Бог сумерек
Шрифт:
Игорь же занялся книгой. Никогда раньше он не видал таких книг. Не то чтобы он листал ее зачарованно, но с любопытством точно.
— Взгляни, Палыч, — негромко предложил он. Тот отвлекся от медальона, заглянул в страницы.
— Смотрим в книгу, видим фигу, — прокомментировал он.
— Это ведь не латынь, не греческий… — Игорь сказал это полувопросительно.
— И вообще ни один из известных языков. — Палыч, напротив, заявил категорично.
— А вы как вообще, ребята, в языках сильны? — спросил Федор Матвеевич.
— Увы, — ответил
— Думаешь? — Игорь перелистнул страницу.
— Скорее всего. Книга рукописная, видишь?.. Ну, во всяком случае, это тайнопись, которой, надо думать, владеют немногие.
— Ну, мы-то ею точно не владеем… А вот интересно, иллюстрации тут есть?
Иллюстрации нашлись. Графика. Тоже чрезвычайно необычные. На одной из них, например, был изображен средневековый город: окружность крепостной стены, островерхие крыши, шпили башен. Башня в центре была самая высокая, острием она касалась стилизованно изображенного облака. Вокруг города расстилалась пустая, слегка всхолмленная равнина, по горизонту переходившая в цепь высоких холмов. Другая картинка вызвала недоумение и бесплодное почесывание затылков: на ней
были два человека тоже в средневековой европейской одежде, лицом друг к другу; причем тот, что левее, указывал пальцем вправо, на визави, а тот, в свою очередь, вытянутым же пальцем показывал вниз.
— Ну и что бы это значило? — спросил Палыч зачем-то у Игоря, который на такой вопрос, естественно, смог лишь развести руками. Справились у Федора Матвеевича — но и он знал не больше.
И, наконец, третья картинка была, собственно, не картинка, а схема. Похоже, что вычерчен некий лабиринт, но какой… где находящийся?., к чему ведущий?.. Понятно, что эти вопросы остались без ответа.
— Что же, — провозгласил Палыч. — Попробуем сделать выводы.
С этим все согласились, хотя Игорь про себя подумал, что вывести можно немногое. Но вслух он это не сказал.
В общем-то он оказался прав. Какие выводы оказалось возможным сделать? То, что было известно и прежде: для “Гекаты” они настолько нежелательные очевидцы темных дел, что не иначе как необходимо их устранить. Что за темные дела?.. Об этом можно только гадать, а явно лишь одно: там экспериментируют с таинственными силами и энергиями — это, между прочим, подтверждается тем, что Палыч, потомственный, так сказать, экстрасенс, вызвал у тех сильнейшее беспокойство, такое, что они не перед чем не остановятся…
— Но! — Тут Кореньков назидательно поднял палец.
— Но дело в том, — подхватил Игорь, — что теперь у нас в руках вот это. Очевидно, это мощное противодействие тем… как сказать… чарам, что ли, с которыми пытаются заигрывать наши враги.
— Да, — сказал Палыч, бегло глянув на книгу и на медальон. — Оружие, но бесполезное. Как им пользоваться, мы не знаем. Вы… Федор Матвеевич?..
Тот только руками развел.
— Да, — повторил Палыч и почесал за ухом. — Тогда какие
— Я все-таки попробую дозвониться Жорке, — сказал Игорь. — Телефон есть у вас, Федор Матвеич?
Федору Матвеевичу пришлось вторично разводить руками. Телефона нет. Не проводят. Вон, говорят, дома-то рядом; вы в городской черте находитесь, какого шута к вам линию тянуть?.. Если кого уж совсем прижало, сбегал до автомата да позвонил. Или мобильный покупай.
— М-м… — Палыч почесал за ухом энергичнее. — Ладно. Если сумеем хай поднять в прессе — это большое дело. Но вот с расшифровкой, — ткнул пальцем в артефакты, — он нам вряд ли поможет… Тут надо другие какие-то заходы искать.
— Может быть, дар твой тебя прошибет? — предположил Игорь. — И ты махом все прочитаешь?
Палыч помялся и ответил не ахти как вразумительно:
— Быть может, все, но надеяться на это не стоит слишком. Уж легко так… Нет, надо разные варианты попере-бирать.
— Как компьютер, — неожиданно выдал Федор Матвеевич.
— Компьютер бы с этой задачей справился лучше… — иротянул Палыч, он уже усиленно соображал. — Лучше, — но… у него нету того, чего есть… то есть, что есть. Что у нас есть!
— Дара, — снова заключил Игорь.
— Вдохновения! Что нам оно подскажет?.. Ч-черт, было бы здорово Васькину бабку взять в оборот… н-да, но туда уж не сунешься. Тогда… что?
— Тогда, может, попробовать этого психолога найти? Знатока парапсихологии! Который к цыганам приходил. — M-м?.. — промычал Палыч с сомнением.
— Я, понимаешь, почему этот вариант вспомнил, — заторопился Игорь, — вот почему. Ты сколько времени уже в “Гекате”?
— Ну, года полтора уж есть.
— Так. И ты хоть раз видел, слышал про него? По Васькиному описанию похожего?
— Ну, там описания-то было… Ну, вообще-то нет ничего. Хотя с кадровиками я контачил.
— Ага! Вот, кстати, нам еще один резерв — твои знакомые кадровики…
— Нет, этот номер не пройдет.
— А не пройдет так не пройдет. Я вообще-то о другом. Раз ты этого типа не видел, не слышал, не знаешь — значит скорее всего с “Гекатой” он почти не связан. Так, тонкой ниточкой. Поэтому нам с ним будет попроще. Надо только его найти.
— Легко сказать.
— А я и не говорю, что легко…
— Погодите-ка, мужики, — вклинился в разговор Федор Матвеевич, давно уже слушавший с большим вниманием. — Погодите… Я вот послушал вас и тоже кое-что вспомнил.
— Что?
— А то, что, может быть, я помогу вам найти того, кого вы ищете.
Игорь с Палычем воззрились на него, как два доктора Уотсона на Шерлока Холмса. Но Федор Матвеевич мытарить их не стал, а объяснил просто:
— Дочка моя младшая, Танюшка, она в пединституте учится. Заканчивает осенью пятый курс. Ну и вот, рассказывала она, что у них один такой чудной преподаватель был по психологии, как раз все об этом им только и талдычил: про экстрасенс этот, да про параб… как ее?..
— Парапсихологию?