"Золотое руно"
Шрифт:
– Мама не увидела!
– он вскочил с места.
– Бабушка все точно описала, но бумаги в революцию пропали, как тебе-то удалось?!
Грег взвизгнул, утирая толстое лицо, уши и веки у него стали ярко-розовые.
– А сюда посмотри!
– ликуя, он протянул Саше листок. Тот прочитал:
"...По свидетельству гербового сочинителя графа Куропатницкого, род бояр Кричевских печатается гербом, коей перенесен из Италии в Польшу в 994 годе".
– В десятом веке!
– ахнул Саша, но бумага больше ничего не говорила.
– В России вы только десять веков жили - тысячу лет!
– а вообще-то ты итальянец!
– Грег смеялся и радовался больше самого Саши.
Они быстренько выпили за невероятные Греговы поиски, обсуждая, как Грег решил
Ему стало приятно, он включил проигрыватель. Он бы и сам поиграл сейчас, скрипка лежала на диване, но он знал, что Грегу не нравится его любимый Вивальди. Вытащив кипу дисков, он порылся в них, поставил джаз. Грег как всегда усмехнулся на допотопный, еще мамин проигрыватель, но сказал:
– Неплохая музыка.
В этот момент игла на старой пластинке подпрыгнула и начала "заедать". Саша пошел, чтобы снять ее, как вдруг на следующем круге иголка проскочила это место и послышалась музыка Вивальди. Саша подбежал и осторожно подвинул иголку. Опять Вивальди! Подскочил Грег, снял пластинку, и они оба уставились на совершенно понятные надписи. Прочитали их по нескольку раз, посмотрели, что на другой стороне. Поставили пластинку. Джаз, ничего кроме джаза. Но едва они уселись в кресла, как иголку опять "заело": она подпрыгнула, и прямо с этого места начался Сашин любимый концерт номер два, который он сам, к тому же, неплохо играл!
– Что за чертовщина сегодня?!
– закричал он, а Грег покачал головой, скептически хмыкнув: видно было, что он все равно пластинке не верит.
– Бракованная!
– сказал он уверенно и выключил проигрыватель.
– Ты купи хорошую систему, а барахло выброси. У меня кое-что поинтересней, - он потрогал на столе геральдические бумаги, о которых они позабыли.
– Через неделю акции пойдут, жирный кус можно купить.
– Акции на что?
Грег опешил:
– Я рассказывал до твоего отъезда - компания "Веч.Бес"!
Глава 5
Верно, было что-то... У Саши с поездкой все перемешалось. Грег вскочил, снова сел, став каким-то подтянутым: даже его тело потеряло обычную рыхлость.
– Можно хорошо подзаработать, - уже без всякого легкомыслия сказал он.
Это Саша понял.
– Ветром надежд торгуешь? Временем перемен?
– спросил он и поймал себя на мысли, что ему отпуск, что ли, навредил... Неинтересно, что там Грег продавал, но, кажется, у того были серьезные планы именно в отношении него.
– Надо пай купить, - твердо сказал друг и потрогал геральдические бумаги.
– Да я не против. Могу часть акций таблеточных продать. Или посмотрю на заначку.
– Я так и знал!
– одобрительно воскликнул Грег.
– Делаем так: складываем деньги, покупаем жирный куш - мне, как Кандидату, - льготы. Колоссальный бизнес, а мы с тобой в основании!
Саша знал, что Грег, как все, кто всерьез зарабатывает деньги, скептически относится буквально ко всему, его ничто не увлекает и не кажется серьезным, но здесь, в области денег, у Грега что-то происходило с головой: он мог довериться любой фантастической глупости, становился до смешного наивен. Саша рассмеялся: эти пухленькие щечки Грега, на которых рыжеватая бородка кажется пришлепнутой, элегантная золотая оправа очков, так уместно надетая на физиономию Винни-Пуха. Он опять отмяк душой в дружелюбной Греговой ауре. Есть люди, в которых виден ребенок, это ярко, даже самое главное в них, думал он. Вот и Грег такой. А бывают люди, в которых не видно, какими они были в детстве, в них не осталось никакого следа, как будто они сразу родились взрослыми. Даже страшно.
