Браслет-2
Шрифт:
Мне настолько не терпелось воплотить в жизнь пришедшую идею, а Настя так медленно поднималась по лестнице, что я непроизвольно облегчил её вес до минимума и буквально на руках внёс её в нашу комнату. Она сперва довольно захихикала, потом почувствовала тошноту, и мне вновь пришлось вмешаться, успокаивая её взбунтовавшийся пищевод.
— Хорошо! — наконец расцвела она, сладко потягиваясь, и щёки её зарозовели. — Свой домашний доктор!.. Ну и чего этот доктор меня
— Лежи тихо, а я пока с браслетом переговорю.
— Ну-ну…
В результате «переговоров» выяснилось, что облачение в защитный «костюмчик» течению Настиной беременности никак не помешает.
Я велел ей раздеться. Она слегка поворчала, что, мол, уже и дремать начала, но повиновалась. Я дал команду браслету и тело Насти заблестело серебром. Натуральным осталось одно лицо. Она критически оглядела себя и озабоченно спросила:
— А мальчику это не повредит?
— Не повредит. Браслет дал добро. А почему ты думаешь, что это мальчик?
— Уверена. Дай-ка! — Она взяла мою руку и положила себе на живот. — Чуешь? Шевелится. — Я стал на колени и приложил ухо. Слышалось биение двух сердец, урчание переливающейся жидкости и мягкие толчки. Настя с улыбкой наблюдала. — Ну ладно, ладно, так и быть, — вдруг сказала она, — загляни, разрешаю! — И тут же тревожно предупредила: — Но только аккуратно!
Я, как стоял перед нею, в том положении и сосредоточился, включая у себя внутреннее зрение. Только ещё, как можно нежнее, обхватил руками с боков её живот. Настя выжидающе застыла. Потом вдруг захихикала:
— Ты чего ему делаешь? Он смеётся!
— Смеётся? — удивился я. — Откуда ты знаешь?
— Интересно, а кому же ещё знать? Чувствую!
— Я ему чуть-чуть пяточку пощекотал.
— Безобразник! Допусти тебя! — Она притворно насупилась, потом спросила с лукавинкой во взгляде: — Ну и как? Мальчик?
— Мальчик! — счастливо выдохнул я и, поднявшись с колен, нежно поцеловал её: — Моя ты лапушка!
Но она тут же сменила тему:
— А как насчёт писать-какать? Можно будет в этом наряде?
— И не только, — многозначительно улыбнулся я.
— А вот с этим можешь и подождать! — решительно пресекла она мои намёки. — Перебьёшься! — И стала одеваться.
— Нигде не мешает?
— Да я и не чувствую ничего, — сказала она и вдруг широко зевнула.
— Ну вот и хорошо, — облегчённо вздохнул я и погрузил её в глубокий, без сновидений, сон. Пусть отдохнёт от пережитых треволнений. И она и маленький.
Глава 6
Петрович
С лёгким сердцем я сбежал вниз и сразу же подступился к Игорю с Милкой:
— Пойдёмте, покажу ваши апартаменты.
Но Милка заупрямилась:
— Не,
Игорь что-то зашипел ей на ухо, а я подпел:
— И куда на ночь глядя? Тем более, погода портится: будет шторм. Вот переночуете, тогда и решите. Идём!
Они переглянулись и встали. Игорь спросил:
— Машину-то куда поставить?
Я рассмеялся:
— Да кто её тронет-то посреди океана?
И потащил их наверх.
Комнаты Милке понравились, мебель, судя по восхищённому взгляду, тоже. А Игорь, заискивая, во всём с ней соглашался. Я показал, что где находится, и, пожелав им спокойной ночи, поспешно ретировался. Честно говоря, не только Пашка чувствовал себя неуютно в присутствии Милки. Что-то, видать с энергетикой у неё было неладно. Ладно, потом ненавязчиво поинтересуемся.
Когда я спустился вниз, Пашка встретил меня ехидным замечанием:
— Не было у бабы забот, так купила порося…
— Всё окупится, — коротко ответил я и спросил: — Ну что, бойцы невидимого фронта, не устали? Может, баиньки?
Санька только головой покачал, мол, нет, а Пашка заворчал:
— А завтра опять выжидать, когда он со своей секретутки сползёт? Нет уж! Давай сейчас. Тем более, что там сейчас день ещё в самом разгаре. Это здесь уже сонное царство.
Санька улыбнулся:
— Ты уж совсем его за полового гиганта держишь. В его-то возрасте! Это же чистая случайность, что мы застали их за таким интересным занятием.
— Ну, я думаю, что он уже выдохся за это время, — отмахнулся Пашка. — Врубай, Вовчик, поехали!
Я включил изображение. Директор, как ни в чём ни бывало, сидел за своим столом, заваленным бумагами и сердито кричал на кого-то в селектор, изредка взглядывая на монитор компьютера.
— Ну где я их тебе возьму?! Где?! Вот, у меня на первый участок ушло три и на третий два! И всё! Больше у меня нет! Нет, ты понимаешь?! Рожу я их тебе, что ли?!
Я переместил изображение в «предбанник», где уже знакомая нам секретарша с кислым выражением на хорошеньком личике пыхтела над клавой.
— Отсюда начнёшь?
Санька кивнул и протянул руку:
— Сообрази-ка для девочки презентик.
Я «сообразил», но он остался недоволен:
— Чего прибедняешься? Как-нибудь пооригинальнее там, ты ж художник!.. Во! — одобрил он, когда коробка конфет в его руках приняла несколько вычурные очертания. — А теперь Петровичу чего-нибудь так… позабористее, чтоб сразу в осадок выпал… Ну вот… Вроде ничего…
— Вряд ли ты его чем-нибудь удивишь, — сказал я с сомнением. — Он ещё и не такое видывал.
— Ну не с пустыми же руками! Теперь это… — показал он на свой наряд. — Смокинг мне посерьёзнее… Вот так. Пойдёт… Ну и сундук с зелёными не забудь… Во!.. Теперь вроде всё…