Амена
Шрифт:
– Ее тоже нет. Они бежали! Видимо, ночью, пока ты представлял во сне, как забавляешься с моей женой. – Эфин сел на кровать и обхватил голову руками, он явно был расстроен, но не как тот, кто потерял свой трофей, а как тот, кто переживает сердцем.
– Я здесь ни при чем, брат, – пробубнил Фарон и задумался.
– Учти, если это твоих рук дело, я лично четвертую тебя.
Но, Фарон сразу же пришел в себя и спросил:
– Стоит ли так переживать? Она сбежала, а значит, нарушила уговор. Можешь собирать войско и идти в Мазарат.
Но Эфин лишь оскалился и вышел из шатра. Великий воин был растерян, он впервые не знал, что ему делать,
Зайдя в покои своей сбежавшей жены, он взял ее шелковый шарф и сел на кровать. Перебирая в руках этот кусочек ткани, который так нежно пах ее телом, Эфин вспоминал все, что сделал, но самое главное, вспоминал то, что сделал не так - бросил Амену здесь, в деревне кишащей дикими монстрами, потерявшими контроль и жаждущими лишь насилия и крови. Но спустя пару часов он встал и направился к брату, Фарон тем временем обследовал путь, которым ушли крианки. Двое встретились на дороге, ведущей в деревню:
– Что скажешь?– Эфин со злостью в глазах смотрел на него.
– Они ушли ночью, пробрались на пастбище и взяли двух лошадей, затем еще какое-то время шли по дороге, но потом оседлали аттаринов и направились к лесу.
– Что дальше?
– Дальше они разошлись. Амена направилась в восточную часть, а служанка в южную. Как думаешь, куда они направляются?
– Не знаю, но разными путями они не пойдут, а значит, должны где-то встретиться. Им известен только тот путь, которым мы прибыли сюда.
– И ты будешь ее искать? – Фарон казался спокойным, но его спокойствие было лишь внешним, а внутри него все кипело, так как он тоже желал Амену и каждую ночь представлял ее в своих руках. – К чему это все?
– Она моя жена, тем более у нас уговор.
– Кого ты пытаешься обмануть, Эфин? – он засмеялся. – Причина уже давно не в этом треклятом перемирии, а в ней, в Амене. Тебе нужна она.
Тогда Эфин подошел вплотную к брату и, обнажив клыки, произнес:
– А разве тебе она не нужна? А? Фарон? Не ты ли протянул к ней свои грязные лапы?
– Да! Нужна! – Фарон так же оскалился. – Амена знает, для чего ты ее держишь здесь и что хочешь получить. Тебе нужны лишь полукровки, которыми ты заполняешь Тарон, а она идеальный вариант, здоровая и красивая крианка, наследница критти, в ее венах течет кровь этих кочевников, которым не было равных в хитрости и жестокости. Даже номары веками содрогались перед топотом копыт их лошадей, оставляли свои земли и бросали добычу, лишь бы миновать столкновения. Хочешь создать непобедимую армию, забыв о том, кто ты есть? Знай Эфин, номары не будут долго ждать, их терпение на пределе.
Но Эфин отошел от брата и направился к своему коню, а оседлав, сказал напоследок:
– Следи за деревней. Надеюсь, с этим ты справишься, и номары не разбегутся от тебя под покровом ночи. Я найду ее и вернусь, тогда и решим, кто из нас ей нужен больше.
И уже через несколько минут Эфин скрылся из виду, а Фарон остался стоять, провожая взглядом брата, но в его душе зародились большие сомнения.
Глава IX
Сразись
Мы движемся уже несколько часов, но до реки путь не близок, поэтому пришлось остановиться у попавшегося на глаза ручья, и дать возможность моему коню напиться. Аттарины могут долгое время обходиться без еды, но вода для них очень важна, без нее эти могучие животные слабеют и теряют скорость. Пока мой конь жадно вбирал воду в свою пасть, я присела у ручья и умылась. Сквозь деревья проглядывало солнце, его лучи мелким бисером рассыпались по травяному ковру, отчего вся земля блестела и переливалась. Вокруг нас раскинулись густые леса, которые казались бесконечными и одинаковыми, любой неопытный путник мог заблудиться здесь в считанные секунды, я тоже плохо знала здешние места, но отчетливо помнила направление ветра и цвет коры деревьев, она была красноватая с той стороны, откуда мы пришли, а значит, я следую правильным путем. Надо лишь набраться терпения и не терять надежды.
Сейчас меня совершенно не волновало то, что я нарушила наш с Эфином договор, я бежала оттуда, где нет жизни. Номары уже мертвы, их души давно прокляты и Скайра наблюдает, как они постепенно уничтожают друг друга изнутри. Возможно, Фарон прав и эти создания не пригодны для оседлой жизни, но если им дать возможность идти вперед, то они начнут разрушать все вокруг себя, никого не щадя, так пусть лучше номары перебьют друг друга, чем заберут сотни и тысячи невинных душ.
После небольшой передышки снова двинулись в путь. Если все верно, то до реки оставалось еще два – три часа, там мы должны встретиться с Лумеей и уже вместе следовать до Тихих лесов. Я молилась только, чтобы она была там. Пробираясь сквозь деревья, почувствовала как ветви цепляются за волосы и лицо, то были Каршевые заросли, их ветви покрывали острые шипы и, вонзаясь ими в плоть, будь то птица или любое другое животное, питались кровью, оставленной жертвами на них. Мы попали в самый рассадник этих кровососов, конь беспрестанно рычал и бросался из стороны в сторону, но продолжал идти вперед. Как только Каршевая чаща осталась позади, мы остановились, и я какое-то время стирала кровь со своего лица, шеи и рук, казалось, будто нас изрезали сотнями тонких иголок, все порезы жутко чесались и постепенно начинали болеть. Видимо, эти проклятые деревья еще и ядовиты, а спустя некоторое время стала замечать, что аттарин прихрамывает, словно ноги не слушаются его.
Спрыгнув на землю, решила осмотреть несчастное животное, и моим глазам открылась чудовищная картина, все тело коня было покрыто глубокими порезами, из которых сочилось что-то желтого цвета, очевидно, яд. Раны вздулись и продолжали увеличиваться, а я ничего не могла сделать, аттарин постепенно угасал. Аккуратно усадив его на землю, достала из сумки небольшой кувшин с водой и дала ему попить напоследок. Он сделал несколько глотков, и его голова упала мне на колени. Как оказалось, самые ядовитые шипы у тех деревьев располагаются ближе к земле, поэтому основной их удар пришелся на коня, я же получила меньшую дозу. В теле ощущалась слабость и слегка кружилась голова, но все-таки могла двигаться вперед. Произнеся молитву за душу усопшего животного, погладила его гриву на прощание и пошла дальше. До реки еще пару часов, значит надо спешить, иначе Лумея уйдет.