Айлин

Шах Ольга

– Ромашка, разворот!

И эта гадина резко повернулась, выбросив задние ноги. Я с трудом удержалась в женском седле и подняла хлыст для того, чтобы стукнуть по башке эту глупую курицу, будет знать, как пугать меня до полусмерти. Однако, бегущий ко мне мужчина самого кровожадного вида немного скорректировал мои планы. Одним словом, до меня с опозданием дошло, что камни сами по себе летают крайне редко, а вот разбойники – случаются. Поэтому я с визгом ударила мужика тем самым хлыстом и немного зажмурилась, чтобы было не так страшно.

На лице человека,

который решил напасть на нас с Ромашкой, тут же вспух багровый рубец, набухающий кровью, но это не остудило его пыл. Скорее, он немного удивился, когда понял, что произошло. Обернувшись на звуки борьбы, я заметила лорда Грегори и Чарли, которые вынуждены были спешиться, чтобы не попасть по своим, достали тяжёлые мечи и наседали на бородатого мужика, готовясь его прикончить.

Лошадь Стивена лежала в пыли – ловким броском ей спутали ноги, зато он сам, хромая, бежал мне на помощь. «Ещё бы!» - злобно подумала я – «Просто побоялся стать вдовцом, не будучи ещё мужем!» и огрела повторно того мужика, что вертелся рядом. Ромашка обиженно всхрапнула, сетуя на то, что ей немного тоскливо, когда кругом такое счастье, но я не стала обращать внимание на подобные обиды.

Возницы на телегах поставили их так, что проехать по тракту было невозможно, и спешили нам на помощь. Протяжный крик заставил меня вздрогнуть – Брина была в коляске, в которую забирался третий разбойник. Да что же это твориться, на самом-то деле? Чарли ловко вязал того мужика, которого они обезоружили, Стивен забыл о благородстве джентльмена и увлечённо пинал того, со следом от моего кнута. А как же Брина? Разбойник, уже залезший в коляску, угрожал кормилице ножом, думая, что та спрыгнет, и разбойник сможет забрать коляску и броситься наутёк.

Но, пожилая женщина решила, что это испытание – выше её сил, и просто обмякла на сиденье. Да нет, можешь не пихать её так активно, она и правда, в глубоком обмороке. Я, ужасно труся, поспешила кормилице на выручку. Ах, ты гад! Да он ещё на ценности мои нацелился?! Не бывать такому! Тут же мои самые красивые платья, да ещё сундук с подарками родичей! Под рукой, как назло, ничего не попадалось, разбойник ощерился щербатым ртом, как бы интересуясь у меня, что же такого я смогу ему сделать, когда получил удар венчиком по затылку.

Оказывается, мой любезный супруг решил, таки, бросить «своего» нортманна и слегка помочь мне.

– С тобой всё в порядке? Ты не ранена? – взволнованно спросил он, пытаясь что-то рассмотреть на моём лице.

Я хотела огрызнуться, что со мной-то да, но вот с этим гадом! По лицу разбойника текла кровь, но он уже подбирал вожжи, готовясь покинуть «поле боя».

– Правильно, своя рубашка ближе к телу! – проворчала я и швырнула в него то, что у меня было в руке – хлыст.

Не думаю, что мужику было больно – скорее, обидно, что ли… но этого времени хватило, чтобы Стивен стянул его на землю. Подбежавшим возницам осталось только констатировать неудачную попытку нападения на нас с целью поживы.

Меня трясло от внезапно начавшегося отката, да так, что я едва на свалилась с Ромашки. Поэтому

я дождалась, когда Стивен подойдёт и поможет мне сползти с лошади, он стянул с меня шляпу и осматривал голову на предмет повреждений.

– Мне показалось, что в тебя летел камень, когда я оборачивался – бормотал он, заглядывая мне в глаза.

– Не знала, что мы перешли на «ты»! – я вырвалась и на ватных ногах побрела в сторону коляски, где кормилица ещё не пришла в себя – Но раз уж так вышло… я не против такой фамильярности...

Муж в удивлении смотрел мне в след, но, заметив, что я иду к коляске, стукнул себя по лбу и поражённо пробормотал:

– Точно! Там же наряды и драгоценности. За них ты всех самолично могла бы убить. Извини, что вмешался…

Но я не обращала на него внимания – кормилица пришла в себя и дрожала, как осиновый лист.

– Птичка моя! Да что же это такое делается? Едва живые остались! А как же ты испугалась? Не думали, не гадали, что тебе, наша малышка, такое испытание на долю выпадет! – и залилась слезами от жалости ко мне.

Стивен с сомнением хмыкнул, но Брина его не слушала. Потому как ужас был ужасный, и нужно обязательно его выплакать, чтобы полегчало.

– Я прямо, как увидела эту образину, так мне тут же нехорошо стало и перед глазами всё поплыло. Но ты скажи, они к тебе не подходили? Не дай, Великий! Ты у нас такая робкая мышка, и вдруг эти жуткие испытания…

Возницы, что управляли телегами, положили связанных разбойников рядком, пристроившаяся к ним Ромашка меланхолично жевала рукав рубахи того, что кинул в нас с ней камень. Теперь мужики-возницы смущённо переглядывались и перетаптывались на месте. Ведь так вышло, что мы справились без их участия.

Но Стивен только махнул рукой – пока они сообразили, что к чему, пока перегораживали телегами дорогу, чтобы разбойники не смогли быстро смыться в сторону Равнин, всё уже и закончилось. И говорить тут не о чём…

– И куда их теперь? – стоя над поверженными преступниками, поинтересовался лорд Грегори – Обратно возвращаться для того, чтобы примерно их наказать? Или повесить их тут? Спокойно и без суеты.

Чарли был не против, но Стивен отнёсся к этому предложению без особого понимания, сочтя, что мы должны хотя бы поставить в известность семью Харнеров, на земле которой и творилось это бесчинство.

– Да и верёвок у нас, опять же, лишних нет – грустно добавил он, глядя на обоз – всё шло на телеги и скарб моей супруги.

Как можно понимать, мнения разделились, и все принялись с интересом ждать моего решения.

– Обратно мы возвращаться не станем – подумав, ответила я – иначе вовек до земель лордов Гордон не доберёмся… по приезде на место мы вернём телеги, ну и разбойников заодно тоже. А потом уж отец пусть с ними что хочет, то и делает.

Мужчины равнодушно пожали плечами – их не слишком волновала судьба преступников, да и в том, что нам стоило поспешить домой, они тоже были согласны. Мнения самих разбойников никто не спросил, так что наш обоз продолжил медленное движение вперёд.