Битва на удачу
Шрифт:
Присев над Нианой и убедившись, что она дышит, Нэч опять вставил фильтры и отправился в пещеру. По пути сбивая с грибов уцелевшие шляпки, он вернулся к тюкам, осмотрелся. Это место могло служить прекрасной обителью для толкователей с их желтыми глазами-огнями, проникающими в душу. Раздумывая, могут ли останки гоблинов хранить что-либо ценное, Нэч обмотал вокруг левого запястья лямку одного тюка, после краткого раздумья — на запястье протеза лямки сразу двух тюков, сжал их в кулак и потащил из пещеры, не забывая дышать только носом. Он мог бы дать фильтры одному из орков, когда
26
Перетаскав все тюки, Нэч положил шары перед амазонками, уселся на тюк, убрал фильтры, закрыл глаза и позволил телу расслабиться. Мир закружился за сомкнутыми веками; сквозь полудрему доносились звуки пробуждения: кашель и стоны амазонок, утробное рычания орков.
"Все в порядке, — подумал Нэч, — они живы. Все в порядке…"
Нахлынули яркие образы, наполняя сознание. Из-за дерева появилась фигура в белом балахоне. Костлявые руки сбросили с головы капюшон, открыв черное лицо с пустыми глазницами, внутри которых пылали желтые глаза-огни. Иссушенный рот осклабился. Фигура подалась вперед, извергая потоки зеленой слюны и вытягивая перед собой чашу с меняющей цвет жидкостью.
— Нэч?
Нэч вздрогнул и распахнул глаза, возвращаясь к действительности. Перед ним стояла Ниана, в ее изумрудных глазах читалось благоговение.
— Все очнулись? — промямлил Нэч и растер шею. — Я отключился…
— Спасибо, Нэч, — сказала Ниана. — Ты спас наши жизни. Мы все перед тобой в долгу.
— В каком-то смысле это моя работа, — ответил Нэч. — Ничего другого я не умею.
— И разве ты не избавитель? — наклонив голову, Ниана посмотрела на Нэча и повернулась к остальным. — От огров мы отделались. Но вернуться тем же путем не сможем. Попробуем выбраться этим путем. Все согласны?
— Лишь бы не наткнуться на гномов, — пробурчала Отира. — С ними еще не сразу договоришься.
Орки выглядели кисло и помято, взвалили на себя тюки. Чувствуя себя немного отдохнувшим, Нэч включил фонарь и зашагал первым. Его догнала Ниана, крепко сжала запястье и прижалась к предплечью.
— Ты послан нам судьбой!..
— Не сомневаюсь. — Нэч хотел пошутить, чтобы избавиться от неуместной торжественности, но не нашел в запасе ни одной остроты. — В действительности мое нахождение здесь не более, чем случайность.
— Случайностей не бывает, — заверила Ниана. — Никогда. Происходит не предугадываемое совпадение событий, которые подчинены нашей неосознанной воле.
— Куда мы идем?
— Если выберемся отсюда, скорее всего очутимся в пустыне. Тогда сразу пойдем в Талнери. Ночью в пустыне мы не выживем.
— Это там живет провидица? — спросил Нэч, вылавливая из памяти обрывки недавнего разговора.
— Да. Мы заглянем к ней. Надо выяснить наверняка — избавитель ты или нет.
— Надеюсь, это не больно.
Ниана с недоумением посмотрела на Нэча.
— Нет. Это не больно. Тебе не о чем беспокоиться.
"Я понял", — подумал Нэч, но промолчал.
Пальцы Нианы разжались, и он взял ее за руку. Девушка не возражала.
27
Далеко
— Наконец-то, — послышался позади облегченный вздох Отиры.
Нэч выключил фонарик и спрятал в брюки, подумав, что было бы неплохо разжиться сумкой. Они вышли из расщелины, затерянной среди отрогов скал и утесов. Пройдя между уступами, очутились на пологом склоне, плавно переходящем в выбеленную пустыню. Теплый воздух размывал очертания крупных черных валунов, разбросанных словно рукой играющего великана. Солнце клонилось к горизонту, окрашиваясь в синие цвета. Исподволь Нэч опять задумался о целесообразности возвращения на Митарх. Под действием новых впечатлений пошатнувшееся стремление покинуть мир Солнца жизни утратило привлекательность, но продолжало сидеть занозой в представлениях о будущем.
Спустившись к подножию гор, Ниана вытащила компас. Пещера, которую они покинули, затерялась в изрезанных складках гор. Вероятно, никто, кроме них, и не знал о ее существовании. Даже они вряд ли смогут ее найти, разве что при помощи компаса Нианы.
— Талнери где-то там, — махнула Ниана в направлении заходящего солнца. — Надеюсь, не промахнемся.
Ноги увязали в крупном горячем песке, но все равно идти по пустыне было приятнее, чем по тесным тоннелям. Изредка налетал ветер, и бессчетное количество колких песчинок впивалось в незащищенную кожу. Горы Эргисау размылись расстоянием и растворились вдали.
Они проделали достаточно долгий путь, когда песок перед ними пришел в движение, превратившись во множество крупных воронок.
— Не двигайтесь! — велела Ниана.
Отряд остановился. Нэч не услышал в голосе страха, и с любопытством наблюдал за потоками песка, утекающими в образовавшуюся полость. Из глубины широкой ямы высунулось потревоженное существо, напоминающее насекомое с мерцающими хитиновыми пластинами на плотно прилегающей к туловищу голове. Ничего похожего на глаза Нэч не заметил, лишь огромные жвала, несколько пар упругих подрагивающих усиков и широкие лапы-ножи.
— Что это? — прошептала Сэдна. — Капанг или ритен?
— Тихо! — одернула Ниана.
Шестеренки в сознании подсказали Нэчу, что перед ними ритен. Ритен покрутил усиками, щелкнул жвалами и, нацелив голову на отряд, повел в воздухе лапами-ножами.
— Не двигайтесь, — повторила Ниана.
Ритен замер, дергая усиками и раскрыв жвала, словно готовясь к нападению. Нэч смотрел то на него, то на напряженных амазонок и орков. Ритен сомкнул жвала, почистил голову передними лапами-ножами и зарылся в песок.
— Он нас почуял, — проговорила Ниана, — но ему мешает солнечный свет.
— И это прекрасно, — заметил Нэч.
— Но его время наступает, скоро ночь.
Они возобновили путь в обход логова ритена. Нэч поймал себя на мысли, что с нетерпением ждет впервые увидеть город этого мира. Справа протянулась гряда валунов, на которую амазонки бросали настороженные взгляды. Не успел ритен выветриться из памяти, как в воздухе просвистела стрела, выпущенная со стороны гряды, и вонзилась в песок перед ногами Нианы.