Ассистенты
Шрифт:
Я снова киваю. Не могу поверить, что фактически беседую с Викторией Раш. Не важно, что говорит только она. Она же Виктория Раш, ей платят за то, чтобы она говорила.
— А сейчас самое интересное, что можно увидеть на экране, — это сериал типа «Два члена и собака» — с шутками предпубертатного периода двух онанистов-идиотов, у которых играют гормоны.
Никогда не видела этот сериал. Должно быть, он идет по Ю-пи-эм.
Виктория берет банку с колой.
— Ты не знаешь, куда направился Лорн?
— Он сказал, что за покупками, — отвечаю я,
— Забавно, мне он ничего не покупает, — говорит Виктория.
Я в замешательстве — не знаю, что ответить.
— А где Мэтт?
Я и не думала, что должна следить за передвижениями ее сына, но, мне кажется, на эту тему есть статья в третьем разделе Книги правил. Прежде чем успеваю признать ужасную ошибку, Мэтт собственной персоной входит в комнату. Вместе с ним появляется запах спиртного.
— Привет, Мэтти, — сюсюкает Виктория. Он открывает холодильник.
— В этом гадком доме постоянно нечего жрать.
— Берти приготовит тебе все, что захочешь, — кладет ему руку на плечо Виктория.
— Меня достала ее еда. Знаешь, почти все матери готовят.
— Может, поедем куда-нибудь пообедаем? Только ты и я?
— Какого черта ты меня разводишь? — рычит Мэтт и уходит.
Мне хочется провалиться сквозь землю. С какой ненавистью он это сказал! Лицо Виктории становится мертвенно-бледным.
— Я буду у себя, — говорит она, едва сдерживаясь.
— Хорошо, Виктория! — восклицаю я с энтузиазмом девушки из группы поддержки. И сразу же понимаю, что веду себя как полная идиотка. Нужно расслабиться! В конце концов, Виктория — обычный человек. И чувствует себя потерянной, как и большинство из нас. А может, даже больше.
— О, и еще, Рошель… — в ее голосе снова появляются неприятные нотки, — принеси мне чай и газеты.
— Хорошо, мадам.
Рано или поздно мне придется сказать Виктории, что меня зовут по-другому. Но не сейчас, ведь имя Рошель звучит вполне похоже. Это не такая уж большая проблема, правда?
Прошла неделя. Я должна находиться у телефонов в офисе, но сижу на лестнице около винного погреба, потому что увидела мышь. И какой бы забавной она ни была, меня это не волнует: мне не нужна компания Стюарта Литла. Микаэла сейчас на каком-то прослушивании. Обстановка вполне спокойная. Я подала Виктории на ленч макароны в соусе из кедровых орехов — пришлось вытащить все орешки, потому что она любит только их запах, а наличие в еде не переносит. Потом я заказала для нее эпилятор «Нэдс», пылесос «Шарк» без мешка для сбора пыли и гриль. Телефон звонил всего три раза. Сначала это был новый пресс-агент Виктории, которого интересовала оплата. Потом парикмахер-стилист подтвердил встречу. Третьей звонила Кортни, она искала Лорна. А в остальном — никаких проблем. Поднимаюсь наверх— там теплее, а я замерзаю — и чуть не сталкиваюсь с Лорном.
— Мне кто-нибудь звонил? — спрашивает он.
— Кортни. Он кивает.
— Позвони ей и скажи, что я еду.
— Хорошо, сэр.
Он поворачивается, чтобы уйти, и вдруг оглядывается:
— Какой
Ничего себе! Я считала, что его интересуют «Лейкерс». Лицо Лорна перекосилось от злости.
— Ты в курсе, что должна знать ответ?
— Да, сэр. Не могу ответить прямо сейчас, но выясню и тут же сообщу вам, — краснею я.
Лорн закатывает глаза и вздыхает.
— Это крайне важная информация. Сообщи мне в машину, когда узнаешь.
— Да, сэр.
Он уходит, а я не успеваю ничего выяснить, потому что звонит телефон.
— Микаэла?
— Привет, Гриффин! — Сразу же узнаю его взволнованный голос. — Это Рейчел. Микаэла будет позже.
— У нас проблема, — говорит он. И я понимаю, что это серьезно.
— Что случилось? — шепчу я.
— «Мидлайф» закрыли.
— О Господи! — едва могу выговорить.
— Где Виктория?
— Гадает на таро.
— Сколько еще это продлится? Смотрю на часы.
— Минут тридцать.
— Ладно, хорошо. Передай, что к ней едет Джонни. Скоро увидимся.
Он вешает трубку так быстро, что я не успеваю обдумать его слова. Где носит Микаэлу ? Я не собираюсь сообщать Виктории плохие новости. Это ее работа. Звоню ей на сотовый, но она не отвечает. Отправляю сообщение на пейджер. Проходит пять минут, она не перезванивает. Да уж, на ее месте я бы тоже нарвалась на проблемы с большой буквы «П». Теперь я должна сообщить Виктории о приезде Джонни и при этом не ляпнуть лишнего. Не сомневаюсь, она поинтересуется, зачем понадобилась эта экстренная встреча. Медленно поднимаюсь по лестнице и останавливаюсь у дверей гостиной, пока меня никто не заметил. Мадам Бибка — гадалка на таро — как раз объясняет что-то Виктории. Она не похожа ни на одну предсказательницу из тех, что я видела до сих пор: ни шарфа на голове, ни огромных колец в ушах. Мадам Бибка одета в элегантный деловой костюм и модные туфли и выглядит, как русская Элли Макбил, только не такая тощая.
— Звезды и месяц означают приближение перемен, — с забавным акцентом произносит гадалка.
Глаза Виктории расширяются.
— Каких перемен?
— Больших, серьезных, несущих изменения в жизни, — объясняет мадам Бибка.
Неужели эти карты действительно могут предсказать будущее?
— А что-нибудь поконкретнее?
Мадам Бибка открывает следующую карту и произносит:
— А-а-а!
— Что «а-а-а»?
— Я вижу большие перемены в карьере и семейной жизни.
— Сериал закрывают, и я развожусь?
Мои ладони начинают потеть. По первому пункту она абсолютно права.
— Это говорю не я, на это указывают карты! — заявляет гадалка.
Умна! Все сваливает на таро. И так снимает с себя ответственность за ужасные пророчества и плохие советы. Из нее вышел бы отличный адвокат!
Сбитая с толку, Виктория размышляет над услышанным. Может, ее ввели в заблуждение? А мадам Бибка уже собирает карты.
— Наше время вышло, — сообщает она.
— Ладно. Вы приедете на следующей неделе, да?