Из
– Какого черта надо было во Франции сидеть, когда дела идут?
– неожиданно проворчал Грег.
– А почему ты им поверил?
– спросил Саша и тут же получил пачечку брошюр с описанием скорейшего обогащения. Здесь - в пирамидках, покупках, рекламе размещались Греговы владения. Тогда Саша подошел с другой стороны.
– А что за дело в этом "Веч.Бесе", я что-то позабыл?
Оказалось, что компания набирала силы уже месяц, от народа отбою нет. Любой бизнес по сравнению с этим - чистый обман, а тут все иначе. Лучшие люди Города вложили деньги, налаживают производство эликсира вечного бессмертия, отсюда и сокращение: "Веч.Бес". Странно Саше показалось, как Грег серьезно это сказал - как будто сам во все поверил.
– Надувательство, Грег.
– Все чисто! Продукт Лучшего Медицинского Института!
– А кто изобрел?
– Там тысяча сотрудников, лаборатория профессора Зюй-Вена.
– Звучит симпатично, - согласился Саша.
– А что ты там делаешь?
– Поставки, заказы, холодильники нужны специальные.
– Что ты морозишь?
Грег замялся, отвел глаза, что Сашу удивило. Грег поморщился и сказал как-то неопределенно:
– Так... материал один. Но раскупают коробками!
– Он забегал, с трудом справляясь с волнением: - В Городе ажиотаж! Сказочное богатство! Денег, денег надо много вложить - прямо сейчас!
Тут Саша заметил, что из-под ног Грега что-то блеснуло. Он присмотрелся, и ему показалось, что это маленькие крылышки выросли у Грега на пятках, а сам он - пухленький, лохматый - стал похож на божка торговли, который сейчас взлетит, понесется куда-то приторговывать. Но нет, померещилось. Не блестели там крылышки, а просто брызнул, закурился дымок: от быстрого бега у Грега задымились подошвы.
Галереей по левой стороне дома Саша отправился в комнату, где у него хранились самые лучшие вина, принести Грегу что-нибудь интересное. Когда он выбирал в одном из поставцов бутылку вина с выдержкой в восемь, десять, а иногда и в двадцать лет, он всегда делал это так, как будто вникал в глубинную задачу: бормотал что-то, на некоторые бутылки с сомнением качал головой и никогда не брал ту, к которой случайно прикоснулся. Сейчас до хранилища Саша не дошел. В холле ему пахнуло в лицо душистым воздухом утра, но как-то необычно. Он оглянулся. Порыв был узок, плотен, он вполз в комнату, рыская по углам, словно что-то ища. Вместе с ним в дом заползали какие-то мелкие существа. Насекомые, ничего особенного. Но эти разные мухи, лесные тараканы, жуки находились вместе, ничуть не мешая друг другу, а, увлекаемые совершенно необъяснимым желанием, двигались вперед - шелестящая, скрипящая армада неумолимо перебирала лапками, поглотив под собой входную дверь и коридор. Все дрожало от мерцания маленьких точек, от переливов блестящих крыльев и чешуи. Саша забыл, куда шел. Только пощелкивание и тихий шелест... Куда они ползут?! Первые уже повернули к гостиной. Он схватил с пола коврик, прижал его к стене. Еще, еще! Мелкие тушки падали на пол, но остальные, не обратив внимания на скоропостижную гибель товарищей, ползли, огибая места опустошений. Коврик был мал, Саша не успевал, а их все прибывало. Он схватился за голову - дверь-то осталась открытой! Захлопнул ее, на всякий случай повернул ключ. Теперь дело пошло быстрее и, прыгая весь взмыленный со стула к потолку, он перебил всех насекомых. Коврик имел вид плахи после кровавых дел, было очень противно, и тут он ощутил какой-то новый и необычный запах.