Берсеркер
Шрифт:
Ломбок дал ей возможность развить эту мысль. Поняв, что Элли не собирается продолжать, он медленно повторил ее слова:
— Не имеет... никакого... значения.
— А разве у вас нет диктофона? Странно. У большинства людей он есть.
У большинства людей? Интересно, сколько интервью она дала и кому?
— Если вы ничего не имеете против...
— Абсолютно ничего.
Ломбок сделал вид, что включает маленький диктофон, записывавший разговор с самого начала.
— Итак, вы можете пояснить, что имели в виду, сказав, будто
— А так — не имела. Ни военная служба, ни исследование космического пространства. Я начала понимать это после последнего задания. Не сразу, постепенно.
— Защита жизни в галактике от берсеркеров не имеет никакого значения?
— Я догадывалась, что вы поставите вопрос таким образом. Что ж, по большому счету — нет, не имеет. О, не беспокойтесь, Храм — не сборище доброжилов. Если бы в настоящий момент на Землю напали берсеркеры, полагаю, я бы вернулась на военную службу. Да, уверена, обязательно бы вернулась. Это естественная человеческая реакция — защитить близких, себя, в конце концов. Хотя я и понимаю, что в конечном счете это не имеет никакого значения.
Ломбок молчал, пытаясь осмыслить услышанное.
— Вы просто пришли к выводу, что дальнейшие разведывательные полеты бессмысленны, — наконец сказал он.
Элли была рада тому, что ее собеседник старается понять смысл ее слов.
— Что-то в этом роде, — подтвердила она.
— Не хотите рассказать о последнем задании?
Элли уселась поудобнее, закинув ногу на ногу.
— Если у вас есть время.
— Для вас обязательно найдется, — сделал щедрый жест рукой Ломбок. — Расскажите, куда вы летали, что видели, что делали. Как вы ладили с полковником Маркусом?
— Вот как, он еще полковник? Почему-то мне казалось, он должен иметь более высокое звание. Если, конечно, еще жив.
Последние слова были произнесены как-то отчужденно, но без злобы.
— Уверен, вы уже неоднократно рассказывали про последнее задание, — сказал Ломбок.
— Да, и мой рассказ записан. Вы можете его просмотреть. Впрочем, наверняка вы его уже изучили. Признаюсь, вы разбудили во мне любопытство. Почему по прошествии одиннадцати лет ко мне снова приходят и просят рассказать о том полете?
Ломбок не знал, стоит ли и дальше притворяться, что на Элли пал случайный выбор.
— Вам выпало на долю такое, что не доводилось пережить никому из людей. Не так ли? И мне просто хотелось бы лично услышать ваш рассказ. Вы ничего не имеете против?
— Против? Нет. — Однако проницательная Элли заново оценила своего собеседника. Достав смокеры, она предложила Ломбоку, тот отказался, и она неторопливо раскурила свой.
— Кто ваш непосредственный начальник?
— Тупелов.
Неторопливо обсосав это известие, она небрежно махнула рукой:
— Ладно. Итак, главное в последнем задании было, конечно же, то, что неподалеку от Ядра мы наткнулись на нечто такое, чего никогда не видели, о чем не слышали и
— Что вы подумали о Тадже, когда впервые его увидели?
— Сначала это просто была надежда. Место, где можно спрятаться. Вы должны понять, что наш корабль в течение двадцати стандартных часов подвергался атакам гигантского берсеркера, гораздо мощнее нас. Никто, кроме Фрэнка Маркуса, не смог бы... и все равно, к тому моменту, как мы впервые увидели Тадж, я уже находилась на грани нервного срыва. Теперь я это хорошо понимаю. Должно быть, вам известно, что, как только мы вернулись на базу «КОРСЕК», я была ненадолго госпитализирована.
Ломбоку это было известно. Жестом изобразив сочувствие, он показал Элли, что она полностью владеет его вниманием. Молодая женщина, задумчиво взглянув на смокер, отложила его.
— Минутку назад я сказала, что случаю угодно указывать на меня. Знаете, что во время этого задания с нами постоянно происходили необъяснимые веши?
— Какие, например?
— Боюсь, сейчас я даже не смогу их все перечислить. До того, как на нас набросился берсеркер, мы обнаружили в открытом космосе аминокислоты — такие, которые никогда прежде не встречались за пределами атмосферы. Самые разнообразные органические соединения — и в огромных количествах.
— Простите, но я до сих пор не знаю, какова была основная цель вашего полета?
— Сбор общих разведывательных данных. Разумеется, берсеркеров мы не искали — у нас был маленький двухместный корабль.
Молодая женщина умолкла, погрузившись в какие-то личные воспоминания.
— Вы говорили мне о разнообразных органических соединениях.
— Да. Мы были удивлены. Вам известно, что в этом расположенном рядом с Ядром секторе планет очень мало.
— «КОРСЕК». Мне кое-что известно об этом секторе, и все же, не могли бы вы рассказать поподробнее?
— Плотность звезд выше среднего — больше тридцати на кубический парсек. Вещество, из которого состоит туманность, очень тяжелое и имеет сложный состав. Запутанный лабиринт проходов и горловин: космическому кораблю легко попасть в ловушку. Что не раз и происходило. Именно поэтому послали Фрэнка.
— И вас.
— Да, полагаю, я тоже была на хорошем счету. Мы увидели капли нефти. Представляете, местами у них было такое плотное скопление, что нефть можно было поджечь. В тех областях, где присутствует свободный кислород, — в защищенных от сильного звездного света, — вдоль участка средней компрессии можно зажечь струю пламени длиной в миллиард километров.