Андервуд. Том 1
Шрифт:
— Ну что ж, буду ждать, — Ник мимолётом встретился с ней взглядом, и внутри обожгло давно забытым чувством восхищения женской красотой.
— И ты приходи, — улыбнулась она ему, Ник нахмурился и вышел из помещения.
— Вот он прирождённый сердцеед, — хохотнув, ткнул в него локтем Ганс.
Да, сердцеед… Это слово ничего, кроме тошноты, не вызывало в нём. На память приходили не жгучие красотки, а та безобразная сцена с пожиранием сердца дракона и копошащимися вокруг личинками.
Ник отбежал в сторону и проблевался. Сказалась усталость от длительного похода.
— Эй, ты чего? — хотел было похлопать его по спине Ганс, но остановился, когда увидел знак не трогать его.
Саймон засунул руки в карманы и поглядывал на него неодобрительно. Вот только комментарии от озабоченного на чистоте и деньгах садиста ему сейчас на фиг не сдались.
— Всё нормально, — он выпрямился и накинул лямки рюкзака на плечи.
Обратный путь был словно дорогой из ада в мирные кущи. Всё-таки округ крысолюдов накладывал свой отпечаток на обитателей. Мало того что дышаться легче стало, так и чувство тревоги потихоньку отходило на второй план. Было что-то в этой пропасти необъяснимое, что давило на психику.
Саймон жил на отшибе как раз на границе крысолюдов и людей. Вокруг кроме него не было ни души. Ник не знал, как он дотащил этот огроменный череп, но очевидно, что власти не дали его транспортировать дальше, поэтому мастер душ обосновался в глухомани.
У такого расположения были и свои плюсы. Например, выход из Андервуда отсюда в шаговой доступности. Ну, или если тебе придётся убить десяток другой крысолюдов, то никто не заметит.
Они отодвинули калитку и облегчённо вошли внутрь. Поход закончился. Дальше обмылись, сменили одежду и перекусили. Живчик Ганс куда-то намылился, орудуя перед зеркалом расчёской — на макушке висел искусственный парик.
— Ты чего? — спросил его Ник, устало присев на кровать.
— Не хочу просрать свою молодость, — он подухарился какой-то гадостью из флакона и вырвал волосок из носа. — Хочешь, пошли со мной, — посмотрел она на отражение Ника.
— Спасибо за приглашение, но нет, — буркнул он Гансу.
Парень явно перебарщивал с любовью к самому себе.
Не хватало ещё заснуть от усталости на какой-нибудь девице и опозорится. Чувствовал он себя, действительно, неважно. Вскоре его новообретённый товарищ приоделся и свалил. Ник продолжал сидеть на кровати и думать, что же там произошло в пещере.
Очевидно, что он должен был лишиться руки. Говорить спутникам о произошедшем не стал. Они пока мало знакомы и доверять им полностью он не собирался. Особенно этому Саймону. Как спас, так ведь и сдать с потрохами может. Прежде надо самому попытаться выяснить, что это такое, а потом уже расспрашивать тренера.
Не заметив в своих самокопаниях, как прилёг на краешек кровати, Ник со временем провалился в тревожный сон.
Он полудремал на белоснежной постели. Свет солнца прокрался через не до конца зановешенные окна и прямоугольной полоской лёг на простыню. Ник затаил дыхание. Спиной к нему лежала девушка, одеяло скомкалось у неё на бёдрах, пушистые кудрявые волосы раскидались
Он протянул к ним руку и, едва прикасаясь, провёл пальцами по нежной коже от лопатки и дальше вдоль позвоночника. Спавшая блондинка была обнажена. Его движение заставило её пошевелиться.
— Пора вставать, — тихо сказал ласковый мелодичный голос.
Ник убрал руку и до боли сжал большим пальцем указательный. Девушка повернулась к нему и, не открывая глаз, улыбнулась. Он жадно ловил взглядом каждое её движение. Наконец, она снова сказала.
— Хватит на меня пялиться, Ник. Я всё вижу.
Но он всё равно смотрел. Она сонно и на ощупь протянула тёплую руку и погладила его с шуршанием по щеке. Опять не побрился.
— Пора вставать, Ник, пора.
— Ещё чуть-чуть, — хрипло сказал он.
— Просыпайся, — она глубоко вздохнула, а нежная рука соскользнула на матрас. — Ник, просыпайся, — её голубые глаза открылись, и волшебство закончилось.
Он снова в доме тренера. Валяется на кровати. За окном как всегда полутемень, лишь андервудский искусственный свет, жалкое подобие солнца, не давал темноте совсем уж сомкнуться в этой глуши. Во рту пересохло. Он встал и протянул руку к стоявшему на тумбочке кувшину и от души напился.
Посидел немного, пялясь в пустоту, и отправился на улицу к бочке ополоснуться. Прохладная вода потекла за шиворот и своим холодом привела его в чувство. Это был совсем старый сон, но он его давно не видел.
— Ник, — окликнул его голый по пояс Саймон, проводивший зарядку с дыхательной гимнастикой.
Он встал и подошёл к тренеру.
— Чего?
— Бери меч, помахаемся.
Не выдав удивления, он отправился в сарай за муляжом и мимолётом подумал, что по факту это будет их первое занятие. Если не считать ту аннигиляцию глоковских парней.
Как учил Ганс, он стал в стойку, выставив правую ногу вперёд, а кончик клинка смотрел противнику в подбородок, вторая рука чуть оттянута назад. На сохранение правильной позы он тратил часть усилий и внимания, поэтому был немного скован. Хотелось всё сделать правильно и показать, что он способен обучаться.
К сожалению, это не помогло. Саймон довольно быстро сломил его сопротивление и нанёс два режущих по плечам и один колющий в живот. Это значительно сбило дыхалку, и Ник осел на левое колено, ловя ртом воздух.
— Кто такая Саша? — спросил Саймон, нарочно на него не глядя и изучая ножны своего клинка.
Ник выпрямился и снова встал в классическую боевую стойку.
— Не твоё собачье дело.
— Вот оно как.
Саймон наскочил на него серией ударов. Ник парировал со злостью один за другим, но вскоре его отбитая кисть выронила меч, но он продолжил драку широким боковым ударом в шерстяную скулу любопытного засранца.