Золотой пленник
Шрифт:
– А чем же лечат? – спросил Питер.
– По-разному, кто травами, кто заговорами.
– А если нет никаких болячек?
– Такое разве бывает? Человек всегда чем-то болен.
– Тот колдун не один был, – не сдавался Густав. – Сначала двое появились, но потом, солдаты сказали, один вдруг исчез, они побежали за сержантом, и тот вытолкал нарушителя. Он был весь в черном, а лицо прятал под капюшоном.
– Ладно заливать, каким колдунам мы понадобились? – отмахнулся Крафт.
– В ущелье тоже никому не нужны были, а сорок человек недосчитались! Я вам говорю – этой ночью колдуны приходили.
– Зачем
– Затем, что хотели всех усыпить. – Густав сделал паузу и зловещим шепотом продолжил: – Чтобы потом нашу кровь пить, у колдунов от этого сила происходит.
После Цирнака дорога пошла хуже – ее разбили тяжело груженные повозки, все разговоры прекратились, невольники внимательно смотрели под ноги, чтобы не споткнуться. Повсюду валялась раздавленная мебель, дырявые чайники и битые кувшины, а навстречу нескончаемым потоком тянулись подводы. Едва одна проезжала мимо, как впереди показывалась другая, к полудню их стало меньше, зато на обочинах начали попадаться тела умерших, тех, кто не выдержал долгого путешествия. Кого-то хоронили в наспех выкопанной могиле, других приваливали в канаве камнями, но большинство бросали так – люди были слишком напуганы, чтобы останавливаться надолго.
– Интересно, что же такого они там увидели, что бегут, позабыв про покойников? – задумчиво произнес Крафт.
– А ты спроси, – предложил Витас, который после Цирнака стал неразговорчив.
– Я бы спросил, но, боюсь, мне не понравится то, что они расскажут.
– Эх, бежать надо, бежать, – воровато оглядевшись, простонал Густав.
– Ну так бежал бы.
– А куда тут побежишь? – Густав снова посмотрел по сторонам, вокруг было открытое пространство – поросшая травами степь. Ночью здесь опускались густые туманы и щедро питали землю влагой, однако зелень и цветы не радовали, в полусотне ярдов от дороги вороны деловито расклевывали труп, а на обочине высился свежий земляной холмик.
Невольники отупело жевали сухари, инжир потеряли во время бегства из ущелья.
– Эх, может, хоть в этой Гойе кормить будут лучше, – пожаловался Крафт.
До вечера попалась только одна повозка, к заходу солнца выбрались к холмам и один из них выбрали для ночевки. Встали лагерем, легли спать прямо на мягкую траву, а среди ночи всех разбудил неожиданный рев какого-то крупного зверя. Этот крик переполошил лошадей, а единственный уцелевший пес прижался к ногам хозяина-рейтара и мелко дрожал.
– Хорошо бы чего зажечь, господин капитан! – Это был Уэйт, они с капитаном прошли недалеко от Питера, у фон Криспа был в руках меч, а у сержанта барийский лук. Чтобы его растягивать, требовалась богатырская сила, зато тяжелая стрела пробивала любые доспехи.
– Не нужно ничего зажигать, а то привадим эту тварь на огонек!
– А может, это медведь? – предположил сержант-рейтар.
– Да какой же медведь, ведь кричит-то сверху.
Все стали прислушиваться. Пронзительные крики чередовались с низким утробным рычанием, и звуки эти действительно исходили сверху, источник то удалялся на север, то возвращался и кружил вокруг холма. Пару раз сержант даже растягивал лук, на случай если разглядит на фоне ночного неба какую-нибудь тень, но так и не выстрелил.
Не
Откуда-то издалека прилетел тонкий визг, и все стихло, ни шума ветра, ни криков.
Капитан хотел немедленно спустить людей к основанию холма, но затем передумал. Он вернулся на свой топчан, строго приказав часовым разбудить его, если это неизвестно что прилетит опять.
– Мы должны успеть вовремя спуститься вниз.
Он ушел, но никто не спал, все таращились в темноту, до звона в ушах вслушиваясь, не засвистит ли ветер снова.
– Что это было, Крафт, а? – спросил Питер, когда немного унялась дрожь.
– Не знаю, парень. Но… нам лучше думать, что это был орел.
– Орел утащил лошадь, как будто это была крыса? Как такое возможно?
– Здесь хороший климат, крупнее яблоки. Может, и орлы вырастают побольше.
– Ты шутишь, а я серьезно спрашиваю.
– Давай спать. Что бы это ни было, сегодня оно уже не прилетит.
– Почему?
– Потому что наелось.
87
Наутро капитан не решился выводить людей на дорогу, пока не взошло солнце. Когда колонна тронулась в путь, они с лейтенантом Горном поскакали в ту сторону, куда предположительно могло утащить лошадь непонятно что. Они надеялись обнаружить капли крови, внутренности, кости, однако, проехав пару миль, возвратились, так ничего и не найдя.
Тяжелая глинистая почва осталась позади, дорога бежала по песчаной подстилке, трупы и могилы больше не попадались, и люди повеселели, солнце и зеленая травка поубавили страх.
Неожиданно в низинке, где нашлась вода и рос высокий густой кустарник, была замечена перевернутая телега. Капитан и лейтенант помчались на разведку, но вскоре придержали лошадей и поехали шагом, а затем и вовсе остановились.
Фон Крисп махнул Уэйту, чтобы тот остановил колонну.
Сержант выполнил приказание и подбежал к офицерам. Его глазам предстала жуткая картина – четыре трупа: мужчина, пожилая женщина и две женщины помоложе. Старуху и мужчину просто зарубили, а молодок сначала изнасиловали, а потом вспороли животы. Натекшая из растерзанных тел кровь окрасила желтый песок на берегу озерца.
– Разбойники, господин капитан, коней увели, детей тоже забрали – потом продадут, а этих тащить далеко было, вот и перебили.
Фон Крисп огляделся.
– Судя по следам, их не менее двух десятков.
– Это нам не помеха, – заявил лейтенант. Всю дорогу от Циркана он храбрился, но боевой подъем, что он испытывал в лагере, заметно поубавился.
– Конечно, только это может быть не единственная шайка и не самая большая, поэтому давайте-ка зарядим арбалеты, чтобы быть наготове. – Капитан огляделся. – К тому же здесь есть вода, а значит, время от времени они сюда наведываются.