"Золотое руно"

Бонч-Осмоловская Марина Андреевна

– Социолог, а все пропустил! Детка, абсолютно все говорят об эликсире вечного бессмертия!
– она с облегчением перевела разговор с себя на общую тему. Взяла у него брошюру, открыв ящик стола, небрежным движением бросила ее туда, а сама села сверху на стол.

– И у тебя эликсир?
– с любопытством спросил он.

– Сам попробуй, тебя будет не узнать.

– Вот как? Дурно пахнет это дело...

– Запах сумасшедший, я сойду с ума!
– Кэти закричала быстрее и жарче, чем умела.
– Все сходят от него с ума: мужчины, собаки и женщины тоже, и кошки!

– Тянутся к пахучему бизнесу? Грег про "Веч.Бес" говорил...

– Грег - болтун, позер. "Веч.Бес" - самое модное место в Городе.

– Это просто бизнес.

–

Для Грега - да. На самом деле, это грандиозный общественный проект. Они придумали Принципы Новой Жизни - рай на земле готовят.

– Все пропахнут?

– Станут счастливы! Сойдутся ягненок со львом и поведет их младенец - что-то в этом роде...

– Ставим памятник себе. В полный рост. И все мало...

Кэти юмористически хмыкнула, а Саша уточнил:

– Кто же скульптор?

– Лучшие люди, Кандидаты.

– Грег-то и стал Кандидатом, - вспомнил Саша.

Она начала краснеть, так что он улыбнулся:

– Это что-то меняет?
– и сразу понял, что - да, меняет.

Кэти вынесла пепельницу на кухню, вернулась с чистой, сдвинула локтем предметы на один край, водрузила туда пепельницу и, проделав все это, задумчиво сказала:

– Это очень серьезно - стать Кандидатом. Они распределяют ампулы.

– Клуб ампулы раздает?

Она даже всплеснула руками от его глупости:

– Одну только ампулу, первую!
– Собрала в охапку несколько газет и сунула ему в руки.
– Изучи, малограмотный. Уже через месяц люди молодеют на глазах! Все параметры описаны, просчитаны: десять лет накопившейся старости можно сбросить всего за три месяца! Саша, в обществе шок! Плюс к улучшению здоровья препарат снимает психологические проблемы.

– Пилюли для души раздают?

– Циник!
– мучительно воскликнула она.
– Тебе личное бессмертие предлагают!

– Деньги делают.

– Интересы людей, наконец, совпали с интересом бизнеса. "Веч.Бес" собирает деньги на финансирование, налаживает производство, но во главе дела стоит Клуб. Люди будут жить не семьдесят, а триста, четыреста лет! Это значит, что структуры в стране рушатся, все должно быть изменено. Огромная перемена общества! Требуются рекомендации экономистов, политологов, врачей, психологов. Нужно выработать новую экономическую программу, философские позиции и демократические устои. Все становится пластичным, динамичным, и мы стоим у самых истоков. Говорю тебе как журналист: Грег не прав - это не только коммерческое предприятие. Грег не звезда, но умеет держаться на плаву и с молитвенной добросовестностью делает деньги - нормально, местная эстетика. Купеческий клан в масштабах страны.

– Под именем рай... А что за Принципы Новой Жизни?
– вспомнил Саша.

– Мучиться не будем, если все забуде-е-е-ем...
– пропела она.
– Тема была на семинаре. Память и традиции - это трупы, а мы не похоронная команда.

– А как ты без России будешь? Чем каменное поле засеешь и пересохшее море наполнишь?

– Мне в России не нравилось и здесь тоже.

Саше нравилась и смешила ее пылкость. Она пламенно убеждала собеседника в идее, а потом благородно утверждала, что иметь то мнение не могла, а думает наоборот.

– Клуб во Франции не появится, и в России тоже, - сказал он.
– Там человеческое прошлое ценится.

Она взяла щепотку марихуаны из керамической мисочки и свернула папироску. Курить - было ее самостоятельное решение. Однако, "травку" часто курят те, кто занимается музыкой, литературой или другими искусствами. Она затянулась, улыбнулась смиренно:

– Сашок, французы заказали у Клуба партию ампул.
– Он переложил ногу на ногу и отвернулся, а она заметила: - Когда надо, ты - француз с крепкими семейными корнями, то великодержавный патриот, а потом бабушкиной русской душой слушаешь русские романсы.

