Андервуд. Том 1

Рэд Илья

— Собирайтесь, — сказал им на восьмой день Саймон, — пойдём в город.

Ник с Гансом метнулись за обмундированием и попутно взяли огромные тюки с амуницией глоковских бедолаг. Учитель хотел это всё продать на чёрном рынке оптом.

Транспорта у них не было, так что вместо тренировки вот такая вот ходьба с утяжелением. Они спустились в район крысолюдов, и Саймон уверенно повёл их в дебри самого опасного народа в Андервуде. Его сородичи слыли жестокими убийцами и крайне нетерпимо относились к другим расам. Разве что людей более-менее

уважали, но только за силу.

— Сюда, — сказал сенсей, и они продолжили спускаться в ложбину, где по склонам были разбросаны «норы» — выдолбленные в камне жилища. Точнее, их сделали с помощью кислоты слизней.

Дальше глубина нарастала. Выглядело это так, будто они спускались в карьер по серпантину. В этой области пещера уходила далеко вниз, и здесь крысиный народ нашёл приют. Воздух был тяжёлый, и чувствовалась примесь других газов. Ник бы тут ни за что жить не стал.

Если человеческие дома напоминали огромные термитники, то здесь в стенах зияли тысячи нор, будто их прорыла стая кротов. Он подошёл к огороженному краю пропасти и хотел посмотреть вниз.

— Не смотри, — одёрнул его сенсей, схватив за рюкзак.

— Почему? — справедливо задал вопрос Ник, здесь он ни разу не был по понятным причинам — ещё на подходе с него бы спросили. Людям тут не рады, особенно всяким голодранцам.

Вместо Саймона ответил Ганс.

— Глубина притягивает, бывали случаи, когда человека она тянула вниз, стоит только посмотреть.

— В смысле? — не понял он товарища, магия магией, но как тогда крысолюды свободно ходили туда-сюда?

Если существовала бы какая-то тяга, она бы всё туда засосала.

— Жертвы сами прыгали вниз, — пояснил Ганс. — Ты когда смотришь, в голове что-то щёлкает и хочется спрыгнуть, так что лучше не надо.

Ник пожал плечами и пошёл дальше. Судя по всему, глубина тут действительно зверская. Больше похоже на заброшенную алмазную шахту типа кимберлитовой трубки «Мир».

Так как освещение с потолка не доставало до этих областей, крысолюды развешивали растительные гирлянды прямо на склонах по мере спуска. Из-за этого, чем ближе ты к скале, тем освещённей и безопасней было.

Наконец, Саймон повёл их внутрь четырёхметровой норы и тут Ник опять удивился. Оказывается это даже не отдельные жилища, а целая сеть туннелей! Они шли по освещённому искусственно вырытому коридору и по пути им встречались ответвления с магазинчиками, как квартиры в малосемейке.

Это был крысолюдский рынок. Народ сновал туда-сюда целыми семьями, тут были и свои нищие попрошайки, и раздирающиеся зазывалы, лоточники с готовой едой и всякие мутные личности в длиннополых пальто. Один подошёл к нему словно из старого советского фильма и, распахнув полы, предложил закинуться весёлыми травками и грибочками.

Внутри такая «витрина» была усеяна многочисленными кармашками с образцами. Ник махнул рукой, что не надо и крысолюд, нервно вытирая нос, отошёл назад к стене и,

ссутулившись, прислонил одну ногу в ожидании покупателя.

Здесь было душно, хоть и чувствовалось наличие вентиляции. Они тут же запотели в своих одеяниях. Местные предпочитали как раз таки носить лёгкие накидки. От холода их спасала шерсть.

Протолкавшись через очередь в общепит, они вскоре добрались до нужного торговца. Под неодобрительные взгляды крысолюдов сбросили рюкзаки на землю и ждали, когда скупщик освободится. Всё повторялось по одной схеме — сначала смотрели на них с Гансом, потом на Саймона, цыкали и отворачивались.

То и дело кто-то толкал плечом будто случайно, но Ник старался не обращать на это внимание. Тут не тот случай, когда можно устроить мордобой — даже Саймон не в состоянии обуздать разгорячённую толпу. Крысолюды ужасные ксенофобы. Они всей душой и телом ненавидят другие расы и стремятся их уничтожить. По крайней мере, в мыслях.

Законы Андервуда ещё как-то их сдерживали на территории трёх других округов, но вот сюда потная рука чиновников не дотягивалась. Здесь царили общинные правила. Во многом из-за суровых условий проживания.

— Саймон, здравствуй, — очередь, наконец, дошла до них, и сенсей поздоровался со скупщиком.

Мы вывалили на прилавок всё шмотьё, и дальше учитель долго и нудно торговался за каждый грош. По ходу это была знакомая для спекулянта игра, и он знал, как обращаться с этим крохобором. По итогу столковались на трёх тысячах экоинов за всё. Обмундирование на десять человек — то, что не слишком сильно обгорело.

Хлопнули по рукам и вскоре они вышли из рыночного туннеля обратно в шахту.

— Теперь куда? — спросил Ник, с облегчением расправив плечи.

— Обменяем твой камушек.

Точно, ему же тоже наличные нужны. В этот раз они, наоборот, поднялись почти к самому выходу и там зашли не в нору, а в широченную пристройку в стене. Она была построена по людским лекалам, но что-то подсказывало, что само хранилище емировой руды было в скале.

Тут всё сияло чистотой. Пол выстлан аккуратной плиткой, освещение ламповое и мягкие диванчики, обитые фиолетовой кожей, расположились в зоне ожидания. Всё для удобства ожидающих. Персонал одет в одну красно-белую форму и состоял в основном из барышень людей, но Ник не сомневался, что, если надо, охрана выбежит из соседней комнаты и предложит совсем другой сервис.

Он протянул камень крысолюду с непропорционально огромной башкой и стал дожидаться результатов проверки. По итогу ему выдали четыреста пятьдесят экоинов и пожелали удачи. Отлично. Полтинник он сразу отдал сенсею. Полукровка взял у него деньги с той же скоростью, с которой вынимал меч, и довольно постучал себя по карманам.

Дальше они заскочили в местную «аптеку» и Саймон взял заказ на доставку коксальной железы ледяной сколопендры. Им объяснили, что она находится в задней части монстра.