение утвержденного графика назначен Красноперов. Начальнику участка поручено не только контролировать выполнение решения техсовета, но и помогать в организации этого выполнения.
Литвяков с Красноперовым вернулись в гостиницу, решили, что поедут на участок завтра, с утра пораньше. Сегодня уже поздно, да и устали за день, с подготовкой к Совету, с согласованиями всякими, в общем, набегались и находились, решили отдохнуть, а уж завтра – домой.
Литвяков заглянул к Георгию в номер.
– Ты как, готов поужинать?
– Да, умылся, почистился, сейчас переоденусь и сходим в местную «чайхану».
– Там Зафесов звонит, приглашает поужинать. Ты как, я думаю – давай сходим. Познакомишься с семейством. Семейство довольно дружное, хозяйка гостеприимная, там, наверное, и еще кто-то будет из местной интеллигенции. Осваивайся, знакомься с местной элитой!
– Неудобно как-то. Горный мастер и главный инженер, уж больно большой разрыв в «весовых категориях».
– Вот это ты брось. Зафесов не из таких. Он и сам не погнушается сходить в гости к хорошему человеку, и его дом открыт для добрых людей. Десять минут тебе хватит на сборы? Давай, я позвоню, что мы идем. Я загляну за тобой. Не трусь, старик, с тобой ведь тоже хотят познакомиться!
Зафесов осетин, после окончания горного факультета Горнометаллургического института в Орджоникидзе, сам попросился на Север. Работал на Артемовских шахтах, а два года назад назначили на прииск Тайгинский главным инженером. Женат на русской красавице. Елена, медик, работает врачом в местной больнице. Компания у них собирается интеллигентная – врачи, учителя, инженеры. Наверное, будет и директор с женой, они с Главным дружат семьями. Все это Литвяков выложил Георгию по дороге, пока шли в гости.
Ужин прошел весело, непринужденно. Собрались действительно все близкие – сотрудники по работе, друзья по поселку. Георгия посадили рядом с молодой красивой женщиной, Наталья Владимировна, Наташа, учительница. Наша, чисто русская красота – длинные, ниспадающие до плеч прямые светлые волосы, огромные глаза, синие, как безоблачное утреннее небо, красавица – таких теперь можно встретить только в сибирской глубинке. Георгий вначале стеснялся, чувствовал себя сковано, да и люди за столом поглядывали на него настороженно. Но постепенно всё как-то обвыклось, хозяйка следила за всем – и чтобы на столе не было застоя, и чтобы у гостей настроение не падало. Зафесов сказал хороший тост – о людях в поселке, о своих сослуживцах, о развивающемся, набирающем хорошие темпы прииске.
Кто-то запел, как без песни в сибирской компании, а затем вдруг Георгий, сам того не ожидая, вначале вполголоса, но постепенно все более открываясь, запел:
Иду я бульваром знакомым. Вот и наш дом. Три окна горят в вышине…
Наташа быстро прошла к пианино, стоявшем здесь же, в комнате и сразу, как будто только что отрепетировали, взяла нужную ноту, нужную тональность, Георгий встал и тоже прошел к пианино, пел чистым, высоким голосом, Наташа помогала на вторых строчках, образовался согласованный дуэт. Особенно получилась концовка, которую Георгий выдал полным голосом. Все зааплодировали, женщины восхищенно, мужчины снисходительно, но все сошлись на том, что получилось хорошо и главное вовремя. Гости собрались расходиться.
Хозяйка, Елена Дмитриевна, на прощание обняла Георгия, поцеловала в лоб.
– Молодец, мы вас «принимаем». И всегда рады видеть в нашем доме.
Зафесов проводил до двери.
– Когда будете в поселке, заходите, не стесняйтесь.
Как-то так получилось, что Георгий и Наташа вышли вместе, Литвяков еще с кем-то задержался, заговорился. Георгий остановился было, чтобы его подождать.
– Вы меня не проводите? – взяв его под руку, обратилась к Георгию Наташа.
– Провожу и с удовольствием. Вот только надо сказать Литвякову.
– Ничего, не маленький, не заблудится.
Поселок Тайгинск растянулся вдоль Жуи на несколько километров, но жилая его часть построена компактно, все строилось вначале рядом с Управлением прииска, а затем дома при строительстве группировались вокруг Дома культуры, так что все было рядом, не растянуто по улицам, все близко.
– Может, погуляем у реки? – спросил Георгий.
– Да нет, не сегодня, погода уж больно мерзкая, а у реки и вовсе холодно, наверное. Пойдемте лучше ко мне, выпьем чаю, поговорим, вы о себе расскажите.
– Согласен. Я о себе расскажу, вы о себе, так?
– Конечно, конечно, – засмеялась Наташа, – может, всю ночь будем рассказывать друг дружке сказки? А, вы как, согласны?
– Конечно! Хоть каждую ночь, когда приезжать в Тайгинск буду.
9
Северная зима приходит рано, начинается быстро. На раскачку ей отведено матушкой природой не месяцы и даже не недели – всего несколько дней. Кажется, еще позавчера было тепло и солнечно, вчера вдруг похолодало, а сегодня уже пуржит, снег валит густо и ложится прочно, надолго. На всю зиму, на все семь месяцев.
После памятного техсовета прииска по развитию золотодобывающего участка Балаганах прошло чуть больше трех месяцев. Драгу, как и было спланировано, успешно подвели к подготовленной ремонтной площадке и остановили на зимний капитальный ремонт. Хорошо остановили, а главное вовремя. Дружно и организованно приступили к зачистке шлюзов и «отпарке» драги – так называется процесс очистки всех узлов и механизмов драги ото льда, что накопился за время работы при отрицательных температурах и висел тяжелым ледяным грузом на механизмах драги.