Алёна
Шрифт:
– И все в белых штанах, - вспомнила Алёна рассказ Бендера.
Народ был разный. И абсолютно черные лица, и коричневые, и серые, и белые. Так что мазаться кремом здесь не надо, - решила девушка. Там, на окраине, где живут коренные, она, как бельмо на глазу, а здесь - пожалуйста. Проверь всех "бледнолицых"!
Пока Алёна осмысливала свои наблюдения, мотороллер в очередной раз свернул и помчался по узенькой дорожке вдоль побережья. Вскоре светящиеся разноцветными огнями отели остались позади, а дорожка превратилась в тропинку, которая свернула к морю. Здесь стоял, тоже светившийся, но более скромными огнями просторный навес
– Наверняка всё рассказала, - вздохнула Алёна. Такой нездоровый интерес к её персоне её не нравился. Смотрят как не на девушку, а как на чудище какое. С любопытством и страхом. Стараясь быть "как все" она подошла к стойке и взяла выставленный пареньком - барменом стакан кока-колы. И пока Фернандо что - то тараторил обступившим его друзьям, кивая на Алёну, та осмотрелась. Понравилось, что сосем не было пьяных. Вспомнила танцы в их деревенском клубе с обязательными оппившимися отморозками. Вспомнила танцы в райцентре и пугающих стеклянными глазами "уколовшихся" ребят. Вздохнула. Но воспоминания были прерваны окружившими её подростками.
– Девушка, мы не знаем, как ты это сделала, но Фернандо говорит, это ты его спасла. Спасибо. Ты не знаешь, какой это парень!
– начал один из них - сравнительно высокий стройный юноша, постарше остальных. Правда, все они были здесь стройные - ни одного толстячка. "Наверное, все рыбаки", - подумала Алёна.
– И по словам Хуаниты ты запросто сняла проклятие их рода, - излечила три поколения! И Лопес - тому подтверждение. Дааа. Не позавидуешь "Кальмарам". Он и одной рукой их укатывал, а теперь… - Все засмеялись.
– Давайте знакомится. Я Уго, - руководитель всей этой компании. Не сейчас. В море. А здесь у нас даже не демократия - анархия. А ты, волшебница, кто и откуда?
– Я из… - Алёна вдруг спохватилась и замолчала.
– Да ты не бойся. Малый Педросо уже всем раззвонил, - и выдержав эффектную паузу объявил: Фея из страны Оз! Стелла, кажется?
– Почти так, - заулыбалась под общий смех девушка. Ребята оказались простые, славные, какие-то неиспорченные.
А затем заиграла музыка и начались танцы. Это было что-то. Таких па она ещё не видывала. Алёна вначале стеснялась, затем поняла логику движений и у неё что-то начало получаться. А под медленные мелодии, толи сговорившись, толи просто от любопытства, её приглашали поочерёдно всё новые и новые кавалеры. И, видимо, давало о себе знать положение феи - кавалеры были учтивы, галантны и держались на приемлемом расстоянии. Правда, только с ней. С другими девчатами эти же кавалеры танцевали совсем по - другому. Пораскованнее и поплотнее. Кстати, что касается девушек. Как и ребята, они были стройными, пропорционально сложенными, и естественно раскованными. В лёгкой, открытой " бесстыдной - сказали бы в их деревне" одежде. Только вот Алёны дичились. Или ревновали ко всеобщему сегодняшнему вниманию мужской половины? Ничего. Она здесь ненадолго. И тоже в их дружбе не нуждается.
Перетолковав между собой в следующем перерыве, Фернандо и Уго подошли к новой знакомой.
– К Крабам вдвоём не поёдёте.
Алёна пересела на навороченный мотоцикл Уго, а Фернандо на своей самоделке пристроился сзади.
– Ты проедь до крана, оттуда посмотришь. Если что, вот, вызывай наших, - протянул Уго юноше мобильник.
Мотоцикл рявкнул и сорвался с места.
Байкеры, они не сами по себе. Байкеры в генах каждого из пацанов. Только вот не у всех есть возможности. Но уж если есть… Несмотря на напяленный шлем, девушка оглохла от рёва двигателя и музыки. От миганий разноцветных ламп рябило в глазах. Мимо промелькнули светящиеся рекламы цивилизации и они вновь погрузились в полутьму. Уго ехал каким-то широким полукругом, то въезжая в черту города, то выскакивая из неё. Затем показалась пристань, очертания каких-то больших судов. Проехали и это. Вскоре Уго снизил скорость, убрал шумовое сопровождения и мотоцикл, тихо урча покатился по каким-то аккуратным ухоженным улочкам.
– Спальный район. Мы договариваемся здесь. Разборки устраивать - другие места есть. Здесь наши шишки живут, поэтому мы здесь ни-ни. Уговор. Но на всякий случай Фернандо - там, - он кивнул на видневшийся в темноте строительный кран. За этими пояснениями Уго заглушил двигатель, оставил мотоцикл в переулке и вместе с алёной вышел в миниатюрный освещённый скверик.
– Вот здесь, - указал он на миниатюрную скамеечку. Присаживайся.
Долго ждать не пришлось. Из темноты переулка вынырнули две тени.
– Почему ты?
– вместо приветствия спросил резкий голос. Он принадлежал невысокому патлатому парню. Алёна сразу насторожилась. Не нравились ей вот такие, вертлявые, с развинченными движениями.
– Фернандо занят.
– Видимо, очень занят, - ухмыльнулся патлатый.
– Не твоё дело. Где Санчо?
– Здесь, здесь, не волнуйся, - вышел из темноты второй - в отличие от напарника наголо обритый, коричневый почти до черноты парень. Даже, скорее, мужчина, - прикинула Алёна. И такие, нагло-равнодушные, цедящие слова сквозь зубы ей тоже не нравились.
– Она?
– кивнул Санчо в сторону девушки. Не дожидаясь ответа, патлатый вплотную подошёл к Алёне и начал рассматривать, словно ощупывая наглыми навыкате глазами. Девушка демонстративно отвернулась.
– Она!
– довольно констатировал патлатый.
– Правда, обстриженная и крашенная, но она.
– Кто, "она"? Вообще, какое вам дело, кто она? Давайте о цене. Или разбежимся, - предложил Уго.
– Да. О цене. Тут, видишь ли, заморочка одна проявилась. Не потянете вы.
– Давай ближе к делу. Берётесь или нет. И за сколько. Иначе мы пошли, - напрягся, почуяв неладное, Алёнин напарник.
– Я же объяснил.
– Санчо вдруг ухмыльнулся, блеснув жёлтым металлом зубов. По какому то его или патлатого знаку из темноты повыныривали разномастные, но однообразно мерзкие рожи и обступили разговаривающих.
– Это что же? А наш уговор?
– удивился, осматриваясь, Уго.
– Да… Уговор… Понимаешь, даже самому стыдно, - картинно потупился Санчо.
– Но уж очень большие люди и очень большие деньги. Так что, извини, ничего личного.
– Под эти слова двое его подручных грубо схватили Алёну за руки.