БЧ. Том 4
Шрифт:
— А! Я понял, — продолжил подначивать мутанта. — Ты наконец нашел свою птичку Тари! Теперь у тебя перестанет вонять изо рта.
Обиженный майор Крокодил отошел от меня подальше, что-то воркуя своему новому другу.
А вечером на "мыло" пришли сканы от Сербины, и я позвал "главную медсестру" к себе в "спальню". К тому времени уже снял полисплав и остался в черной экипировке и маске.
Едва перейдя порог, Мишель сразу пристраивается к раскладушке — пытаясь поэротичнее на нее взобраться. Роскошное тело выгибается дугой, глаза горят обещанием невозможного.
— Рано на боковую, медсестра, — хватаю ее за руку и стаскиваю с раскладушки. — Глянь на документик.
Слегка толкаю ее к столу с ноутбуком. Неуклюже переставляя длинные ноги, латинка бросает растерянный взгляд на подсвеченный экран. И застывает.
— Что?! Что это?! — кричит она на меня, всплескивая руками.
— Непонятно? Тут же по-португальски написано, — удивляюсь я и перевожу кусок текста на русский, благо небольшие знания языка позволяют. — Пациент Риккардо Айро, прием препарата назначен на завтра.
До латинки доходит смысл сказанного, и она обессиленно падает на колени.
— Что ты хочешь взамен? — буря противоречивых чувств внутри девушки взрывается потоком слез. — Не понимаю… у тебя и так я есть…
— Ничего, операция назначена и будет проведена, — немного теряюсь от такой реакции. — Так что прекращай реветь. Твоего брата вылечат. Как и сестру Фатимы Диамы. Как и отца Морукамы. Остальные девушки тоже получат свободу. Документы все здесь, — протягиваю девушке флешку. — Ноутбук вам предоставят для просмотра, если не захватили свой из госпиталя. Проверьте информацию по каждой… медсестре. Если кто-то окажется обделенной — сразу ко мне. У вас планируется отлет через три дня, до этого времени нужно уладить проблему.
Остолбенев, Мишель смотрит на меня заплаканными глазами снизу-вверх.
— Нау кумпреэнду…. нау кумпреэнду*…. — шепчет девушка по-португальски. Мозг перегрузился от волнения, похоже.
*/ не понимаю… не понимаю…
Я поворачиваюсь крикнуть дежурному, чтобы принес валерьянки.
Вдруг латинка, завизжав, прыгает прямо с пола на меня. Длинные ноги обвивают мой торс, пах прижимается к паху. Чувствую трение жаркой женской промежности, в то же время уши оглашают крики:
— Убригаду-убригаду-убригаду! Спасибо-спасибо-спасибо! — она осыпает поцелуями мою маску. Резко отстраняется, бронзовые пальцы подцепляют край личины.
— Эй, нельзя! — пытаюсь ее остановить, но пальцы с длинными ногтями резко дергаются, и звон кевларовой пластины о древний камень пола оповещает, что поздно рыпаться.
Мишель осматривает меня счастливыми глазами и впивается в губы. Жадно, ненасытно. Ее быстрые руки уже шарят по моей куртке, щелкая застежкой.
— Вперед, в кровать, Перун! — не слезая с меня, настойчиво сжимает она мои плечи. — Теперь моя очередь показать тебе чудо!
— Обойдус…
— Тсс, — бронзовый пальчик нежно касается моих губ. — В кровать!
Дважды отказываться дураков нет.
— Сама напросилась, — одним
_________
Рубрика «Легендариум демоника Перуна». Хохмы читателей:
Таксист, подвозивший Перуна, всё-таки намазал спасибо на хлеб. Автор: GLZ
Имперский Военкомат скрывался от Перуна, пока ему не исполнилось 27 лет. Автор: GLZ
Глава 11. Кот который гулял сам по себе
— София, рад твоему визиту, — выдавливает Юрий Долгоногий.
Раскинувшись на софе в помятом домашнем костюме, граф даже не встает перед дамой. Только указывает на кресло напротив. София с обворожительной улыбкой присаживается. Беловолосая, словно усыпанная снегом, в строгой юбке и приталенном пиджачке.
— Прекрасно выглядите, граф, — врет княгиня, не смущаясь.
За последнее время он сильно сдал. Многое навалилось на сенатора. Провал миссии в Афгане, пленение сына, затем скоротечные мгновения его счастливого обретения — и вновь страшный удар: будущий наследник изуродован. Юрий видел снимки. Через n-ое количество лет во главе Дома Долгоногих встанет человек в маске и с протезами вместо пальцев. Званые обеды для него будут закрыты — за столом принято снимать перчатки, а его руки отобьют у любого аппетит.
— Спасибо, что спасла Диму, — морщится граф. — Жду-не дождусь его доставки.
— Сейчас юг Афган наводнен боевиками, — София делает вид, что верит. — Там еще иномиряне объявились. Но скоро моя дружина очистит для вашего сына дорогу в Мазари-Шариф, к трапу первого же самолета. Тогда Дмитрий вернется в светское общество как герой.
Последнее слово отдается болью в груди Юрия.
— Вначале да, а через месяц его станут избегать как циркового уродца. В глаза улыбаться, за спиной блевать. Зачем вы пришли?
— Посочувствовать уродству вашего сына, — не убавляя улыбки, говорит княгиня. — А еще разорвать наше соглашение. Больше ни моя сестра, ни кто-либо другой из моего Дома не обязан заключать брачный союз с вашими отпрысками.
Граф вздыхает. Еще одно поражение, еще один провал в планах…
— Имеете полное право, но разве это верное решение? Вместе наши Дома могли бы создать огромнейшую корпоративную империю, — он зло сжимает пальцы в кулак. — Неужели тебе так не хочется делиться своим Бесоновым, что готова пожертвовать будущим рода?