Арталан
Шрифт:
Совершенно не задумываясь, что она делает, Лили осторожно коснулась черных волос, а затем приподняла голову. Там, где ее пальцы должны были упереться в череп, девушка почувствовала только что-то мягкое и теплое. Она в ужасе отдернула руку, и тупо уставилась на перепачканную кровью кожу, в каком то ступоре пытаясь вытереть одну ладонь о другую.
Ее приобняли за плечи и отодвинули в сторону от кровати, так бережно, словно она была статуэткой, которая после увиденного была способна сломаться от любого прикосновения. Хотя Лилибель с трудом, но признала себе, что ей действительно было тяжело с этим справиться. Даже сфокусировать свой взгляд на
– Что? – переспросила Лилибель, и взгляд Александра, сосредоточенно бегающий по ее лицу, чуть смягчился.
– Говорю, что в следующий раз не буду таким дураком и не буду позволять принцессам заниматься тем, чем не следует. Как ты? – будь Лилибель в состоянии хоть на чем-то сосредоточиться, она наверняка обратила бы внимание на то, как резко он отбросил все формальности в общении.
Но сейчас она этого даже не заметила, тяжело втянув воздух и постаравшись выровнять дыхание.
– Почти в порядке. Просто это оказалось немного неожиданно, – он ободряюще улыбнулся, словно действительно понял, что она имела в виду. Это раздражало, можно подумать, ему самому приходилось видеть тело, которое кто-то заботливо уложил на его постель. И говорил он так вкрадчиво и медленно, как-будто знал, что она думает сейчас совершенно о другом, и может просто его не услышать.
– Хорошо, а теперь один важный вопрос: кто-нибудь видел, как ты выходила из комнаты, и сможет подтвердить, что здесь никого не оставалось? – от этого вопроса, кажется, даже во рту появилось неприятное послевкусие, заставляющее поморщиться и наконец сосредоточиться на том, что происходит снаружи, а не в ее голове. Лилибель перевела взгляд на собеседника и приподняла бровь.
– Имеешь в виду, не оставалось никого мертвого? – каждое слово сочилось ядом. В ответ на утвердительный кивок, девушка раздраженно фыркнула и с трудом подавила желание сложить руки на груди. С удовольствием сделала бы это, если бы не перепачканные пальцы. – Моя служанка Дана может подтвердить, я дошла с ней до зала.
– Прекрасно, а я смогу сказать, что все время видел тебя в зале.
– Ты разговаривал со мной только последний час.
– Видел и разговаривал это две разные вещи. Если потребуется, я смогу описать каждое твое движение, начиная с момента, как ты туда вошла. Даже то, как у самых дверей ты запнулась о подол платья, но решила, что никто этого не заметил. И даже то, как ты кусала губы каждый раз, когда сестра говорила что-то, что тебе не нравилось. И то, что тебе в ее присутствии даже дышать тяжелее, поэтому ты часто старалась оттянуть край корсета. Зато как только Малис ушла, ты совершенно о нем забыла, – Александр заговорчески улыбнулся, и в его медовых глазах заплясали озорные искры. – Не представляешь, насколько я могу быть внимательным.
– Не думаю, что в этом будет необходимость.. Даже если кто-то решил меня в этом обвинить, мне за это все равно ничего не будет, – Лилибель поймала себя на том, что чуть склонила голову набок и внимательно вглядывается в каждое его движение и даже пытается следить за мимикой. Стоит ли говорить, что такое внимание к ней казалось девушке подозрительным, и совершенно ей не нравилось.
– Даже принцессе такое может принести
– Об этом я позабочусь, – промурлыкал Аруло, неслышно появившись в комнате. Облокотившись на стену, он лениво перебирал пальцами серебряную вышивку на рукавах своей туники и только что не зевал, осматривая комнату. По телу на кровати он скользнул таким безразличным взглядом, словно оно не стоило и капли его внимания. Но когда он снова начал говорить, голос все же чуть дрогнул, будто от беспокойства. – Не поделитесь, что здесь произошло?
“Он то здесь как оказался?”
Лилибель закусила губу, стараясь собрать по кусочкам все разбросанные по голове мысли, и только было открыла рот, чтобы ответить, как Александр ее перебил и коротко рассказал о случившемся. Все это время принцессе оставалось только судорожно чесать руки, кожу на которых уже начало неприятно стягивать, и слушать. Советник говорил четко и спокойно, так, словно отчитывался перед своим королем по какому-то будничному заданию. У нее бы сделать также точно бы не получилось.
– Почему сразу не сообщили мне? – Аруло мягко опустился на колени перед кроватью, закатывая расшитые серебром рукава туники и обнажая кожу. Обе его руки опоясывали черные ряды татуировок: мелкие буквы и символы начинались чуть выше запястий и продолжались почти до самых локтей, и издалека смотрелись как несколько широких браслетов. Для Лилибель они были совершенно нечитаемыми, сколько бы она не рассматривала их – никогда не понимала значения, а Аруло всегда отказывался об этом рассказывать.
Сохраняя свое обычное выражение лица, он спокойно повернул голову Райз, открывая вид на проломленный затылок. Хоть Лилибель и успела отвернуться в сторону, и толком ничего не увидела, но зато почувствовала, как усилился запах. Он проникал в нос, и вызывал у нее тошноту.
– Думала, что получится разобраться самой.
– Как вижу, получилось только руки испачкать, – когда он поднялся на ноги и взглянул ей в глаза, уголки его губ дрогнули в подобие улыбки, но это вызвало у девушки только горькую усмешку.
Аруло прекрасно знал, что она не только перепачкалась в крови. Не будь рядом постороннего, она бы точно перестала прикусывать язык, с которого так и норовил сорваться едкий, и чуточку истеричный ответ. Точно также, как и Лилибель знала, что за показным равнодушием, он зол. – Ладно, Лилибель, тебе нужно привести себя в порядок, а потом мы вернемся на ужин.
– После этого? Обязательно? – сказать по правде Лилибель с большим удовольствием бы заперлась в ванной и постаралась бы соскребсти с себя всю кровь вместе с воспоминаниями об этом вечере. Меньше всего ей хотелось разыгрывать роль любезной и довольной происходящим принцессы.
Словно ища поддержки, она нашла взглядом Александра, который замер у ее стола, рассматривая толстый том стихов. У него точно были проблемы с правилами приличия. Да и с чувством такта тоже.
– Не нужно, чтобы кто-то в замке про это узнал. Будем вести себя как обычно, и не портить никому остаток вечера новостями.
– А тело..
Аруло недовольно поморщился, словно она была надоедливой мошкой, жужжащей ему на ухо. Только что не отмахнулся.
– Я ведь сказал, что обо всем позабочусь.