"Маме бы простил, а тебе нет", - подумал он.

Кэти пожала плечами:

– Ты просто обрусеваешь: катаешься, как сыр в масле, а тоскуешь о несовершенстве: кто? зачем? да почему? Знакомьтесь: принц Датский!
–

И озадаченно прибавила: - А эликсир-то в ухо вливают...

Глава 10

Утром Саша проснулся от толчков - Кэти, уже одетая, прыгала на нем: вставай, вставай! Он жалобно обещал встать, но едва она отходила от него, мгновенно засыпал. Последний раз она растолкала его после завтрака - он заснул, не успев дать никакого обещания. Она пожурила его, нашла более удачное выражение, отругала покрепче. Саша не шелохнулся. Кэти стала приводить себя в порядок, но тут подвернулся удачный эпитет, и в такт ему она запустила в него скомканной юбкой. Продолжая находить интересные выражения, она открыла бутылку пива и приложила к его губам. Он услышал, как дверь лязгнула металлической цепочкой, запах пива почуял, но не успел возмутиться Кэтиным беспардонным намеком, потому что зачмокал губами. Радостно.

"Интересно, куда она в такую рань потащилась, не в редакцию же?..
– он взглянул на часы, было девять.
– К феминисткам, наверное. Но у нее есть я!
– Саша забыл, что вчера попросту отказал ей.
– Нас, мужиков будут обсуждать, - подумал он удовлетворенно, пивка глотнул и засмеялся: он вспомнил, как однажды Кэти вернулась домой в лифчике, одетом поверх свитера.

Выпив пива, он заснул и, проснувшись только к полудню от большой жары, сбросил одеяло, собираясь поспать еще немножко, как вспомнил, что обещал Сюзи закончить к понедельнику отчет. Осталось полдня. Пора поработать! Он прочитал на кухне Кэтину записку о том, что она на собрании феминисток, выпил кофе, вышел во двор и сел на мотоцикл. Повернул ключ зажигания, а мотоцикл не завелся. Саша захлопотал вокруг него, трогая и подкручивая то, что крутилось и подкручивалось, но это напоминало не работу механика, а магические ублажающие пассы, в которых он прятал свое отчаяние, надеясь на какое-нибудь чудо. Технику он не знал и даже ее боялся. Через полчаса увещевания и задабривания стало ясно, что он в ловушке. Оставалось такси. Бросив во дворе эту бездушную машину, он запер дом и отправился к большому проспекту. Жара быстро и странно нарастала. Он сильно взмок и решил выкурить в сквере сигарету. Сел на лавку, где курила женщина.

– Привет!
– она сразу начала разговор.

Саша вежливо откликнулся, отвел глаза. Женщина не отступилась, спрашивая то и се. Ему показалось, что она обращается с ним в точности так, как он только что обращался с мотоциклом. Через четверть часа женщине, видимо, тоже стало ясно, что она в ловушке, и она ушла, бросив на произвол судьбы эту бездушную машину.

"Хорошо, что ушла", - подумал он. "А почему не лучше с ней?" - спросил изнутри какой-то любопытный. Саша ухо подергал, стряхнул пепел на всякий случай и сказал: "Потому что они болтают, "как дела?" да "как дела?", а я не знаю, что на это отвечать". "С каких это пор ты стал так думать?" - удивился тот, другой. Всегда в неподходящий момент являлось мелкотравчатое, въедливое паскудство и, засучив рукава, радостно принимало участие в обличении. Саша промолчал с ангельским терпением. "А ты умеешь иначе, чем они?" - бегло понимал ситуацию в общем неприятный собеседник. Саша встал и пошел выбросить сигарету. Кто-то заворочался, словно с боку на бок перевернулся, устраиваясь удобнее и поджидая ответа. Саша увидел через газон мусорный бачок и отправился туда. Этот непрошенный заметил хитрость и спросил участливо: "Ну ладно, Грег стал тебе чужой... А твой знакомый Марк? Ведь Марк отличный мужик?" Ничего себе! Саша обошел сквер, где в кустах заметил лавку, и только собрался на нее сесть, как услышал себе в спину: "А Кэти?" Он повернул за кусты, обошел их все. Здесь стояла еще одна скамейка, он сел на нее. Когда назойливый голос стал неслышным, захлебнулся вдали, он понял, что нужно с кем-то поговорить. Сегодня! Не с этим, понятное дело, с кем-то другим. О себе... о маме... обо всем.