Башни Эквеллора
Шрифт:
— Спасибо? — рискнула сказать Мист, соображая, к чему именно относятся эти слова.
— Нить доведет, Хозяйка Силы, — вздохнула Камия, видимо, расстроенная, что ее не поняли, и составляющий ее свет немного рассеялся, опадая, позволяя золотистым лучам выпрямиться обратно.
— Что она имела ввиду? — опомнился Торрен, делая вид, что не изображал восхищенного истукана большую часть времени беседы.
— Прежде всего то, что нам придется дойти до домена Пепла, — пожала плечами Мист. — Идем. Я действительно чувствую что-то эдакое, — девушка наклонила голову набок, прислушиваясь к смутной тяге чуть ли не во всех клетках
— Нить? — с интересом естествоиспытателя поспешил уточнить Эррах. — Я читал, что сила проходит через домены подобно щедрому дождю, или миллиардам нитей, связывающих мир воедино, но иногда этот дождь подобен шквалу, а нити — канату, и в этих местах и возникают различные аномалии.
— Аномалии, моя задница, — проворчал Торрен.
— Вероятно, такие дефектные нити, за неимением лучшего термина, надо обрезать у основания, там, где они начинаются, — Мист задумчиво потерла щеку, вышагивая впереди вслед за зовущей ее “нитью”.
— Я думаю, эта гипотеза вполне жизнеспособна, — кивнул Эррах, а Торрен снова фыркнул.
— Гипотеза, моя задница!
— У многомудрой задницы, я смотрю, много имен, — прокомментировала Мист, и в этот момент почувствовала на лице дуновение ветра откуда-то с оборотной стороны. — Свифт, зову тебя!..
Глава 7
И там, над Последним из последних пределов, зияет в небе бездна, выводящая за пределы известных сфер. Туда уходят навсегда, чтобы не вернуться, и судьба тех, кто канул в нее — не известна.
Ветер моментально усилился, откликаясь, даруя крылья, поднимая, затягивая вверх. Все трое путников схватились друг за друга, пытаясь не потеряться в этом урагане, и Эррах даже кричал что-то восхищенное, что-то радостное, пока ураган нес их сквозь ускользающий свет на пустынное ветреное плато.
Приземление выдалось не слишком мягким — они все одним кулем грохнулись на камни, и новый порыв ветра, куда более злобный и колючий, чем тот, который их нес, ударил в них в ту же секунду, снося прочь, царапая и оббивая об острые камни. Мист даже толком не могла ничего разглядеть или сообразить, вокруг нее все переворачивалось со вспышками боли: она видела то какие-то части Торрена, то Эрраха, то каменистую почву или серое небо, но все смешивалось, путалось, било, мешая соображать и вообще понять, что происходит. Но что Мист точно помнила — так это то, что плато не бесконечно, и рано или поздно они упадут с его края в объятья ЛЛоединн. Если не передохнут и не передавят друг друга до того, конечно.
— Кто ветер зрит, — расслышала она голос Эрраха, который пытался до нее что-то донести сквозь гул шквальных порывов. — …Не канет!
Предупреждение Камии? Девушка попробовала сосредоточиться на этой мысли, но новый удар о землю снова выбил из нее дух. Однако, что-то сообразил Торрен: он поймал свою спутницу в руки, обхватывая и прижимая к себе, защищая своим телом от острых камней и смягчая новые приземления, закрывая ее, оберегая. Это все равно были не лучшие обстоятельства для решения ребусов, но другого не было, и даже небольшая защита оказалась тем, чем нужно для того, чтобы сообразить, что предупреждение Камии касалось ее двойника, аналога в этом мире.
– ..Не пламя, — услышала Мист угасающий голос Эрраха, которого уносило куда-то в сторону от них с Торреном.
— Етр,
Торрен тихо застонал над ее головой. На волосах было что-то мокрое, что-то текло по лицу, и Мист, непроизвольно вытерев влагу рукой, обнаружила на ладони кровь.
— Тор? — позвала она, выкручиваясь из его застывших в судороге рук. — Тор!
Тот сказал что-то жалостливое, невразумительное, делая усилие, чтобы выпустить подругу из стального захвата, и Мист с трудом поднялась на руках, заставляя саднящее во всех местах тело двигаться.
Выглядел Торрен не очень: не раз и не два ударившись головой, он рассек кожу, минимум, в нескольких местах и кровь текла и текла, почти невидимая в его темных волосах, но прекрасно видимая на всем остальном. Мист сглотнула и стала шарить по его карманам в поисках заначки зелий.
В своей лихорадочной деятельности девушка пропустила тот момент, когда огромные серые лапы ступили рядом с ней, и спохватилась только тогда, когда в поле ее зрения когтистые руки опустили на каменистую почву ее второго спутника — такого же окровавленного и полубесчувственного, как Тор.
— Глядь, — беспомощно выругалась она себе под нос и медленно подняла глаза. делать это пришлось долго, очень, очень долго: серые гаргульи лапы, переступающие с одной на другую сменились краем несимметричной кожаной юбки, украшенной яркими полосами ткани и кистями, широким поясом в блестящих бляхах, кожаной броней, прикрывающей широкую серую грудь, выдвинутым дерзким подбородком, светящимися холодным голубоватым светом глазами без белков и зрачков. Демон снова переступил с ноги на ногу и шевельнул огромными крыльями, отчего тут же поднялся ветер.
— Здрасте, — сказала ему Мист, пытаясь сообразить, как себя вести с этой внушительной серой глыбой. Впрочем, видала она уже рожи и страшнее.
— Моррайт, — прогудел демон, и в его голосе прозвучал оттенок вины и сожаления. — Не признал.
— Напрасно, — сориентировалась Мист, снова опуская взгляд и продолжая поиски зелий. В конце-концов, ей повезло: она нашла заначку небольших пузырьков, обмотанных тряпками, в одном из внутренних карманов под кожаной броней Торрена, и, отсортировав, принялась поить жертву буйных ветров и смазывать его раны. Демон, на которого она перестала как будто бы обращать внимание, помедлив, опустился на колени рядом, складывая крылья, и, поднимая отложенные Мист в сторону пузырьки, повторил ее действия над Эррахом. И, как ни странно, Эррах начал приходить в себя первым, вяло отмахиваясь от серого чудища над собой.
— Уйди, уйди, я не пил столько, не пил, — простонал он. — Я вообще не пью! И не буду.
— Спокойно, — подавала голос Мист. — Галлюцинация коллективная.
Услышав ее, Эррах приподнялся на локте и, кажется, сразу успокоился, стоило поймать девушку в поле зрения.
— Это он на нас напал? — эльф перевел взгляд на стоящую рядом с ним на коленях серую громадину, больше похожую на статую из серого гранита, изображающую какого-то древнего бога.
— Не признал, — коротко повторил серый, опуская горящий взгляд в камень равнины, от который он был плотью от плоти. — Моррайт.