Берсеркер

Саберхаген Фред

— Полковник Маркус? — повернулся к Фрэнку Тупелов.

— Я едва не окочурился, — ответил по радио металлический контейнер.

— Еще один спарринг выдержите? Или...

— Да, давайте продолжим. Если что, я дам вам знать.

— Ну хорошо, снова перехват. На этот раз целью будет Майкл.

— Черт побери, вы что, думаете, я смогу его догнать? Вы ошибаетесь.

Десять секунд напряженного молчания.

— Хорошо, полковник. Перехват снова выполняет Майкл. Майкл, вы не возражаете?

— Нет.

— Маркус, вы будете защищаться.

Осторожно.

— Слушаюсь, сэр. — Голос Фрэнка изменился, он снова отключил радио. — Малыш, ты слышал? Когда ты меня догонишь, мы с тобой сразимся. Попробуй свалить меня на поверхность. А я буду сопротивляться.

— Ясно.

— Не жалей сил. Тупелов просил действовать осторожно, но если мы хотим хоть что-то проверить с помощью опытов, нам нужно действовать серьезнее. Конечно, встряска неизбежна, но можешь не беспокоиться, большого вреда друг другу мы не причиним, так как надежно защищены внутри этих штуковин.

Внутри? Каких штуковин? Майклу потребовалось какое-то время, чтобы вспомнить про «Ланселот».

Снова на стартовые позиции. Фрэнк, очевидно, использовав внутренний резерв сил, сейчас оторвался от Луны еще быстрее. Майкл вылетел точно по сигналу таймера, и на то, чтобы догнать опытного пилота, ему потребовалось ничуть не больше времени, чем в первый раз. Однако в самое последнее мгновение, когда мальчик уже, казалось, настиг Фрэнка, тот неожиданно резко переменил направление полета, ускользая от смыкающихся когтями полей «Ланселота», — и тотчас же снова метнулся в сторону.

Впервые с момента первого полета Майкл частично потерял контроль над своим «Ланселотом». Заложив крутой вираж, он попытался схватить металлический снаряд, но наткнулся на противодействие силовых полей «Ланселота» соперника. Неожиданно Фрэнк нанес ответный удар, отбив стиснувшие его когти.

Потеряв равновесие — не столько от столкновения, сколько просто от неожиданности, — Майкл беспомощно закружился на месте, отчаянно пытаясь удержать противника одной рукой.

Он смутно почувствовал, как заработали, набирая силу, оба термоядерных ускорителя, подчиняясь упрямой воле пилотов.

«...неужели со мной справится этот маленький...»

«...ну хорошо, если ты действительно хочешь играть ПО-КРУПНОМУ...»

Сцепившиеся бойцы кружились в небе. Майкл успел обратить внимание, как вокруг с бешеной скоростью несется лунный пейзаж. Силовые поля зацепляли поверхность, поднимая тучи щебня и пыли. Майкл не испытывал страха; его полностью поглощало другое: сотни новых, доселе незнакомых чувств, таинственные двери, распахивающиеся перед ним, захватывающий восторг открытия неведомого.

Какой-то частью своего — и в то же время принадлежащего «Ланселоту» — сознания Майкл замедлил течение времени, убыстрив собственные реакции, так, что смог точно выхватывать отдельную миллисекунду из бесконечного частокола бешено несущегося мимо настоящего. И все же могучая лапа Фрэнка, та, которой он сшиб мишень, увеличившись до огромных размеров, замахнулась на Майкла,

прежде чем тот успел что-либо понять. Опытный пилот воспользовался какими-то скрытыми запасами силы и своей почти чудодейственной способностью мгновенно принимать решения. Именно это, подумал Майкл, и выделяло его среди всех прочих людей, садившихся за штурвал космических кораблей, именно это и позволило ему оставаться в живых, сталкиваясь с бесчисленными берсеркерами. Что-то дополнительное, проявляющееся в самый последний момент, приходящее на помощь тогда, когда конец, казалось, неминуем...

Но прежде чем Майкл успел закончить свои размышления, учебный поединок закончился.

— ...Маркус...

— ...позовите кого-нибудь...

— ...туда...

— ...помощь...

— ...мальчишку сюда...

— ...сбил...

Беспомощно хлопая подбитыми крыльями силовых полей, «Ланселот» Фрэнка устремился вниз. Едва не рухнув в маленький кратер, он в самый последний момент выровнял полет и, посылая альфа-излучение бессвязных мыслей, с трудом потащился к стартовой площадке, где толпились облаченные в белое фигурки. И все же слабому лунному притяжению удалось свалить Фрэнка, и он, подняв облако пыли, упал на поверхность. Рваные паутинки его полей застыли.

Зависнув в метре над Луной в том месте, где завершился поединок, победитель проводил побежденного противника взглядом. Еще не осознав до конца, что схватка окончена, он чувствовал это ослабевшими мышцами правого плеча.

Пытаясь понять, что же произошло, Майкл начал медленно подниматься вверх. К Фрэнку он не полетел, по обрывочному альфа-излучению оглушенного, но функционирующего мозга поняв, что тот жив. К маленькому симбиозу силовых полей и металла, рухнувшему на лунную поверхность, со всех сторон спешили люди и машины. Однако он, Майкл, едва ли чем-либо мог помочь своему другу.

Отдаленная полукруглая горная гряда, которой коснулись солнечные лучи, превратилась из серебристой в золотую. Майкл поднялся еще выше.

— Майкл! — Прозвучавший по радио голос Тупелова был наполнен тревогой. — Майкл, опускайтесь вниз!

Министр мальчику не нравился; несмотря на его вежливость, Тупелов почему-то сразу пришелся Майклу не по душе. В настоящий момент можно было не отвечать ему. С Фрэнком скорее всего ничего серьезного не случилось, и все же испытания придется отложить — возможно, дня на три. А Майкл, прежде чем расстаться с «Ланселотом», горел желанием кое-что проверить.

— Малыш, как ты? — Это был Фрэнк, начинающий приходить в себя, обратившийся к нему по субречевому каналу. — Малыш, эта штуковина покруче, чем мы с тобой предполагали.

— Я уже понял, Фрэнк. — Майкл не потрудился отключить рацию. — И все же я начинаю кое в чем разбираться.

— Майкл, спускайтесь вниз!

«В этот раз не жалей сил... я тебя не трону...»

Фрэнк умолк. Врачи и их помощники-роботы, вскрыв помятый контейнер, ввели пилоту какие-то препараты, и он потерял сознание.