Алая графиня
Шрифт:
— Я пришла сюда сама по себе.
— Если тебе нужно безопасное убежище, то это самое подходящее место. Я никому не скажу, что ты здесь. — Он поглядел на свою пустую кровать, затем на меня. — Но разумеется, я стану хранить тайну… если ты будешь соответствовать. Может быть, я упоминал, что отправил из города жену и детей еще до вторжения его светлости герцога Валентино в Имолу?
— Я… Сер Луффо, мне необходимо видеть Чезаре Борджа.
«Ангел, только помоги мне добраться до него, и я во всем буду тебе повиноваться».
— Зачем? — пожал плечами Нумаи.
— Мне бы
— Разумеется, это невозможно. У его двери двое стражников. Даже если ты сумеешь пройти, его светлость — человек крепкого сложения и прекрасно владеет мечом. Да, он благосклонно относится к хорошеньким женщинам и, возможно, даже выслушает тебя, прежде чем убить.
— Прошу тебя. — Я соскользнула с сиденья и опустилась на колени, однако не смогла сложить руки в молитвенном жесте, а вместо этого упала на четвереньки. — Если ты проведешь меня мимо стражников…
На Нумаи это не произвело никакого впечатления.
— Чтобы ты могла его убить? Да меня потом четвертуют и выставят куски на площади! — Он вдруг перешел на льстивый тон: — Моя дорогая Дея, ты, судя по всему, пьяна или же сошла с ума от долгой осады. Останься со мной, я смогу тебя защитить, обеспечить такую жизнь, какой ты не знала даже у своей госпожи.
Меня охватила ярость. Я подползла к креслу сера Луффо, схватилась за него, встала и нависла над Нумаи. Он в радостном предвкушении ожидал, что сейчас я его обниму. Вместо того я схватила главу города за бархатный воротник и дернула так, что он закашлялся и начал хватить ртом воздух.
Из меня потоком хлынула ложь.
— К Форли уже движутся войска. — Я оскалилась. — Такая могучая армия, что Борджа побежит, сверкая пятками. Тебя действительно четвертуют и выставят на площади, если ты не поможешь госпоже Форли. Помнишь ту ночь, когда убили графа Джироламо, а ее светлость была заперта в собственной спальне и ожидала прихода убийц? Нет никаких сомнений в том, что злодеи переманили тебя на свою сторону, ведь ты сидел и ждал, сможет ли она выжить в том кошмаре! Графиня справилась и милостиво простила тебе бездействие. Но клянусь, не сойти мне с этого места, сер Луффо, что она снова возьмет Форли и публично казнит тебя, если ты не поможешь ей сейчас!
Я выпустила ворот Нумаи и оттолкнула его. Красный, задыхающийся, он сипло кашлял и хватался за горло, глядел на меня испуганно и зачарованно.
— Это правда? — прохрипел сер Луффо.
Он сильно дрожал, но не столько из-за моей выходки, сколько из-за общего возбуждения.
— Войска уже идут? Но откуда? Лодовико Сфорца еще не взял Милан…
— Это сегодня вечером он его не взял, — прошипела я, все еще грозно нависая над ним.
Апатия прошла, и я вдруг почувствовала себя энергичной и непобедимой.
— Но завтра утром все узнают, и будет уже поздно мне помогать!.. Делать это надо сейчас!
Нумаи съежился в кресле и поглядел на меня с робкой надеждой.
— Я не могу помочь, мадонна Дея… если ты не ударишь меня.
Я отвесила ему такую оплеуху, что заныла рука.
Он схватился за щеку, на мгновение зажмурился в экстазе, потом снова поглядел на
— Допустим, я помогу тебе попасть в комнату Борджа и ты его убьешь. Но что я буду делать, если тебя схватят, или в том случае, если ты выполнишь свой план?
— Если меня схватят, ты скажешь, что я тебя победила и сбежала, — ответила я.
— Победила меня? — Он нахмурился.
— У тебя ведь, сер Луффо, в этой комнате есть оружие? Или, может, я просто-напросто хватила тебя по голове кочергой…
Он поглядел на кочергу и задумчиво нахмурил брови, размышляя о том, чем может обернуться очередное предательство.
Я воспользовалась моментом и надавила на него:
— Борджа умрет не сразу. Если я сумею попасть в его спальню, то мне будет нужна всего минута, не больше. Плохо ему станет только утром, да и тогда все решат, что он просто простудился. Если я незаметно вернусь и проведу с тобой остаток ночи, никто ничего не заподозрит.
Я была не вполне искренна, делая ему это предложение, — меня не оставляла мысль, что произойдет, если у меня ничего не получится. Я отступила от кресла, в котором сидел Нумаи. Половина его лица оставалась в тени, другая была залита золотым сиянием, как будто художник зацепил кистью огня и выкрасил сера Луффо. Освещенную часть физиономии главы города покрывал мелкий затейливый узор, такой же прекрасный и бессмысленный, как шифры Маттео.
Что-то шевельнулось в сумраке позади него, я подняла глаза и увидела, как густая тень собирается, сливается в человеческий силуэт, переливающийся сияющей чернотой. Ангел был теперь рядом со мной.
Забыв о себе и о Нумаи, я прошептала:
— Только проводи меня к Чезаре Борджа — и я буду вечно повиноваться тебе.
Убедившись в том, что никак не пострадает в случае моей неудачи или же успеха, Нумаи предложил план. Борджа ночует в его покоях, дверь в которые расположена ровно посередине коридора на третьем этаже. Туда можно попасть с черной лестницы, идущей со стороны западного крыла палаццо, или с парадной, которая находится в восточном крыле.
— Я проведу тебя на черную лестницу, а потом позову стражников, — предложил сер Луффо. — Они подбегут ко мне, а ты доберешься до двери. Не волнуйся, я придумаю что-нибудь, чтобы задержать их надолго. Моя дорогая, я сделаю тебя счастливой!
Однако, прежде чем вести меня, сер Луффо зашел в небольшую гардеробную и вынес платье жены. Этот совершенно нелепый наряд из кружев, жемчуга и золотых бусин вызывал куда меньше подозрений, чем грязная мужская одежда, бывшая на мне.
— Женщины постоянно приходят и уходят, — криво усмехнувшись, пояснил Нумаи. — Чезаре каждую ночь совершает новое завоевание. В таком виде солдаты не обратят на тебя внимания и уж точно не заподозрят опасности.
Я заперла сера Луффо в гардеробной — эта игра доставляла ему истинное наслаждение, — быстро переоделась и спрятала растрепанные волосы под одним из шарфов его жены. По счастью, вырез у платья был небольшой, и подвеска в форме сердца оказалась скрыта от посторонних глаз. Я вывернула карманы плаща и переложила мой талисман, девятку мечей, в кармашек платья.