Акула

Кивинов Андрей Владимирович

Парень подсел в машину и пробыл в ней минут пять. Было видно, что с мужиком они обменялись всего несколькими фразами в самом начале, а потом сидели молча до тех пор, пока по рации не передали какое-то сообщение — теперь Волгин не сомневался в том, что «водитель» поддерживает с кем-то радиосвязь, докладывает обстановку и получает инструкции. Последовал еще один короткий разговор, после которого парень покинул машину и удалился в направлении, противоположном тому, откуда появился — к трамвайной остановке, где и затерялся в толпе.

Волгин подосадовал на отсутствие спецтехники.

Направленный микрофон, «снимающий

звук» разговора с оконных стекол являлся для него, конечно, роскошью, но японский сканер, при помощи которого можно было контролировать эфир, в наличии имелся, однако несколько дней. назад Волгин одолжил его коллегам из ОБЭП, проводившим какую-то наикрутейшую разработку, а те его «зажали», положив в сейф сотрудника, который убыл в отпуск и не оставил ключей.

Время приближалось к десяти. Весь ОУР собрался на ежедневную «сходку» в кабинете Катышева. Можно позвонить, и через минуту отряд численностью около тридцати стволов под руководством Бешеного Быка выскочит из управления, готовый порубать в капусту всех подозрительных.

Сергей достал сотовый телефон, взвесил его на руке, как будто это могло помочь в принятии решения. Звонить или повременить?

Телефон ожил сам.

— Серега? Ну как там?

Волгин кратко сообщил Акулову обстановку.

— Попробуй «пробить» по ГАИ…

— Не будем терять времени. Что нам этот номер даст? Сто процентов, что тачка числится на подставном человеке. И панику не надо подниматься, справимся вдвоем. Действуем, как вчера и договорились. А все-таки молодцы мы, а?

Энтузиазм напарника Волгин не разделял. На его взгляд, стоило бы подстраховаться, взять еще двух-трех человек из числа тех, кому можно было верить. С каждым годом такое число неумолимо сокращалось, а ведь еще хорошо помнилось время, когда он мог обратиться за помощью к любому оперативнику и не бояться выстрела в спину. Впрочем, Сергей отдавал себе отчет в том, что порой бывает излишне категоричен в оценках.

Акулов вышел из двора РУВД, на ходу раскуривая папиросу. То ли зажигалка плохо работала, то ли ветер мешал, но он был вынужден остановиться, повернуться вправо-влево, защищая огонек одной ладонью.

Наблюдатель в «Москвиче» появление объекта не прозевал. Поднял к лицу манипулятор радиостанции, не таясь, бросил в микрофон одну короткую фразу и снова принял расслабленную позу, так что Акулов, не будь он предупрежден Волгиным, ни по чем бы не догадался, откуда его пасут.

Прикурив, Акулов двинулся оговоренным заранее маршрутом вдоль одного из жилых домов, который, вытянувшись вдоль улицы на добрую половину квартала, в конце смыкался с другой, перпендикулярной ему, пятиэтажкой, но имел выход в соседние дворы через кирпичную арку.

Мужик в «москвичонке», как и следовало ожидать, остался спокойно сидеть, а за Акуловым, придерживаясь дистанции метров в тридцать, двинулся тот самый парень с внешностью склонного к выпивке аборигена.

Волгин представил, как где-то на параллельных улицах заработали двигатели еще одной или двух машин с «топтунами», готовыми в любой момент сменить серого парня. А мужик-наблюдатель, скорее всего, сейчас запрет своего железного друга и отправится на какую-нибудь арендованную поблизости квартиру дожидаться сигнала, о том что Акулов снова пришел в управление и надо выдвигаться на пост, продолжать караулить, когда объект опять покажется

на улице. Прихватить его, что ли, пока он не смылся?

Мысль была вполне здравой, но Волгин решил не распылять силы, тем более что Акулов не был вооружен. Покинув подъезд, Сергей пошел вслед за парнем. Если удастся быстро провернуть его задержание, то и наблюдатель, скорее всего, не успеет ретироваться. Должен ведь он какое-то время выждать в машине на случай, если Акулов просто отлучился за сигаретами и через пять минут вернется обратно.

Пройдя под аркой, Андрей повернул направо таким образом, чтобы филеру казалось, будто он продолжает спокойно идти по асфальтированной дорожке через двор, а сам, перебежав газон, вернулся назад и прижался к стене дома, оставаясь под прикрытием кирпичного выступа.

Потеряв Акулова из вида, парень, значительно ускорил шаг и появился намного раньше ожидаемого срока.

Акулов не стал либеральничать и проявлять благородство, атаковал сзади, без всяких хлопаний по плечу и предупреждений «Защищайтесь!». Просто-напросто ударил ногой по спине филера, целясь каблуком в поясничный отдел позвоночника.

Парень обладал парой глаз на затылке или крепко обостренным шестым чувством, и полноценного удара не получилось. В последний момент, не оборачиваясь и даже не вынимая рук из боковых карманов куртки, он успел сместиться с линии атаки,. и ботинок Акулова только зацепил его почку, не нанеся заметного вреда.

Одного, брошенного через плечо взгляда, филеру было достаточно, чтобы оценить ситуацию и броситься бежать к выходу из двора.

Акулов ломанулся следом. При старте он проиграл пару секунд, но быстро наверстывал упущенное и уже готовился, в прыжке, сбить противника е ног, когда тот пригнулся и ушел вправо, крутанулся каким-то хитроумным движением, гася инерцию, и оказался лицом к Андрею уже в боевой стойке, на широко расставленных полусогнутых ногах, левым плечом вперед. Секундой позже его правая рука, описав полукруг, замерла возле бедра, и Акулов заметил зажатый в ней нож, удерживаемый лезвием вдоль предплечья.

Оба замерли.

— Брось железяку, — сказал Акулов, стараясь контролировать противника и одновременно отыскивая взглядом предметы, которые можно было бы приспособить для драки.

Предметов, конечно, не оказалось.

— Сейчас, — оскалился парень, и Акулов невольно вздрогнул, когда сверкнули вставные зубы из стали. Как же его приняли в топтуны с такой особой приметой? — Подойди, отбери!

Ситуация изменилась секундой позже, когда из-под арки выскочил Волгин. Оценив обстановку, он на бегу выдернул из кобуры пистолет, рявкнул со всей мочи:

— Стоять, милиция! — и выстрелил в воздух.

В дневное время на городских улицах выстрел из «Макарова» слышен плохо и людьми посторонними обычно не воспринимается как что-то пугающее, но те, кому он непосредственно адресован, все понимают верно.

Сдвинувшись вбок, чтобы от Волгина его прикрывала фигура Акулова, филер дернулся вперед, якобы намереваясь атаковать, обозначил широкий маховый удар снизу вверх, перехватил нож так, чтобы лезвие торчало из кулака сбоку, еще раз бросил руку по дуге сверху-вниз-налево, заново перехватил, имитируя подготовку к прямому выпаду в живот и, прервав движение в самый неожиданный момент, крутанулся на месте, чтобы выбежать из двора в переулок.