Битва в космосе
Шрифт:
— Да откуда мне знать? — вскричал Реатур так громко, что Сара отскочила назад, а какой-то самец-слуга выставил из-за угла глазной стебель, дабы удостовериться, что повелителю не угрожает опасность. Реатур был из тех омало, которых ткнешь одним когтем, а они ответят тремя. Поэтому он продолжал орать на Сару, правда уже не так оглушительно: — Пока ты мне не сказала, Сара, я и не думал, что кто-либо сможет пересечь Ущелье Эрвис по воздуху! Почем я знаю, а вдруг подлые скармеры додумаются напасть на нас, к примеру, по воде, когда она заполнит ущелье! И поскольку
— Да, — неохотно согласилась человечья самка. Похоже, гневная вспышка хозяина владения ее не очень-то напугала. — Мы говорить о Ламре позже, да?
— Позже, да. Но не теперь. — Он зашагал к выходу, и в этот раз она не попыталась его задержать.
А потом вдруг сказала:
— Может быть, скармеры и в самом деле использовать… ВОСПОЛЬЗУЮТСЯ водой. Человеки иногда путешествовать по воде
Несколько капель воды упало на голову Реатуру, когда он вышел из замка. Лето неумолимо приближалось. Все кругом начинало таять. Общение с человеками порой оказывало на него тот же эффект, что и эти мерзкие капли. Как лето своим теплом год за годом подтачивало его дом, так и пришельцы своими словами частенько заставляли таять его уверенность в вещах, неуверенным в которых быть нельзя. Невозможно.
Проходя мимо поля, Реатур заметил, что самцы трудятся без особого усердия, и начал было кричать на них, но потом решил, что они, собственно, и не виноваты. Работать каменными орудиями тяжело и неудобно, а ледяные инструменты день ото дня становятся все более хрупкими и ломкими.
Те самцы-крестьяне, что работали поблизости от летающего дома, не поворачивали в его сторону больше одного стебля. Они тоже привыкли к человекам. Хорошо это или плохо? Размышляя, Реатур даже замедлил шаги. Наверное, все-таки хорошо: если бы они и сейчас таращились на летающий дом такими же удивленными взглядами, как в первый день, то вообще не работали бы. Но привыкнуть к человеку — это еще не значит, что можно считать его столь же обычным существом, как, к примеру, элок.
Направляясь по тропинке в сторону Ущелья Эр-вис, хозяин владения едва не столкнулся с человеком по имени Фрэнк. Тот быстро прошел мимо и даже не остановился, чтобы поговорить с отцом клана. «Грубиян!» — мимоходом возмутился Реатур, но не стал окликать человека, поскольку был занят другими мыслями.
Он поставил наблюдателей по всему краю Ущелья Эрвис, там, где оно примыкало к его владению, но усиленные дозоры разместил поближе к замку, поскольку в этих местах проживала основная часть воинов, и здесь же некогда находился мост.
Стоявший на своем посту Тернат держал на изготовку сразу три дротика, словно ожидал, что через ущелье в любой момент может ринуться целая орда скармеров. Завидев хозяина владения, самец почтительно расширился.
— Не время обмениваться любезностями, старший из старших, — нетерпеливо сказал Реатур, и Тернат тут же снова вытянулся. — Но я рад видеть, что ты так бдителен.
— Однажды владение станет моим, отец клана, если только скармеры не отнимут его у нас. Потому
— Недурно сказано, старший. У меня есть приказ для тебя и для твоих дозорных: пусть время от времени пользуются хотя бы одним глазным стеблем, чтобы взглянуть на небо.
— На небо, отец клана? Никто не может путешествовать по небу. Конечно, не считая человеков, — поправил себя Тернат, чего до прибытия «Афины» не сделал бы никогда.
— Ох уж мне эти человеки, — Реатур по обыкновению выпустил воздух из дыхательных пор. — Я только что узнал, что на западной стороне тоже есть человеки, правда не из того клана, из которого здешние. Кто знает, каким коварным трюкам они, могут научить скармеров?
— Скармеры не нуждаются в том, чтобы кто-либо учил их коварству. Они насквозь коварны с первого своего почкования. Но, ты говоришь… Еще человеки? Не может быть!
— Хотел бы я, чтобы этого не могло быть, старший из старших, но тот, кто сказал мне об этом, заслуживает доверия. Так что не забывайте поглядывать на небо.
Тернат, в точности как отец, выпустил воздух из дыхательных пор.
— Слушаюсь, отец клана.
Судя по голосу, настроение у него стало не лучше, чем у Реатура. Что ж, пусть почаще смотрит на небо.
Двое самцов наседали на Фралька. Каждый из них сжимал в руках по два копья и по паре дротиков, как и сам Фральк. Каждый из них наблюдал за старшим из старших тремя глазами, используя четвертый для того, чтобы следить за действиями напарника. Они лупцевали его с удовольствием, словно Фральк представлял из себя всего лишь очередную жертву, которую давно пора отправить на тот свет.
Фральк прыгнул на одного из противников, намереваясь нейтрализовать его и таким образом уравнять свои шансы со вторым. Ему удалось поразить самца копьями в две руки, но тот блокировал его удары с почти скучающей легкостью. Второй воин небрежно съездил старшему из старших копьем по голове.
Естественно, такой бой не мог продолжаться долго. Фральк успел отбить несколько выпадов, но спустя миг удар копья снова настиг его и заставил пронзительно взвизгнуть от боли.
— Старший из старших, ты мертв, как кусок высушенного на солнце мяса массы, — заявил инструктор, тощий циничный самец по имени Джуксал. — Вернее, стал бы таковым, сражайся мы копьями с настоящими наконечниками. — А вы? — громко обратился он к толпе самцов, наблюдавших за учебным боем. — Вы хоть что-нибудь сечете из того, что видите?
— Никогда не вклиниваться между двумя самцами, — нестройным хором ответила аудитория.
Джуксал недоуменно качнул глазными стеблями, будто бы ничего не услышал.
— Что это вы изволили вякнуть? Или это бегунки прощебетали? Я спрашиваю, чему вас научил поединок?
— НИКОГДА НЕ ВКЛИНИВАТЬСЯ МЕЖДУ ДВУМЯ САМЦАМИ! — проорали самцы в унисон.
— Нормально, — неохотно признал Джуксал. — Вы, отпочковавшиеся, все же умеете неплохо отвечать, когда захотите. Вам известно, что нужно делать, чтобы такого никогда не произошло?