Бег вслепую
Шрифт:
Я поднял стакан на уровень рта.
— Skal, как мы говорим в Исландии.
Я был вынужден держать свою руку высоко поднятой, так как в противном случае баллончик с бутаном выпал бы из моего рукава, и поэтому прошел через комнату в несколько жеманной манере, после чего снова сел в свое кресло.
Григорий смотрел на меня с оттенком осуждения в глазах.
Я сделал маленький глоток из стакана, а затем переместил его из одной руки в другую. Когда я закончил свои манипуляции, баллончик с бутаном был зажат между сиденьем и подлокотником моего кресла. Посмотрев на Григория,
На каждом баллончике с газом для зажигалок имеется торжественное предупреждение: КРАЙНЕ ОГНЕОПАСНАЯ СМЕСЬ. НЕ ИСПОЛЬЗОВАТЬ ВОЗЛЕ ОТКРЫТОГО ОГНЯ. ХРАНИТЬ ПОДАЛЬШЕ ОТ ДЕТЕЙ. НЕ СЖИГАТЬ ПОСЛЕ ИСПОЛЬЗОВАНИЯ. Коммерческие фирмы не любят помещать такие пугающие надписи на своей продукции, и обычно делают это только под давлением закона, так что во всех случаях подобные предупреждения являются полностью оправданными.
Горящий в камине торф давал сильный жар, испускаемый толстым слоем красных углей. Я подумал, что если баллончик положить в огонь, то произойдет одно из двух — он либо взорвется, как бомба, либо взлетит, как ракета, — и обе возможности соответствовали моим целям. Единственная трудность заключалась в том, что я не знал, сколько времени понадобиться для того, чтобы баллончик взорвался. Положить его в огонь было достаточно легко, но кто-нибудь, например Григорий, мог извлечь его оттуда раньше, чем он нагреется до нужной температуры. Мальчики Кенникена, возможно, были вовсе не настолько некомпетентны, как он пытался их представить.
Кенникен вернулся назад.
— Ты говорил правду, — сказал он.
— Я всегда говорю правду; проблема в том, что большинство людей не способны отличить ее от лжи. Так, значит, ты согласен со мной насчет Слейда?
Он нахмурился.
— Я имел в виду не эту глупую историю. Того, что я ищу, нет в твоей машине. Где оно?
— Я не скажу тебе, Вацлав.
— Скажешь.
Где-то зазвонил телефон. Я предложил:
— Давай заключим пари.
— Я не хочу, чтобы этот ковер оказался испачканным кровью, — сказал он. — Вставай.
Кто-то снял телефонную трубку.
— Могу я сначала допить свой виски?
Ильич открыл дверь и жестом подозвал Кенникена, который бросил на ходу:
— Тебе лучше допить его к тому времени, когда я вернусь. Он вышел из комнаты, и Григорий занял свой пост прямо напротив меня. Это не соответствовало моим планам, поскольку пока он так стоял, у меня не было ни малейшего шанса подбросить в огонь баллончик с бутаном. Я потрогал свой лоб и обнаружил, что он покрылся легкой испариной.
Вскоре Кенникен вернулся в комнату и задумчиво посмотрел на меня.
— Человек, с которым ты был у Гейзера, — это турист из отеля, так ты, кажется, сказал.
— Верно.
— Имя — Джек Кейз — ни о чем тебе не говорит?
Я безучастно посмотрел на него.
— Абсолютно.
Он печально улыбнулся.
— И это тот человек, который утверждал, что он говорит только правду. — Он сел. — То, что я ищу, по-видимому, утратило свою важность. Или более точно — важность этого устройства уменьшилась в сравнении
— Ты потерял меня, — ответил я, искренне надеясь на то, что не ошибся. Очевидно, в событиях произошел какой-то резкий поворот.
Кенникен сказал:
— Я должен был любым способом вытянуть из тебя информацию. Однако теперь мне дали новые указания. Тебя не будут пытать, Стюартсен, так что можешь расслабиться.
Я с облегчением перевел дыхание.
— Спасибо, — сказал я от чистого сердца.
Он с сожалением покачал головой.
— Я не нуждаюсь в твоей благодарности. Мне приказали убить тебя немедленно.
Телефон зазвонил снова. Мой голос сорвался на хрип.
— Почему?
Он пожал плечами.
— Ты встал у кого-то на пути.
Я сглотнул.
— Может быть, тебе стоит подойти к телефону? Вдруг инструкции изменились снова?
Он криво усмехнулся.
— Отсрочка, пришедшая в последнюю минуту? Я так не думаю, Алан. Знаешь, почему я рассказал тебе о данном мне указании? Как тебе известно, обычно так не делают.
Я знал, но не собирался доставлять ему удовольствие своим ответом. Телефон замолчал.
— В Библии порою попадают мудрые изречения, — сказал он. — Например, «зуб за зуб, око за око». Я уже все приготовил для тебя и теперь сильно сожалею о том, что моим планам не суждено осуществиться. Но я, по крайней мере, смогу увидеть, как ты покрываешься холодным потом, то, что происходит с тобой сейчас.
Ильич просунул голову в приоткрытую дверь.
— Рейкьявик, — сказал он.
Кенникен раздраженно взмахнул рукой.
— Иду. — Он поднялся. — Подумай об этом — и попотей еще немного.
Я вытянул руку.
— У тебя есть сигарета?
Он остановился на полпути и громко рассмеялся.
— Ну конечно, Алан. Вы, британцы, строго придерживаетесь традиций. Ты несомненно имеешь право на свою традиционную последнюю сигарету. — Он бросил мне портсигар. — Тебе хотелось бы чего-нибудь еще?
— Да, — сказал я. — Мне хотелось бы оказаться на Трафальгарской площади в канун сочельника 2020 года.
— Сожалею, но тут я не могу тебе помочь, — произнес он и покинул комнату.
Я открыл портсигар, сунул в рот сигарету и беспомощно похлопал себя по карманам; затем очень медленно наклонился, чтобы поднять с пола у камина одну из приготовленных там щепок. Я сказал Григорию:
— Я просто собираюсь прикурить сигарету, — и нагнулся вперед к огню, надеясь на то, что он не покинет свой пост у двери.
Я держал щепку в левой руке и, когда нагнулся вперед, постарался сделать это так, чтобы закрыть телом свою правую руку, и, вынимая из огня пылающую щепку, в тот же момент сунул в угли баллончик, после чего сразу вернулся на место. Взмахнув щепкой в воздухе, чтобы отвлечь внимание Григория, я прижал ее кончик к сигарете и, сделав глубокую затяжку, выпустил облачко дыма в направлении своего сторожа. Я намеренно позволил пламени разгореться, чтобы оно добралось до моих пальцев.
— Ах! — воскликнул я и энергично затряс рукой. Все, что угодно, лишь бы не позволить ему смотреть прямо на огонь.