Битва королев
Шрифт:
– Зря! – горячо возразил Ричард. – Мой брак с его сестрой принесет нам много пользы.
– Нам? Или тебе? – не без ехидства спросил король и добавил с долей горечи: – Ступай и женись на своей вдовушке.
Ричард был удовлетворен. Хоть Генрих и был против его брачной затеи, однако не наложил на нее, как глава семьи, свой запрет.
Влюбленный принц поспешил к Уильяму Маршалу, а тот охотно согласился сопровождать жениха к невесте в Тьюксбюри.
Изабелла пришла в сильное замешательство, встретив неожиданных гостей на пороге замка, а Ричард не стал терять
Ситуация складывалась, однако, весьма необычная. Кому еще из женщин в ее положении делалось подобное заманчивое предложение? Почти никому. А если и выпадал кому-то такой счастливый шанс, то семья всеми силами загоняла вдову замуж, и она была обязана подчиниться.
А здесь все было так романтично – и любовь, и молодой принц королевской крови! Если бы только разница в возрасте не была так велика!
Ричард сказал, что влюбился в нее с первого взгляда. Тогда, конечно, она была еще замужем, и он не смел признаться ей в любви. Но, овдовев, она стала свободной, и нет никаких препятствий, мешающих им воссоединиться в счастливом браке.
Ее слабый протест Ричард тут же отверг:
– Пусть вы старше меня, но не выглядите таковой. И я не желаю жить с юной и глупой девчонкой. Вы мой идеал! Вы воплощаете собой все то, о чем я мог только мечтать.
Она все еще колебалась.
– Я мать шестерых…
– Это еще одно из ваших достоинств. Если вы были так великодушны, так щедры к прежнему супругу, то подобным даром вы осчастливите и меня. У нас будет полная детская сыновей.
И все же Изабелла в сомнении покачала головой.
– Сейчас, вероятно, вам кажется, что у нас все будет хорошо. Но через несколько лет разница в возрасте скажется…
Он поцелуем прервал ее речь. Больше она уже не могла сопротивляться. Даже если она когда-нибудь ему наскучит, то почему бы ей не побыть счастливой хоть год, хоть два…
Они поженились в апреле – прекраснейшем из весенних месяцев, когда насекомые радостно снуют среди свежей листвы, а веселые птицы оглашают леса и рощи разноголосым пением.
Юная Элеонор, прелестная родственница, сестричка Ричарда, была с нею теперь постоянно, и им было так хорошо вдвоем.
Элеонор исполнилось шестнадцать, и она явно не испытывала любви к Уильяму Маршалу, своему уже достаточно зрелому супругу. Элеонор видела, как счастлива Изабелла, и слегка по-доброму ей завидовала. Самой выбрать себе мужа! Какой редкостный удел для женщины!
Само по себе это было уже чудесно, а Ричард к тому же еще так хорош собой и так достоин любви!
Наблюдать за влюбленными было для Элеонор тягостным, но и сладостным испытанием.
«Когда-нибудь мне повезет так же?» – мысленно задавала себе вопрос Элеонор. Тут же она одернула себя. Чтобы это могло случиться, Уильям должен был умереть. От подобных мыслей ей становилось стыдно.
Но никакой стыд не мог оградить ее ум от волшебных грез. Конечно, подло, нечестно даже воображать кончину
Изабелла готовилась к свадьбе, обсуждая со своей молодой невесткой каждый наряд, положенный по ритуалу – в храме, за праздничным столом, на представлении жонглеров и менестрелей и, наконец, на ночь.
Парча и шелка переливались яркими потоками, слепили глаза женщин, и как можно было не радоваться апрелю и будущему счастью супругов! Изабелла расцвела, и даже дети едва узнавали мать в этой искрящейся радостью невесте.
«Неужели любовь творит такие чудеса?» – размышляла Элеонор.
«Как будущим супругам хорошо вместе!» – радовался супруг Элеонор, Уильям Маршал, глядя на эту счастливую пару. Не было, казалось, на свете человека более довольного судьбой, чем он. Какие же дерзновенные планы таил он в душе?
Свадьба отшумела. Уильям отдал невесту в руки жениха. Ричард и Изабелла остались вдвоем, а Элеонор с Уильямом вернулись к себе в Мальборо.
Уильяма как-то неожиданно утомило это недолгое путешествие. Он сразу же улегся в постель, ссылаясь на усталость. Как хорошая жена, обученная с детства медицине и правилам ухода за больными, Элеонор заняла место у изголовья супруга. Она ласково нашептывала ему о том, как она рада удачному браку его сестры, еще более окрепшим связям между двумя семьями.
Элеонор даже высказала мысль, что, если у Генриха не будет детей, Ричард станет королем и сын, рожденный от него Изабеллой, наследует трон.
Уильям улыбнулся.
– Какая же ты хорошая, моя маленькая жена! Как бы был рад мой отец, если б смог увидеть нас с небес вместе… вот так, рядом!.
– Нам хорошо вместе, – вдруг ответила Элеонор. – Но им во сто крат лучше, потому что они поженились по любви.
Уильям посмотрел на нее с грустью. Какой она еще ребенок, но очаровательный ребенок! У всех дочерей Изабеллы Ангулемской был этот колдовской дар – пронзать мужчин стрелой Амура. Ему надо было напрячь силы и, оправившись от болезни, сделать ей ребенка.
Она, хоть и была совсем невинна, явно ждала от него подобных действий. Что ж, оправдаются наконец ее надежды.
Но он ошибался. Через несколько дней Уильям Маршал скончался, и шестнадцатилетняя Элеонор стала вдовой.
СУДИЛИЩЕ
Добрые отношения Губерта де Бурга с королем дали трещину. После злосчастного их столкновения в Портсмуте прежней теплоты и доверительности уже не существовало. Отчуждение между ними росло. Генрих стыдился, что дал волю своему гневу и раскрыл при большом стечении народа свирепость своей натуры. А виноват в этом был де Бург. Король злился на него и за то, что тот оказался прав, предсказывая провал военной авантюры. Казалось бы, он должен поблагодарить мудрого советника за искренность и преподанный урок, но то, что он поставил короля в глупое положение, Генрих простить ему не мог.