Браслет-2

Плахотин Владимир Павлович

— Ты его больше слушай! Тогда не добил нас, так решил теперь довершить чёрное дело! Гони его прочь! Он смеётся над нами! Двадцать лет продержались, и дальше сами проживём! Без благодетелей!

Седой, казалось, и не слышал воплей избранных. Он серьёзно и испытующе изучал моё лицо. Дав своим накричаться вволю, он поднял ладонь кверху. Мгновенно наступила тишина.

— Если то, что ты сказал, правда, то что ты хочешь взамен?

— Взамен? — вздохнул я. — Вернуть своих друзей.

— Друзей? —

удивился Седой. — А где они?

Я виновато посмотрел на него:

— У той, чьё имя мне запрещено произносить.

Астеи стали удивленно переглядываться. Даже Кровожадный слегка изменился в лице: гадкая улыбка на мгновение исчезла с его лица, уступив место настороженному ожиданию.

— Лидон — твой друг? — удивлённо спросил Седой.

Теперь удивился я:

— Кто такой Лидон?

— Раб Мелисы.

Я рассмеялся:

— Это тот, что ковыряется в шкурах и бормочет себе под нос?

Седой был несказанно поражён:

— Ты был в святилище Мелисы?!

Я понял, что опять ляпнул не то.

— Ну да… А разве мне… это тоже нельзя?

Астеи возбуждённо загомонили, а Кровожадный встал и подошёл ко мне вплотную.

— Он преступил закон и должен умереть! — злобно процедил он, глядя на Седого и кладя палец на курок.

Тот устало отмахнулся:

— Сядь! С этим мы всегда успеем. — И опять обратился ко мне: — По нашим законам никто не имеет права входить в святилище. Только астеи и только по приглашению.

— Прошу прощения, — изобразил я смущение. — Не знал. Я в вашем мире не так давно и законов изучить не успел.

— Ладно… — со скрипом согласился Седой. — Да сядь ты! — опять прикрикнул он на Кровожадного, так и стоявшего возле меня с автоматом у моего виска. — Глупости очень дорого нам обходятся… — тихо пробормотал он, непонятно к кому обращаясь. И вновь обратил властный взор на меня: — О твоих друзьях нам ничего не известно. Сколько их?

— Двое, — ответил я. — Мужчина и женщина. Вы бы их сразу узнали. Они среди вас выглядят чужаками. И лицом, и одеждой.

Седой удивлённо хмыкнул и оглядел всю гоп-компанию:

— Кто-нибудь знает о них?

Астеи отрицательно затрясли головами:

— Нет! Куда нам! Хозяйка давно к себе никого не пускает!

— Видишь? — повернулся он ко мне. — Твоих друзей никто не видел.

— Их видел у неё я. Она мне их сама показывала, — вздохнул я и почувствовал, что снова сморозил глупость: астеи задышали, как разъярённые быки. А Седой, явно пересиливая себя, медленно проговорил:

— Значит, ты нас обманул…

Кровожадный подскочил и ткнул мне под ребро дуло автомата:

— Я его убью!

Лучше бы он этого не делал. Браслет решил, что

на мою драгоценную особу покушаются и мгновенно отреагировал. Сверкнула фиолетовая вспышка, автомат в руке Кровожадного превратился в сизое облачко, а сам он, звучно хэкнув, упорхнул куда-то за пределы площадки в темноту ночи.

Астеи притихли. Седой уважительно покачал головой:

— Всё-таки ты нас обманул: ты — не простой человек. Ты — Бог!

Я вздохнул:

— Извините, не хотел. Так получилось.

Седой пожал плечами:

— Он сам виноват. Я его предупреждал. — Он немного помолчал, раздумывая, и спросил: — Ты ещё не передумал?

Я вздёрнул брови:

— Насчёт переселения в лучший мир?

— Да.

— Я ведь слово дал!

Седой пожевал усы, всё ещё не решаясь, и, всё-таки, спросил:

— Та земля… Она нас прокормит?

Я улыбнулся:

— Хватит и внукам и правнукам. И даже их правнукам.

Впервые за всё время переговоров в глазах Седого мелькнуло подобие улыбки. Немного помолчав, он сказал:

— Я почему-то верю тебе…

И добавил:

— Я поговорю с Мелисой… Хотя, — вздохнул он, — предвижу большие трудности. Но это уже мои заботы… Так ты говоришь, что точно видел их у неё?

— Она показывала мне их в шаре над костром. Хвалилась, что хорошо их спрятала и мне их не найти.

Седой кивнул. В уголках возле его глаз появилась сеточка мелких морщин. Он переглянулся с кем-то из астеев и со вздохом шевельнул бровями:

— Да уж… Прятать она умеет… Хвалиться — тоже.

Он встал, поправляя на плече автомат. Следом за ним поднялся весь консилиум и тоже загремели-заскрипели, закидывая за спины оружие. Мрачно глядя в огонь костра, Седой сказал:

— Завтра на закате солнца мы будем ждать тебя здесь.

И направился в темноту, уводя за собой вереницу соплеменников.

«Какое уж там солнце! — подумал я. — Какой там закат! — И запоздало спохватился: — Сезам! Этого переводить не надо!»

Но тот и сам, видимо понял, что последняя фраза не предназначалась для обнародования, поскольку никто из астеев и ухом не повёл.

У меня перед носом засветился прямоугольник с тропическим лесом на заднем плане. Это Помогай предусмотрительно открыл мне переход. Я уверенно шагнул через порог.

Глава 16

Мелиса развлекается

— Ну и чё? — подступился ко мне мокрый с головы до ног Пашка. — До чего вы там договорились?

— Купались, что ли? — вопросом на вопрос ответил я, удивлённо разглядывая его и всех остальных. — А почему в одежде?

Сухим казался только Помогай.