Браслет-2
Шрифт:
Но экран засверкал своим контуром ещё до того, как Пашка открыл рот: Помогай вновь оказался сообразительнее меня.
Игорь схватил за руку отчаянно матерящегося Пашку и вместе со мной выдернул его из зыбкой ловушки. Мы кувыркнулись через светящийся порог, за нами на карачках вбежал Помогай. Последнее, что я, оглянувшись, успел заметить перед тем, как экран сжался в точку и погас, была вырастающая из моря гигантская волна высотой с трёхэтажный дом. В глаза бросилась ещё одна маленькая деталь: гребень волны венчали огромные пузыри!
— И что? — спросил Игорь, отплёвываясь от песка. — Ты нас опять будешь убеждать, что это всё — природные явления? И валят прямо косяком?
— Ага! — съехидничал Пашка, потирая ушибленное колено. — И всегда только там, где в этот момент изволим ошиваться мы!
— Ну почему же? — смутился я. — Мы же не знаем, что творится в других местах…
— Ты неисправим! — цыкнул Игорь. — Сколько лет тебя знаю, ты всегда был таким!
— Каким?
— Идеалистом! Все кругом — цыпочки-лапочки, а ты один сволочь и виноват во всех грехах человеческих!
— Тебе бы Христом подрабатывать, — хехекнул Пашка. — Да жаль, вакансия давно забита. — Он осмотрелся по сторонам и удивлённо спросил у Помогая в его же манере: — Твоя куда нас принесла?
— Места какая встречай нада, — ответил тот с невинной улыбкой во все свои сто зубов.
— О-ба-на! — с расстановкой произнёс Пашка, вставая на ноги и придавая своей речи прибалтийский акцент: — Так ми уже прие-ехальи?
Глава 17
Шоу продолжается!
Место было, действительно, знакомым. Правда, тогда здесь было многолюдно, а теперь только ветер завывал, да гонял по площадке золу от потухшего костра.
И слава Богу, что хозяева в данный момент отсутствовали. Не хотелось бы иметь свидетелей нашего не слишком триумфального появления.
Но, что больше всего порадовало нас, так это то, что солнце, иногда прорывавшееся сквозь взлохмаченные облака, здесь уже клонилось к западу.
— Я очень надеюсь, — пропыхтел Пашка, надувая щёки, — что бабушка и здесь не оставит нас без внимания.
— Её б саму в тот пузырь, — сказал Игорь, усаживаясь на один из камней, что стояли вокруг места, где горел когда-то костёр.
— Не помешало бы… — вздохнул Пашка, присаживаясь рядом. — Да только ручки у нас больно коротки. Скорей бы уж парле-манте твои заявились. Чтоб хоть какую-то ясность внести.
— А знаете, что я думаю? — Игорь поднял обгорелую веточку и стал чертить ею на камне какие-то каракули. — Попомните моё слово: старуха без боя не сдастся.
— Почему?
— Она же тебе прямым текстом заявила, что ей браслет нужен. А ты им предложил планету сменить. Ей-то что с того? Ей власть нужна, а не комфорт односельчан. Их проблемы ей до задницы. Ей даже лучше, если им тяжко живётся. Только тогда они видят в ней последнюю свою надежду… Вот увидишь, они явятся ни с чем!
Сказать по правде, я сам того же опасался, но помалкивал. Открывать военные действия мы
Эх, кабы только знать, где они?
— И что ты предлагаешь?
— Приглядывать бы надо. За бабушкой-то. Может, чего и углядим. А то доверились этим… с «калашами».
— Ну и как ты себе это представляешь? Подсмотреть я уже пытался. Она же чувствует! От неё — ни спрятаться, ни скрыться!
— Значит, плохо пытался! — Игорь сердито отшвырнул веточку. — Значит, не подглядывать надо, а вламываться и брать в оборот! А не по углам отсиживаться!
— Это как? — оторопел я. — А Санька?
— Пытать будем старушку! — ожесточённо заявил Игорь и по его виду я никак не мог понять, то ли он хохмит, то ли вправду намерен так поступить. — Как миленькая всё выложит! На блюдечке предоставит!
Пашка и Помогай с интересом прислушивались, а я теперь уже с ужасом смотрел на Игоря:
— Ты хоть понимаешь, что ты предлагаешь?!
— Да понимаю я! Понимаю! Но объясни мне, чего мы выжидаем? Повторяю: эти колхозники ничего не сделают! И придётся проблему срочно решать своими силами! Только может оказаться слишком поздно!
— Но послушай, — растерялся я перед его напором. — В таком случае я тебя не понимаю. Не ты ли чего-то там про оппозицию пел? А теперь, когда остался последний шаг, ты вдруг сорвался!
— Да это оппозиция, что ли?
— Другой у нас нет. Тем более, что сами подписались. Вот придут, тогда и будем решать.
— Ну-ну! — Игорь насмешливо фыркнул и замолк.
Помогай наклонился к Пашке и тихонько прошипел ему на ухо:
— Игорь хотела кушай колдун?
Пашка даже с камня свалился от смеха, а я спросил:
— Почему ты так подумал?
— Она говори: «положи колдун на такая… на блу… деч… ко!», — с трудом повторил Помогай незнакомое слово.
— Это такое образное выражение. Оно означает, что колдунья сама нам всё отдаст.
Тот ещё больше удивился:
— Вовчик давай браслет?
— Ага, щас! — никак не мог успокоиться Пашка. — Аж два раза!.. Да в пятак ей настучим, и все дела!
— В пятак? — смутился ещё больше Помогай. — Это какой?…
— Так!.. — подобрался Игорь, поднимая руку. — Кончай ликбез! Наши колхозники на горизонте показались.
В дальнем углу площадки возникло какое-то движение. Один за другим из-за обломка скалы стали появляться хмурые астеи. Они поднимались на площадку и, сделав несколько шагов по ней, в нерешительности останавливались. Оно и понятно: ожидали увидеть меня одного, а тут — целая бригада! Да ещё и один со столь нестандартной внешностью.
— Ходи на моя поле, — тихо сказал Помогай и потянул за рукава Пашку с Игорем. — Защита надо.
Оба беспрекословно подчинились и стали рядом с Помогаем плечом к плечу. Предосторожность не была излишней: кто его знает, что у аборигенов на уме? С автоматами они ведь так и не расстались.