Золотой пленник
Шрифт:
Граф Авентир поднялся, лейтенант тотчас вскочил, капитан остался сидеть.
– Не нужно меня провожать, господа, дорогу найду сам. Благодарю за радушный прием.
Едва за графом опустился полог, лейтенант повернулся к фон Криспу.
– Но почему… – начал было он, однако фон Крисп закрыл ему ладонью рот. Затем поднялся, тихо подошел к пологу и, откинув его, увидел дознавателя, который озабоченно ощупывал голенища ботфорт.
– Все-таки заблудились, граф? Может, вас проводить?
– Нет-нет, все уже в порядке, показалось, будто камешек попал. – Граф распрямился и
– А мне что-то угрожает, ваше сиятельство?
– Недалеко отсюда я видел отряд карсаматов. При мне хорошая охрана, и я не боялся, однако вы-то ездите в Хаски поодиночке.
Граф Авентир коротко кивнул и пошел прочь. Капитан вернулся в шатер.
– Он что же, пытался нас подслушать?
– Да, лейтенант Горн, такова его служба, хотя он был мерзавцем, даже когда носил офицерский мундир. Вот теперь задавайте свои вопросы, уже можно.
– Вы знаете, о чем я хотел спросить.
– Почему я умолчал о своей отлучке?
– Вот именно. Я полагал, что честь офицера и вранье…
– Не спешите с выводами, друг мой. – Фон Крисп взял со стола бокал с теплым вином и сделал глоток. – Граф Авентир – мой личный враг, как-то у нас с ним возникла ссора, и он, пользуясь тем, что вокруг не было дворян, набросился на меня с двумя своими дружками, тем самым нарушив дуэльный кодекс.
– А что же вы?
– К сожалению, я успел убить только одного из них. Когда эти мерзавцы увидели, что их дела плохи, они позвали на подмогу городскую стражу, а позже нажаловались старшине городской стражи, будто это я напал на них спьяну. У меня были мелкие неприятности, но это пустяки. И вот теперь, когда этот человек явился сюда в поисках возможности отомстить мне, я должен сам подставлять голову под топор? Ну нет, не на того напали! И не бойтесь подмочить репутацию, обманывая негодяя, против графа Авентира все средства хороши.
Выговорившись, капитан сел. Горн опустился на соседний стул.
– Ну, может, вы и правы, капитан.
– Надеюсь, что так.
– А что он говорил о каких-то карсаматах? Где он их видел?
– Забудьте, – отмахнулся фон Крисп. – Просто пытался нас напугать.
До окончания тренировок фон Крисп только и думал, что о визите графа Авентира. Как могло оказаться, что трупы бросили посреди дороги? Может, это были не люди Теллира? Однако другие тут не засиживались, уничтожить сорок человек охраны мог только большой отряд – о появлении такого Теллир наверняка бы узнал.
Если бы на обочине остался один неубранный труп, это еще можно было бы понять, но все сорок! О чем это говорило? Только о том, что Теллир сделал это намеренно, он знал, чем это грозит фон Криспу, и хотел его смерти.
«А я его опередил», – подумал капитан, испытывая некоторое торжество: он покарал вероломного подельника, еще не зная о его предательстве.
Домой поехал с лейтенантом, поглядывая с горы на горизонт, не появится ли где летучая группа степных всадников. Однако было чисто.
– Никаких карсаматов я не вижу, – сказал лейтенант, которому тоже не хотелось встретиться с самыми
– Я же сказал, граф пытался нас напугать.
На развилке они расстались, и капитан поехал к себе. На душе было тяжко, еще никогда он не стремился на войну с такой охотой, хотя и понимал, что кампания против крепкого войска туранского хана не сулит никакой славы. Однако здесь под ногами горела земля, и если не карсаматы, то граф Авентир лично приведет его на плаху.
Во двор капитан въезжал осторожно, опасаясь нового горячего приема. Слуга проворно выскочил на крыльцо и подхватил удила.
– Что, Корнелий, сегодня без гостей?
– Без гостей, ваше благородие, не к ночи будут помянуты.
– Ты вот что: прибери коня и все же завари этой травы, а то во мне херес еще бродит, выгнать его нужно.
– Сейчас сделаем, ваше благородие, обязательно выгоним.
68
Ночью прошел короткий дождик, он прибил на дороге пыль, но к рассвету вся влага уже испарилась, и капитан фон Крисп с удивлением взирал на следы от дождевых капель: давненько он такого не видел. Мардиганец раздувал ноздри и втягивал незнакомый запах, этот жеребец от рождения не знал о дождях, в этих краях они проходили раз в несколько лет, и все сельское хозяйство было поливное – из колодцев с солоноватой, но вполне пригодной для питья водой.
Поднимаясь в гору, фон Крисп увидел следы от двух повозок, доставивших с утра в лагерь дрова, воду и что-то из провизии.
«Чего кормить такую ораву? Пора бы уже двинуться на юг», – подумал капитан и вздохнул, понимая, что торопит события.
Сзади послышался топот.
«Ну вот, Горн меня увидел, на радостях лошадь погнал», – подумал фон Крисп и нехотя оглянулся. Но это оказался незнакомый всадник на сером мардиганце, а у Горна был вороной.
На синем гвардейском мундире сверкали серебряные лейтенантские орлы; этот офицер знал себе цену.
«Курьер, это как пить дать», – догадался капитан и почувствовал, как внутри его что-то оборвалось. Он был уверен, что курьер доставил ему приказ явиться в департамент надзора.
«Быстро же обернулся этот каналья граф Авентир».
Увидев впереди офицера, курьер придержал лошадь и поехал рысью, а разобравшись, что перед ним капитан, отсалютовал ему.
– Лейтенант Леман, сэр, из гвардейского Лонгренского кавалерийского полка, послан в лагерь с приказом.
– А кому велено вручить приказ?
– Приказа два – для капитан Ингольского пехотного полка Иогана фон Криспа и коменданта Хаски, отставного капитана Кугеля.
– Ну, давайте один свиток мне, других капитанов в лагере нет, – произнес фон Крисп деревянным голосом.
– Я так и понял, сэр.
«Вот и все, а второй приказ – коменданту, чтобы подверг меня аресту, если попытаюсь бежать».
Лейтенант подал один из свитков, и фон Крисп кинжалом торопливо срезал печать. Развернул свиток и впился глазами в казенные буквы. По мере того как до него доходил смысл написанного, на лицо возвращались краски, спина выпрямлялась, а прочитав все, капитан даже заулыбался.