Боруэлла
Шрифт:
На просьбу назвать свой адрес, Боруэлла (снова же я) назвала адрес пункта приёма донорской крови, где её из-за бледности сразу признали своей, но уже через пять минут от этого отказались. Попытавшись догнать отряд милиции, они поняли бесполезность этой затеи. Поэтому, дав девочке (мне, мне!) денег на мороженое, они с улыбкой пустили её погулять по городу, где она и была встречена родной сестрой. Дабы оградить её от родительского гнева, Аня попросила хорошего мальчика Борю подержать Боруэллу на домашнем аресте. А сегодня, на день раньше, Боруэлла неожиданно вернётся домой вместе с Аней.
Бабушку
— Похоже на правду, — серьёзно сказал дядя Миша.
— А почему же бабушка не подняла тревогу, когда Боренька потерялась? — поинтересовалась тётя Надя.
— Мы с бабушкой, — сказала я, пережёвывая торт. — Часто в прятки играем. Так один раз я спряталась так, что она меня искала целую неделю. И если я потеряюсь всего на несколько дней, она не беспокоится!
— Ох, Элька, — улыбнулась тётя Надя. — Загрустим мы без тебя. Заскучаем.
— Это ничего. Теперь я буду часто приходить в гости, — широко улыбнулась я. — Даже чаще, чем вы думаете. Можно, я переночую у вас завтра?
Лицо тёти Нади показалось мне немного испуганным. Может, и правда просто показалось?
— Боренька, — сказала она. — Твои родители по тебе сильно соскучились. Лучше несколько дней поживи дома, а потом приходи в гости. Мы всегда тебе рады!
— Значит, и завтра тоже, — довольно сказала я и потянулась за компотом.
Тётя Надя и дядя Миша долго уговаривали проводить меня до дома и вручить прямо в руки родителей. Но мы с Аней сопротивлялись, рисуя ужасные картины сердечного приступа у мамы и приступа необъяснимой ярости у папы.
Грустно вздыхая, я собрала свои вещи в большой пакет: одежду, включая Борькин зелёный костюм и красную бейсболку, недочитанную книжку, недоеденный кусок торта, семейную фотографию в рамочке, разодранный телефонный справочник (на память), подушку (я к ней привыкла), ложку-тарелку-чашку (по той же причине), пульт дистанционного управления к телевизору (просто так), зажигалку-пистолет с кухни (она мне всегда нравилась). Ну, и ещё там, мелочь всякую. Борька, хоть и смотрел на меня виновато и печально, мелочь всё-таки забрал положил обратно в копилку.
Крепко пожав руку тёте Наде и чмокнув дядю Мишу в щёчку, я вышла из квартиры. Борька и Аня вышли следом, но я не оглядывалась, а шла, понуро опустив плечи.
На скамейке у подъезда сидел парень с гитарой и пел песню. Я ждала Аню с Борей, поэтому остановилась и прислушалась. Песня была сначала резкой и беспокойной, а потом — тихой и мелодичной:
Крепись. Полёты вниз Пока не удались, Но вверх! Лети. Есть два пути, Один — не твой. Постой!Послушай…
Как над тропками, тропками, тропками, Видишь —На мгновение мне показалось, что я слышу в песне своё имя. Но, после того как парень с гитарой замолчал, я услышала знакомый громкий голос сверху:
— Бо-о-оря! Боренька!!!
Я посмотрела вверх, улыбнулась и помахала тёте Наде рукой.
— Боренька! — продолжала кричать тётя Надя. — Ты случайно мой фен не захватила с собой?
— Да! — крикнула я. — Спасибо!
Тут на балконе появился и дядя Миша.
— Эй, рыжее стихийное бедствие! — крикнул он. — Зачем взяла столько наших вещей?
— Это чтобы вы меня не забывали! — крикнула я и ещё раз помахала рукой. — До свидания!
33. Всё начинается заново
— Итак, — сказала я бодро, когда мы завернули за угол. — Давайте искать мне подходящий подвал, где я проживу всю оставшуюся жизнь. С просторной верандой и овощным складом.
— Какой ещё подвал? — удивилась Аня. — Это что, твоё давнее желание?
— Это её последнее желание, — хихикнул Борька, но как-то невесело.
— А куда ещё я пойду жить? — возмутилась я. — На чердак, что ли? Или гнездо себе на дереве совью?
Аня пожала плечами:
— Я же сказала, что ко мне.
— Это значит, что у меня скоро появится ещё один родственник? — поинтересовалась я. — Ты тоже представишь меня своим родителям, как сестру твоего одноклассника, и я после этого буду с уверенностью говорить, что живу в многодетной семье. Я буду декламировать стихи: о, столько братьев и сестёр, хоть одного бы кто-то спёр!
— Дома у меня никого не будет целый месяц, — спокойно объяснила Аня. — Папа с мамой и с братишкой — он ещё совсем маленький, уехали на море. Меня оставили, потому что в школу надо ходить. Так что живи, пока не надоест, — и чуть тише задумчиво добавила. — Мне.
— И как это тебя одну оставили? — поинтересовался Борька. — Мои родители бы так точно не поступили. Скорее уж сами бы остались дома.
Аня тяжело вздохнула:
— Уход за мной поручили бабушке, которую специально для этого вызвали из другого города. Но я попросила маму Вадика позвонить ей и сказать, что я поживу у них.
— И она согласилась? — присвистнул Борька.
— Ещё бы! Мы с ней дружим. И вообще, — добавила Аня уже не по теме и демонстративно всхлипнула. — У меня трагедия. Из-за Эльки я теперь какашка! — тут Аня подняла взгляд и руки в небо и запричитала. — Полгода насмарку! Коту под хвост! Собаке в будку! Радиоприёмнику в антенну!
— Ура! — крикнула я на всю улицу. — Значит, ты снова разговариваешь с Вадиком!
— А от кого я узнала бы, зачем тебя надо спасать и кто ты такая? — уже спокойней сказала Аня. — Когда возникла фраза: «Уводи Эльку из Бориного дома. Все подробности узнай у Вадика. Пусть расскажет всё!», я помчалась к нему на танцы. Когда я позвала его, он чуть в обморок от радости не упал.