Алмон
Шрифт:
Обладая этими бесценными знаниями, Палач заранее озаботился сервировкой стола, и целое утро мог наслаждаться обществом хмурого, не выспавшегося Владыки. Патриций не гнал Палача, но и не смотрел в его сторону, он меланхолично попивал вино, вяло поедая салат из золотой, усыпанной драгоценными каплями салатницы. Постепенно взгляд Георга сфокусировался на салатнице, и она показалась ему уродливо тяжеловесной.
– Убрать, – тихо произнес Владыка.
– Сейчас, – Палач кинулся к девушке, крепко спавшей на
– Тарелку убрать! – рявкнул Повелитель и швырнул в Палача произведение искусства Юпитера. – Принеси в прозрачном!
Молодой человек подобрал блюдо, собрал рассыпавшийся салат с золотистого ворса ковра и помчался за прозрачным. Георг, откинувшись на спинку кресла, выдохнул голубоватый сигарный дым и посмотрел на массивную черно-золотую люстру. Патрицию всегда хотелось, чтобы хоть одна такая большая люстра упала вниз. Просто взяла и упала…
– Вот, господин, – Палач поставил на стол такое прозрачное, что оно казалось невидимым, блюдо с салатом, – приятного аппетита. Доброе утро…
– Палач, – тяжелым серым взглядом Георг посмотрел на нерешительно мнущегося у стола молодого человека, – ты меня любишь?
– А? – Палач непонимающе улыбнулся. – Ч-ч-ч… то?
– Ты меня любишь?! – прорычал Георг.
– Да! – выкрикнул Палач.
– А за что? – гораздо спокойнее произнес Владыка, делая глоток вина.
– Ну… вы весь такой… да и вообще…
На лице Патриция вдруг возникло выражение, будто он собирался заплакать. Но он расхохотался. Отсмеявшись, Георг затушил сигару и сказал:
– С кровати прибери.
– Да! – молодой человек обрадовался, что все теперь снова стало просто и понятно.
Палач ловко завернул девушку в ее собственную одежду и, перебросив через плечо, понес к выходу.
– Палач! – окликнул его Патриций.
– Да, Повелитель? – молодой человек развернулся, девушка ударилась головой о дверной косяк, но даже не проснулась.
– Пусть свяжутся с Системой Бич, со Снекторном. Когда связь появится, сразу доложи.
– Да, господин.
Палач вышел со своей ношей в коридор, аккуратно прикрыв двери. Начинался новый день. На Марсе наконец-то прекратились дожди.
Анаис улыбалась, дыша морским ветром с тонким запахом ленкоранской акации. Успокоилось сердце, смолк протяжный вой крови. Страх с отчаянием без следа растворились в прозрачной солнечной воде. И Анаис увидела выход.
– Ну что? Ты узнал, где он? – бросилась Терр-Розе навстречу низкорослому мужчине с водянисто-голубыми глазами.
– Он на Сатурне, моя королева, – доложил разведчик Параллельных Миров.
– На Сатурне? – удивилась она. – Что он там делает?
– Гостит у Аргона и Олавии, как выяснилось, он их близкий друг.
– Друг
Чувствуя приближение очередного приступа, Патриций так и просидел в кресле, разглядывая пространство спальни, до тех пор, покуда не приоткрылась дверь, и голос Палача не сообщил об открытии канала связи с Системой Бич.
– Я вам еще нужен?
– Нет, ступай.
Потребовалось время, прежде чем Георг нашел в себе силы подняться. Покинув спальню, Георг прошел через анфиладу залов, включенных в его личные покои, и оказался в сравнительно небольшом помещениии, выдержанном в приглушенных тонах. В нем не было ничего кроме зависшей в воздухе туманно-синей сферы и белого кресла напротив. Присев, Георг вытянул босые ноги, запахивая длинные полы халата и откинулся на спинку, роняя руки на подлокотники. Внутри туманно-синей сферы вспыхивали и гасли черные всполохи с редкими зеленоватыми вспышками. Постепенно вспышки учащались, и вскоре зелень целиком заполнила сферу изнутри.
Долгие напряженные раздумья ничего не дали – это действительно был единственно возможный выход.
«Надо подойти, – девушка сняла туфли, – подойти… и прикоснуться к нему…»
Отливающий жирным блеском черный пол застонал, запружинил под босыми ногами гораздо спокойнее и тише. Не обращая внимания на сотни невидимых крошечных игл, впившихся в стопы, Анаис медленно пошла к «Гнезду».
– Алмон, по каким далям Мертвой Зоны бродят теперь твои мысли и чувства? Где ты, Алмон?
Полуволк приподнял голову, в его горле заклокотал звук, отдаленно напоминающий рычание.
– Алмон, – еще один шаг вперед, – где бы ты ни был, где бы ты сейчас не находился… Ты не услышишь меня, я знаю, но почувствуй, прошу тебя, доверься мне. Сама я не выберусь отсюда, а ты сможешь, ты спасешь нас обоих, ты что-нибудь обязательно придумаешь.
Шаг, еще шаг. Застыв изваянием, полуволк смотрел на нее тяжелым немигающим взглядом.
– Алмон, пожалуйста, – ласково произнесла девушка, – дай мне дотронуться, прикоснуться к тебе…
Внезапно полуволк сорвался с места и одним шлепком отшвырнул Анаис назад. Шею девушки спасло колье с зелеными камнями, но плечо и предплечье когти располосовали. Будь это не шлепок наотмашь, а удар, ее ничто бы не спасло. Девушка упала на пол, отлетая к кровати. Ее мгновенно замутило от вида собственной крови. Опасаясь, что в мертвой атмосфере кровь плохо свернется, она зубами принялась отрывать полоски от подола платья и кое-как бинтовать раны.
– Не думать о боли, – шептала она, – не думать о крови… думать о выходе…