Бастарды
Шрифт:
– Я хочу жеребенка себе подобрать. Моего вороного наемники убили, – мрачно отозвался Ал-Тор.
– Вот съездим в гости, потом и подберете. Из степи как раз табун пригонят, – невозмутимо отозвался мажордом.
– Какой табун? – удивленно спросил Топ Гар.
– Ну парни, вы со своими приключениями последние мозги растрясли. За то время, пока вы в степи мотались, почти все кобылы приплод дали. Так что теперь у нас почти три сотни голов по степи носится. И почти все чистокровки. Если так и дальше дело пойдет, можно будет завод устроить, –
– Это откуда же столько? – не сдавался Топ-Гар.
– Почти полсотни наших, полсотни в Кортесе отбили и еще шестьдесят от банды. Плюс те, что по деревням, вот и набежало.
– А при чем тут те, которые по деревням? – навострил уши Ал-Тор.
– Кметы сами привели. Холодов боятся. Им бы скотину прокормить, не до приплода. А я велел всех собрать и на дальний выпас увести. Пока по степи кочуют, сил наберутся, обратно уже почти взрослых коней получим.
– А за племенем кто следит? – продолжал допытываться Топ-Гар.
– А степняки и следят. Пришли тут два семейства, защиты просили от бандитов. Вы, мол, нам защиту, а мы за это ваших коней выпасем. Огнем поклялись, так что, не обманут, – сразу ответил старик на невысказанный вопрос.
– Ну смотри, старый, если что не так, я тебя самого взнуздаю, – предупредил мажордома Топ-Гар.
– Надо бы сена побольше заготовить, – задумчиво протянул Ал-Тор.
– Нашел, о чем думать. – Усмехнулся Такеши.
– На это у нас распорядитель есть, вот пускай он и думает, – кивнул он на мажордома.
– Уже подумал, – невозмутимо отозвался тот. – Насчет припасов не беспокойтесь, мастер. И на каждый день есть, и на случай осады заготовлено. Все подвалы под завязку полны.
– Какой осады?! Ты чего каркаешь, старый?! Совсем мозги растерял? – вскинулся Топ-Гар.
– Не ори. Не в казарме. Забыл уже, как нас та банда штурмовать пыталась? Запас, он кошелек не тянет, а готовым ко всему надо быть. Не осада, так недород может быть, сможем кметам помочь. Так что лучше не лезь, куда не просят. Я лишнего не потрачу.
– Да знаю я. Всю жизнь казна сотни на тебе была. Просто удивляюсь, как это ты так ловко все успеваешь?
– А я себе пяток сирот подобрал. Вот они по деревням и носятся. Счету уже обучил, теперь осталось письму обучить, и будет готовая смена. Мальчишки толковые, еще ни разу не подводили, – отозвался мажордом, делая пальцами знак, отводящий беду.
– Ладно, – прервал разговор Ал-Тор, – спать пошли. Дел завтра невпроворот.
И поднявшись со стула, больше напоминавшего трон, отправился в свою комнату. Юноша не знал, радоваться ему или горевать. От всей этой затеи он не ожидал ничего хорошего, прекрасно зная спесивость и нахальство владетелей, живших в глуши, на границах империи.
Столкнувшись с ними еще в те счастливые времена, когда они все жили в сатрапии, он помнил, как вели себя эти удельные князьки, власть которых не ограничивалась практически ничем. Попадая в город, они продолжали
С утра, первое на что наткнулся Ал-Тор в коридоре, выйдя из комнаты, была целая процессия женщин, с тканями и принадлежностями для шитья в руках. Мажордом не дал ему даже провести обычную утреннюю тренировку, заявив, что с одного раза от его мастерства не убудет, а женщинам нужно начинать шить костюм.
Следующие две седмицы довели Ал-Тора до тихого помешательства. Стоило прислушаться к любому разговору в замке и сразу становилось ясно, что говорят о его женитьбе. Служанки то и дело подсовывали ему ткани для осмотра, а гвардейцы без конца предлагали очередное новшество для более пышного появления перед отцом невест. Даже кметы, узнав о предстоящем торжестве, принялись свозить в замок такое количество провизии, что хватило бы накормить целый город.
Последней каплей стало появление кузнеца с серебряной цепью в руках. Юноша только успел закончить завтрак и допивал вино, когда в зал ввалился Разман и с порога пробасил:
– Вот, мастер, сделал, как заказывали. Теперь осталось только примерить ее на вашего зверя.
Чуть не подавившись вином, Ал-Тор с ужасом посмотрел на лежащую перед ним вещь и хрипло ответил:
– Спасибо, устоз. Вещь и вправду красивая. Я и не знал, что ты не только оружейник, но и златокузнец.
Лежавшая перед ним цепь действительно была великолепна. Шириной в четыре пальца, она состояла из множества тонких, плоских звеньев, скрепленных между собой на манер кольчуги. По краям ее крепились толстые кольца, позволявшие свернуть цепь на манер удавки. Именно это и позволяло использовать ее как ошейник для барса.
Отставив бокал, Ал-Тор медленно поднялся из-за стола и, улыбнувшись кузнецу одними губами, добавил:
– Отдай ее мажордому или лучше Юко. Ведь именно ей придется надеть на него эту красоту. – И развернувшись, быстро вышел из зала.
Кузнец остался стоять у стола, глядя юноше вслед и задумчиво почесывая в затылке. Так его и застали Такеши и Юко. Увидев изготовленную кузнецом цепь, девушка восторженно принялась вертеть ее, рассматривая со всех сторон. Одобрительно кивнув, Такеши спросил:
– Куда он уже умчался? На минуту оставить нельзя.
– Не знаю, – пожал могучими плечами кузнец, – я ему ошейник принес показать, а он посмотрел на него так, словно змею увидел. Развернулся и ушел. Я даже не понял, понравилось ему или он просто так работу похвалил, чтоб меня не обижать.
– Понятно. Боюсь, мы слишком сильно на него насели. Вот теперь он и разрывается между желанием и долгом, – задумчиво ответил Такеши и, подумав, добавил:
– А работа твоя, я думаю, ему и правда понравилась. Не тот он человек, чтобы плохую вещь хвалить.