Айко
Шрифт:
– Ага, он – самый лучший на свете!
Тут я поняла, что очень устала за весь этот необычный день, и Миша это тоже заметил. Он аккуратно взял меня на руки, отнёс в комнату и уложил на подушку.
– Вот, укройся! Ты не думай, это чистый носок. Доброй ночи, Айко! – услышала я сквозь сон.
– Доброй ночи… папа.
Глава пятая. Арахнида
– Айко! Айко! Иди обедать!
– Да,
– Тебя так зовут: Айко? – передо мной стоял мальчик из соседнего дома, я часто его видела, но он только сейчас заговорил со мной.
– Ага, это японское имя.
– Ух ты, здорово. Я никогда не видел японцев, только по телевизору.
– А я и не японка, я – русская, просто у меня родители востоковеды. А тебя как зовут?
– Я – Коля.
Он протянул мне руку, и я в ответ тоже. Рукопожатие было слишком сильным. Я поморщилась, хоть и старалась не подать виду.
– Ой, прости, я не привык жать руки девочкам. Тебе больно?
– Нет! – соврала я и сделала очень серьёзное лицо. – Самураям ничего не больно.
– А это ещё кто?
– Это как рыцари, только японские. Знаешь, моего папу тоже зовут Коля. Наверное, это очень популярное имя сейчас.
– Не знаю, Айко. Мне моё имя нравится.
– И мне это имя нравится, – ответила я с улыбкой.
– Слушай, Айко, а как будет по-японски «подожди»?
– «Чёта-мата кудасай», ну, кстати, «кудасай» – это «пожалуйста». Так что, просто «чёта-мата». А зачем тебе?
– Сейчас узнаешь.
– Эй, Колян, ты куда? – позвал Колю какой-то мальчик, наверное, его товарищ.
– Чёта-мата, скоро приду, – он улыбнулся и посмотрел на меня. – Вот, для чего.
Я улыбнулась в ответ.
– Ты быстро учишься, молодец.
– Спасибо! А научишь меня ещё чему-нибудь? – Коля полез в карман, вынул оттуда монетку и протянул мне. – Если научишь, то вот, подарю тебе эту монетку.
– Три копейки? – улыбнулась я.
– А это не просто три копейки, это очень редкая монета. Она двадцать шестого года. Тут буквы «СССР» вытянуты, таких монет больше нет. Это мне папа сказал.
– Ясно, – сказала я совсем без удивления.
– Ну что? Если ты научишь меня японскому, я научу тебя играть в футбол.
– Сейчас не могу, Коля, мне пора обедать. А вообще, конечно, научу, если хочешь.
– Спасибо! – сказал Коля. – А можно, я тебя провожу до подъезда?
– Проводи.
– Жалко, что ты не в моём классе, я бы носил твой портфель.
– И за косички бы дёргал? – выпалила я.
– Нет, я не дёргаю за косички, это глупо, – обиделся Коля.
– Да я пошутила, не обижайся.
– А я и не обиделся. А если тебя кто-то обидит, я с ним разберусь.
Я посмотрела на него с улыбкой и сказала:
– Если хочешь, можем вместе ходить в
– Правда? – обрадовался Коля. – Тогда завтра в восемь тридцать буду ждать тебя у твоего подъезда.
– А вот и он, кстати. Ладно, до завтра, Коль.
– До завтра, Айко. Погоди! – он показал мне ещё раз монету, затем подошёл к электрическому столбу и вложил в щель, которая там была. – Вот так вот: завтра у этого столба встречаемся.
Я ещё раз улыбнулась и зашла в подъезд, а Коля ушёл к себе домой.
Когда закрылась дверь подъезда, я поняла, что лампа горит только вдалеке, у лифта. Да, как говорит моя мама: «Пока мы не поменяем тут лампу, её никто не поменяет». Я по привычке подошла к почтовому ящику и, подпрыгивая, заглянула внутрь. Вроде пусто. И вдруг лампа у лифта стала моргать. Ну вот, не хватало ещё ей погаснуть. Я подошла к лифту, нажала кнопку, и вдруг почувствовала, что у меня за спиной кто-то стоит.
– Кто здесь?
– Здравствуй, Айко! – сказал женский голос.
– Здравствуйте, а вы кто?
В темноте стал проявляться чей-то образ и двигаться в мою сторону.
– Ты что же, не узнаёшь мой голос?
Фигура человека пересекла границу темноты, и у меня в этот момент возникло очень странное ощущение… Сердце застучало, я попятилась назад.
– Кто вы? – дрожащим голосом переспросила я.
Из темноты появилось лицо молодой женщины, на лице у неё была зловещая улыбка.
– Кто я? А ты подумай.
Она смотрела на меня не моргая.
«Почему у меня так сильно бьётся сердце? – подумала я. – И чего хочет от меня эта странная женщина? СТОП! Это же…»
– Я поняла, кто вы. Ирина Николаевна?
– Не понимаю, почему меня все называют Ириной? Ведь я – Арахнида!9
В этот миг лицо её стало чернеть и покрываться волосами, глаза уменьшились, а лицо – вытянулось. На голове появились рога, а сама она как будто сползала вниз. Лифт давно приехал, двери открылись – и я, попятившись, оказалась как раз в кабине, но смотрела только на это существо. Огромный паук глядел на меня, а я не могла оторвать свой взгляд от него.
– Хи-я-я-я-я…крхк-крхк….Кю-моо-о-о-о крхк-крхк, – донеслось от паука.
Нащупав нужную кнопку в кабине, я нажала на неё. Двери лифта стали закрываться, но паук резко выставил свои клешни, пытаясь помешать этому. Он повторил свой клич и бросился на меня!
– Пауки-и-и-и!..
И тут я снова очутилась в квартире Миши. Комната сияла голубым светом. Это что, уже утро?
– Фух, так это я спала?
В дальнем углу комнаты я увидела испуганного Мишу. Он сидел на кровати, накрывшись одеялом с головой, и дрожал.