Звезда ведьмы

Клеменс Джеймс

— Должен быть другой способ, — пробормотала Елена.

Ее тетушка вздохнула и понизила голос:

— Боль Чи находится за пределами понимания, и его агонию теперь разделяет и Чо. Она понимает, что нет способа облегчить его страдания или изменить то, что было сделано. Она пыталась. Чи не просто изменен… он сломан во всех смыслах. Он уничтожит наш мир, превратит наш сад в пустыню, затем двинется к остальным. Чо знает лишь один способ подарить своему брату покой.

— Тогда пусть она сделает это, —

сказал Эррил, — пока еще не слишком поздно.

Ответом на его слова стал еще один сильный толчок и падающие камни.

Каст крикнул через пещеру:

— Эррил!

Кровавый Всадник стоял возле туннеля, ведущего к яме, по обе стороны от него — Толчук и Веннар. Почти все уже ушли. Дварфы убегали, многие несли между собой щиты с ранеными.

— Ступайте! — приказал Эррил. — Идите к яме!

Каст явно колебался, но затем кивнул и жестом предложил Веннару пройти вперед.

Все это время тетушка Фила не сводила глаз с Елены.

— Я хочу поговорить минутку с Еленой.

Эррил насупился, готовый отказать, но Елена коснулась его руки:

— Иди. Чем дольше мы спорим, тем меньше остается времени.

Эррил сурово посмотрел на нее, линия его подбородка казалась стальной. Но она была тверда. «Иди! — кричало ее сердце. — Иди, пока у меня еще есть сила».

Он наконец рванулся прочь, попятился на несколько шагов и развернулся, его плащ взметнулся. Джоах пошел с ним.

С трудом сглотнув, Елена повернулась к своей тетушке.

— Скажи мне, — прошептала девушка, готовая к самому худшему. Но то, что сказала тетушка, потрясло ее до глубины души.

— Призрачный Камень уже уничтожен.

Елена побледнела:

— Что?

— Это произошло так быстро, — сказала Фила, и ее глаза внезапно стали потерянными. — Свет, что лился из хрустального сердца мира, погас, словно свеча, задутая штормовым ветром.

— Значит, мир обречен.

— Не обречен. Живое сердце перекачивало стихийную энергию через все земли. Как и в теле, сердце которого прекратило биться, кровь осталась. Стихийные энергии пока еще сохраняются, но их сила будет убывать в течение нескольких последующих десятилетий, возможно даже столетий, пока в конечном итоге вся магия не исчезнет.

Елене трудно было дышать.

— Так, значит, Темный Лорд победил?

— Не думай так. Если бы он победил, он бы создал мир по своему извращенному пониманию. Он бы сделал с землей то же, что он сделал с Чи. — Призрак вздрогнул. — Я бы предпочла, чтобы мир был уничтожен.

Елена боролась с отчаянием.

— Тогда что мы можем сделать? Что случится, когда Чо и Чи соединятся?

Снова тетушка Фила вздохнула:

— Магический взрыв станет катастрофой. Он будет силой в тысячу раз большей, чем каждый дух в отдельности. Что-то нужно будет сделать с этой

магией.

— Что? — голос Елены был писком.

— Вспомни, что ты связана с Чо кровью. И когда магия взорвется, энергия хлынет по этому мосту назад к тебе, Елена. На краткий миг ты будешь контролировать этот бездонный источник силы.

Елена застыла:

— Нет…

— Да. И ты встанешь перед выбором.

Не сознавая, что делает, она начала качать головой. Пророчество Сизакофы исполнялось.

Тетушка Фила продолжала:

— Энергии понадобится сосуд. Один из вариантов выбора — сохранить магию для себя.

Елена вспомнила, как трудно ей было совладать с собственной дикой магией, уравновесить ведьму внутри себя.

«Ведьма в тысячу раз сильнее…»

— Я не смогу… Я не могу…

Тетушка Фила кивнула.

— Это трудный путь. Он сожжет твое тело. Ты станешь, как Чи или Чо, живой духовной энергией.

Елена не могла представить подобное существование.

— Другой вариант лежит под твоими ногами. Пустой Призрачный Камень.

Вспыхнула надежда.

— Я смогу оживить Землю этой магией?

— Да, но это слишком малая чаша. Такое количество энергии переполнит Призрачный Камень, едва окажется в нем. Это как человек, пораженный молнией. Подобный толчок изменит форму мира. Нашему миру придет конец. Родится новый мир — живой, как и этот, но совершенно другой.

— Значит, я либо стану духом, либо дам нашему миру новое рождение.

Елена посмотрела на Эррила. Он сурово глядел на нее через разделяющее их пространство. Неважно, что она выберет: любой путь отнимет у нее этого человека, который владел ее сердцем и обращался с ним так бережно. Как она могла выбирать?

И еще было пророчество Сизакофы, пришедшее через века: «Я пришла сказать тебе, что твой выбор — в любом случае — обречет все».

Тетушка Фила сказала:

— Но может быть и еще один путь, способ избежать всего этого.

Елена отвернулась от Эррила, чтобы посмотреть на духа из лунного камня. Ее глаза умоляли рассказать о способе избежать этой судьбы.

— Кровавый Дневник, — сказала ее тетушка. — Это связь Чо с тобой, с этим миром. Без него она существует только в Пустоте.

— Я не понимаю.

— Книга необходима, чтобы удержать Чо здесь и чтобы она могла соединиться с Чи, но как только это будет сделано, ты можешь оборвать связь. Тогда энергия высвободится в Пустоту, а не в тебя.

— Так мне не придется делать выбор!

— Именно. Если ты уничтожишь Кровавый Дневник в тот самый момент, когда Чо и Чи соединятся, у энергии не будет связи с этим миром, и она рассеется в безграничной пустоте за гранью.

Сердце Елены дрогнуло. Сизакофа сказала, что другой путь будет! И он был!