Башни Эквеллора
Шрифт:
— Зависть, — прокомментировала Мист. — Я бы лучше выучила “сведения о разных типах магии”, чем доказательства бытия истинных богов.
— Да ты их и не учила, — тут же уличил ее Торрен. — А на экзамене сжульничала.
— Это все потому, что душа моя тянулась к другим знаниям, — скорбно сказала Мист, оценив результаты своего труда по разрисовке и принимая из рук Раха склянку с кровью, чтобы обрисовать отдельные символы. Закончив, она с сомнением посмотрела на безучастно стоящего в углу мертвеца и предупредила. — Тор. Будь наготове. Я понятия
— Если ты понятия не имеешь, значит, плохо он отреагирует, — перевел Торрен, со вздохом снова занимая оборонительную позицию.
— Я просто не хочу тебя сразу расстраивать этим “плохо”, - ласковым голосом пояснила Мист. Эррах, продолжая держать кулек в руках, деловито его развернул, открывая, и девушка, внутренне содрогаясь от отвращения, стала вымазывать ардорианский артефакт кровью. Он выглядел и ощущался под пальцами вполне живым, как некая странная, холодная, но трепещущая плоть, и это было особенно отвратительно.
— Гадость же какая, — пожаловалась Мист, брезгливо отирая руки об одеяло Раха, уже все равно испорченное всеми экзерсисами. — Давай, что ли, опускай в центр, только без ткани, просто саму штуку.
Той, все-таки, был гениальным бойцом. Мист оценила это сполна в ту секунду, когда обманчиво мирный мертвец внезапно кинулся на них, распластавшись в длинном прыжке, и был встречен моментальным блоком: Торрен успел сделать всего один неуловимый шаг и поднять меч в защите, и этого хватило, чтобы отбросить нападающего назад, к стене.
— Колдуй шустрее, — прокомментировал Торрен, поворачиваясь по кругу вслед за движением противника. — А то проверять станет не на ком.
— Уверенность губит сильнейших из сильных! — наставительно сказала Мист, но торопливо забубнила ардорианское заклинание над кровавым ошметком в центре разрисованного стола.
— Ах ты ж задница с вертушкой, — выругался Торрен, в очередной раз с трудом отбрасывая неутомимого противника от колдующей Мист. Эррах пару раз разрядил в противника арбалет, но безрезультатно — разве что немного облегчил жизнь Торрену, отвлекая на себя внимание.
Меж тем начерченные на столе символы сначала начали давать багровый отсвет, потом налились светом, густо-красные, тяжелые, будто кровавые, и потом внезапно вспыхнули и исчезли, оставляя после себя круглый медальон с набором знаков и нажимных рычажков.
— Прекрасно, — пробормотала Мист, морща лоб. — Остается понять, как это в принципе работает.
Она потянулась за медальоном, и в эту же секунду Торрен, уходя от успешной атаки мертвеца, повалился спиной прямо на стол и на нее, и мертвец подбросил себя в воздух, пытаясь приземлиться в ударе на них. Эррах растерянно швырнул в него стулом, Мист завизжала и некоторое время в подземной лаборатории царил такой хаос, что никто толком не мог понять, где кто и что делать, а потом все разом стихло: мертвец, которого Торрен гвоздил по голове мечом, а Эррах — стулом внезапно обмяк и замер, разом коченея.
Мист, тяжело
— То есть ты хочешь сказать, что украла у нас честную победу, — прокомментировал Торрен, глядя на свой меч, а не на подругу и изучая на предмет новых выщербин. Древняя сталь, однако, держалась отлично.
— Могу обратно оживить, — не оценила отсутствие благодарности девушка и мстительно щелкнула переключателем обратно. Торрен было возмущенно заворчал, но ничего не произошло — причем явно не по причине доброй воли Мист. Она выглядела достаточно разочарованной, щелкая туда-сюда рычажок. — Эх, — наконец сказала она. — Ладно. Будем считать, что я научилась их выключать навсегда. Тоже полезно!
— А что будет, если с двух управляющих устройств подадут разные команды? — Эррах поставил стул на пол, подумал и осторожно на него сел, обмахиваясь рукой.
— Вероятно, будет выполнен приоритетный приказ, — расстроенно изучая медальон, ответила девушка. Знаки на нем, как и глифы заклинания, были Ардорианскими, а этот язык Мист не знала совершенно точно. Зато, может, что-то такое знал колдун, который обустроил себе тут логово по последнему слову научной моды.
— А который будет приоритетным?
— Думаю, с оригинального управляющего устройства, если оно исправно, — заключила Мист, еще раз затверживая про себя, который именно рычажок вызывает полное выключение, и убирая свой новодел в карман, к мелу и прочему барахлу. — Ты думаешь, это не последний такой герой?
— Я в этом уверен, к сожалению, — с потрясающей томной печалью в голосе ответил Эррах.
— Это еще почему?
— Если бы у меня было два великолепных бойца, практически неуязвимых и полностью покорных, я держал бы их при себе все время, — пожал плечами эльф.
— Слушай его, слушай, — поднял указующий перст к закопченному потолку Торрен. — Ты сейчас говоришь c единственном в своем роде властелином зла. Он же у нас как раз и плодил покорных болванов. Правда, болваны были пожиже.
— Если бы у Калеба были вот такие мертвые Пешки, вряд ли его власть окончилась бы так неожиданно, — мягко сказал Эррах, и Мист очень хорошо себе это представила: практически неодолимых мертвых воинов, против которых толком не помогал ни Хладогрыз, ни немалый боевой опыт Торрена — и неизвестно, помогла бы Зубастая Тьма, или нет.
— Нет уж, — упрямо ответила девушка, заставляя себя вернуться к изучению лабораторного журнала. — Нас освободил вообще Мейли, а против него, небось, такие штуки вообще бесполезны. Наверняка, он бы и на более мощное заклинание не пожлобился бы, если бы ему было надо. А дальше уж мы сами. Это с Тьмой нам, правда, повезло, но и без нее бы как-нибудь выкрутились. И вообще, история не знает сослагательного наклонения. Как сложили, так и наклонили.
— Уж как сложили, уж как наклонили, — с деланным восторгом эхом отозвался Торрен. — Так чего, есть еще что полезное, или пойдем дальше, узнаем, куда ведет ход отсюда?