Бог одержимых
Шрифт:
Было странно видеть, как Егор со старшими держался на равных, а они посматривали на него снизу вверх.
Когда первые восторги поутихли, дядя Виталий рассказал, что они с Егором нашли что-то очень важное в горах Перу. Какой-то подземный город. Папа не скрывал интереса, а Егор показывал фокусы наложением рук на разные поверхности.
А потом он подошел ко мне. При всех. Без всякого смущения перед моими родителями. Подошел и сказал:
–
А я только кивнула. И разревелась.
Он прижимал меня к своей широкой груди, а я все плакала и думала, что совершенно не узнаю его. Что он вернулся чужим, холодным, каменным.
Наши мальчики... Они уходят воевать, а если Господь их возвращает, то другими. И нужно время, чтобы разглядеть в этих, новых, гордых, сильных мужчинах прежних мальчишек - беззаботных и радостных. Говорят, для этого нужно много времени. Надеюсь, жизни на это хватит?
Я буду ждать.
И однажды он споет мне, как прежде. Как во времена, когда мы еще не были взрослыми... когда мы вместе слушали "Universe".
__________________
*Тексты ВСЕХ песен (на русском языке) к Slade отношения не имеют.
ПОСЛЕДНИЙ РЕЙС
Алекс въехал в порт затемно.
Его судно приветливо сияло огнями, но в иллюминаторах кают-компании было уже темно. Тянуло сыростью, пахло морем. Где-то неподалеку глухо звякнула сцепка железнодорожного состава. Алекс отпустил такси, по привычке оценил осадку судна и бодро застучал каблуками по трапу.
Вахтенный уважительно поздоровался и добавил:
– Капитан Йенсен ждёт вас.
– Спасибо, Роман, я позже зайду.
– Грузовладелец на борту...
Алекс замер, с шумом выдохнул и отвернулся от вахтенного. Вцепившись в поручень, он обратил лицо к ночной панораме порта, но ничего не видел. "Никаких сомнений!
– напомнил он себе.
– Решение принято. Я не отступлюсь"! Он оторвался от поручня, скользнул мимо вахтенного в коридор и уже через минуту стучался в каюту капитана.
В первое мгновение Эрик Штурм воспринимался сплошным сгустком недовольства:
– В условиях фрахта оговорено отсутствие посторонних.
– На судне нет посторонних, - сухо ответил капитан.
– Перед вами Александр Кофман, представитель судовладельца.
– Приятно познакомиться.
Алекс вцепился в протянутую руку и крепко её пожал.
– Я восхищаюсь вами!
– вырвалось у него.
Эрик, не делая попытки освободиться, спокойно ответил:
– А я обещаю, что буду вежливым, пока ваше общество не покажется навязчивым...
Алекс покраснел; заметив, что всё ещё держит руку Эрика, отпустил её и смутился ещё больше.
– У меня к вам предложение, - сказал Алекс и ужаснулся своей решительности.
– Вот как?
– Да, сэр, - Алекс вдруг почувствовал в своём голосе силу.
– Как представитель судовладельца, я уполномочен вносить любые изменения в условия фрахта. Предлагаю сделку: вы оплатите фрахт ответами на все вопросы, которые я вам задам до момента, пока вы не покинете борт судна в порту выгрузки.
Капитан Йенсен еле слышно застонал и вышел из-за стола. Эрик с удивлением смотрел на Алекса:
– Вы шутите?
– Ничуть. Вы соглашаетесь, утром я передам вам копию своей доверенности. Мы обсудим детали, напечатаем дополнительные условия к фрахту, подпишем и приступим к исполнению сделки.
Эрик перевёл взгляд на капитана. Тот пожал плечами и отвернулся к иллюминатору.
– Прежде чем согласиться, хотелось бы узнать причину вашей любознательности.
– Это просто. За вашим полётом следила вся цивилизованная часть человечества. Примерно, пять миллиардов человек. Когда произошла авария, в вашей смерти не сомневался ни один из нас. Вас ещё видели и слышали, но все знали наверняка, что вы - покойник. Тем не менее, вы выжили. Вы утёрли нам нос! Вы - гений! Как это у вас получилось?
– Но пресса весьма тщательно осветила подробности тех событий, - напомнил Эрик.
– Мне бы не хотелось, чтобы к концу рейса вы испытывали разочарование. Газеты, журналы...
– Я прочёл отчёты обо всех ваших интервью и пресс-конференциях. В публикациях много противоречий.
– Я не принимал участия в составлении этих отчётов!
– Вы согласны?
– не отступал Алекс.
– Почему нет?
– удивился Эрик.
– Деньги - есть деньги! Когда начинаем?
– С утра уладим формальности, а после обеда начнём.
– Других предложений нет?
– усмехнулся Эрик.