Bob Shaw
Шрифт:
– Добрый день, Билли, – сказал она, услышав его шаги, а затем обернулась и пристально посмотрела на него. – Ты что задумал, Билл Грегг?
У Грегга дрогнуло сердце – именно это заставляло его всегда опасаться женщин.
– Что ты имеешь в виду?
– Я имею в виду, что ты нацепил галстук в этакую жару. И свою лучшую шляпу. И если не ошибаюсь, свои лучшие ботинки.
– Давай-ка помогу тебе с мешком, – сказал он, подходя ближе.
– Это чересчур тяжело для твоих рук.
– Как-нибудь справлюсь. – Грегг нагнулся, неуклюже
– Ты весь перепачкался, – неодобрительно сказала она и стала смахивать пыль платком.
– Ерунда, не шуми.
Несмотря на протесты, Грегг покорно застыл и позволил себя вычистить, наслаждаясь таким вниманием.
– Мне нужна твоя помощь, Рут, – сказал он.
Она кивнула.
– Я твержу тебе это не один год.
– По совершенно особому случаю. Я даже рассказать тебе не могу, покуда ты не пообещаешь хранить секрет.
– Я так и знала! Я знала, что что-то случилось, как только ты сюда вошел!
Грот добился желаемого обещания и стал описывать события. По мере его рассказа линии вокруг ее рта углублялись, в глазах появился жесткий блеск. Грегг с облегчением вздохнул, когда, едва закончил повествование, в магазин вошли две женщины и минут десять выбирали ткань. К тому времени Рут немного успокоилась, но Грегг видел, что она все еще кипятится.
– Не понимаю тебя, Билли. Мне показалось, что ты кое-чему научился в последний раз, когда столкнулся с людьми Портфилда.
– А что мне оставалось делать? – сказал он. – Я должен был ей помочь.
– Этого-то я и боялась.
– Ты хочешь сказать…
– Билли Грегг, если я когда-нибудь узнаю, что ты спутался с какой-то девкой из сапуна, а теперь у тебя хватило наглости просить моей помощи при родах…
– Рут! – Грегг был поражен до глубины души.
– Легче поверить в это, чем в то, что ты мне наплел.
Он вздохнул и вытащил из кармана слиток золота.
– Стала бы она мне платить? Вот этим?
– Думаю, нет, – согласилась Рут. – Но все-таки странно… Что это за имя – Морна? Откуда она?
– А я почем знаю?
– Да ты еще и побрился!… – Она смотрела на него в растерянном изумлении. – Нет, мне просто необходимо повидать женщину, способную заставить Билли Грегга прихорашиваться. Интересно, что в ней такого, чего у меня…
– Спасибо, Рут… Словно камень с души свалился. – Грегг осмотрел просторное затемненное помещение, заполненное товарами. – Что мне надо взять с собой?
– Я соберу все необходимое и отвезу к тебе перед ужином. Возьму двуколку Сэма.
– Здорово. – Грегг благодарно улыбнулся. – Только езжай по западному пути.
– Теперь убирайся отсюда и дай мне заняться делом, – велела Рут. – Портфилдовские бродяги мне не помеха.
– Хорошо. До встречи. – Грегг уже повернулся к выходу, когда его внимание привлекли рулоны ткани, лежавшие на прилавке. Он потрогал кусок шелковистой ткани и нахмурился. – Рут, тебе приходилось
– Никогда.
– Так я и думал.
Грегг подошел к двери, на мгновение задержался на пороге и вышел на зной и пыль главной улицы городка. Он взобрался на повозку, щелкнул поводьями и медленно покатился к поилке. Возле нее стоял молодой ковбой с поникшими пшеничными усами, терпеливо ждущий, пока напьется кобыла. Это был Кол Мэшэм, один из немногих сравнительно порядочных работников Джоша Портфилда. Грегг кивнул ему.
– А, Билли… – Мэшэм кивнул в ответ и вынул изо рта трубку. – Говорят, повздорил поутру с Вольфом Кейли?
– Новости быстро расходятся.
Мэшэм огляделся.
– Тебе не мешает знать, Билли: Вольфу совсем худо.
– Да, я слышал, как затрещала его нога, когда на него упала лошадь. Я тоже обязан ему парочкой сломанных костей. – Грегг с завистью принюхался.
– Недурной у тебя табачок.
– Это не просто перелом, Билли. Говорят, нога вся распухла и почернела. И у него лихорадка.
В разгар невыносимого полуденного зноя Греггу вдруг стало холодно.
– Ты хочешь сказать, он умирает?
– Похоже на то, Билли. – Мэшэм вновь огляделся по сторонам. – Никому не говори, что я тебе сказал, но через два-три дня вернется Джош. На твоем месте я бы не стал дожидаться.
– Спасибо за совет, сынок.
Грегг дождался, пока напилась лошадь, сел в повозку и тронул поводья. Лошадь покорно опустила голову, и вскоре повозка, покинув прохладную сень водопоя, выехала на жаркую улицу.
Грегг оставил Морну спящей на своей постели и вошел в дом тихо, боясь потревожить ее сон, но она уже сидела за столом. Морна сняла свое загадочное одеяние и осталась в простом синем платье с короткими рукавами. Перед ней лежала одна из десятка книг Грегга – потрепанный школьный атлас, раскрытый на карте Северной Америки.
Морна распустила волосы и выглядела еще красивее, но внимание Грегга привлекло странное украшение на ее запястье. Оно походило на круглый кусок темно-красного стекла величиной с доллар, окаймленный золотом и удерживаемый узким золотым браслетом. Под стеклом пульсировал лучик рубинового света, расположением и размером напоминающий стрелку часов; примерно через каждые две секунды он вспыхивал и гас.
Женщина подняла голову и улыбнулась, показав на атлас:
– Надеюсь, вы не возражаете…
– Пожалуйста, мадам.
– Морна.
– Пожалуйста… Морна. – Грегг всегда с трудом сближался с людьми. – Вам лучше?
– Да, я чувствую себя гораздо лучше, спасибо. Я не спала с… довольно долгое время.
– Понимаю.
Грегг сел за стол напротив и позволил себе внимательнее взглянуть на необычное украшение. По окружности стеклышка были нанесены метки, вроде как на компасе, а внутри продолжал пульсировать рубиновый лучик.