Братство
Шрифт:
— Сколько всего успели в Тибете отстроить за пару сотен лет, — шепотом удивился журналист. — Как думаешь, что за сооружение?
— Скорее всего, штаб локального пошиба, — предположил Самурай. — Будем брать.
— Вдвоем? — засомневался Степан, чувствуя, как дрогнули колени.
— Не в штучности сила, Стёп, — философски сказал Самурай. — Сейчас покажу один дипломатический трюк. Пошли.
Охранников было двое. Выглядели они не так грозно, как те, что повязали Братство в хронокапсуле. Бронежилеты валялись на ступеньке,
Видимо, кромсали шлюз и крутили Викинга бойцы спецподразделения, а эти были обычными казарменными вертопрахами.
Вальяжно покручивая саблей, Самурай подошел к ним и небрежно бросил:
— Мужики, прикурить не найдется?
— Ты это… ты кто такой? — удивленно спросил левый охранник, снимая с плеча ружье. — На фига по базе разгуливаешь? Секретный пароль знаешь? Как через забор перелез?
— Да в нем вон какая дырища, — прищурился Самурай, поправляя очки. — Мужики, только не заливайте, что цемент не тырите! Закурить дадите или нет?
— Етишкин дух! Васька Карагач прокололся, — растерянно пробормотал правый постовой. — Теперь точно хана.
Степан удивился, как ловко отчаявшемуся найти равновесие во Вселенной удалось поддеть солдат.
А Самурай, видимо, почуял, что настал благоприятный момент для пуска в ход тяжелой артиллерии. Он подбоченился и осведомился:
— Добро, значит, казенное воруем?
— Да мы не…
— Я вам покажу халяву! — гаркнул Самурай и шарахнул рукоятью сабли по перилам. — Всех под трибунал пущу! Думаете, какого банана меня прислали сюда? Курева настрелять, что ль? Ага, как же. Ну-ка подвинься, сапог, хочу с командиром вашим о жизни пошуршать. Пропусти, кому говорят! Номер кабинета какой?
— Там… табличка… — залепетал постовой. — Постойте, а пропуск…
Самурай уже открыл дверь и затопал по коридору.
Степан браво пристроился следом, а за ним засеменили перепуганные солдаты. Они по очереди пытались заглянуть в глаза грозному Самураю, но тот постоянно отворачивался.
— А вы из какого бюро, а? — наконец осмелился уточнить один из охранников.
Самурай остановился, поправил очки и строго посмотрел на любопытного солдата.
— Из сёгуната мы, — процедил он.
На постовых незнакомое слово произвело убийственный эффект. Они заканючили, упрашивая не сдавать всю часть, и попытались замять дело. Но Самурай с негодованием отверг скудную взятку и нарочито громко долбанул в массивную дверь с табличкой: «Комбат».
— Вы помягче, — попросил первый постовой. — Пожалуйста.
— А мы вернем, — поддакнул второй. — Сколько надо вернем.
— Цемент марки 500-ДО? — блеснул эрудицией Самурай.
— Да, он самый, — уронили головы вояки. Кажется, знание визитером строительных премудростей их окончательно добило.
— Как комбата зовут? — спросил Самурай, вторично долбанув в дверь.
— В смысле? — не понял первый
— Смысл ясен, — нахмурился Самурай. — Комбат — должность. А зовут его как?
— Комбат — это не должность, — пробормотал второй солдат, отступая в священном ужасе перед странным визитером из неведомого сёгуната. — Комбат — это имя.
— Как интересно, — Самурай вновь поправил очки. — А звание у него тоже… комбат?
— Что такое «звание»? — спросил первый постовой.
Самурай решил придержать язык, чтобы не испортить свою удачно оформившуюся легенду. В разговор вступил Степан. Он решительно вышел вперед и провозгласил:
— Мы тут сами разберемся. Идите вход охраняйте.
Постовые закивали, попятились.
— Стойте, — велел Самурай. Они замерли. — Куревом все ж поделитесь.
Солдаты протянули ему пару пачек каких-то папирос и бочком-бочком свинтили прочь. Самурай сунул папиросы в карман.
— Отдам Кулио. Правда, он сигары курит, но мало ли — вдруг у местного табака какие свойства веселые.
Степан пожал плечами.
— А ты ничего, Стёп, — Самурай дружески хлопнул журналиста по спине. — Сориентировался. Растешь.
— Спасибо, — покраснел журналист.
— Давай-ка с этим их Комбатом теперь пошуршим.
Кабинет командира оказался небольшим. Грузный начальственного вида мужчина открыл дверь только после третьего стука, недоверчиво покосился на Степана и вперил в Самурая взгляд, не обещающий ничего хорошего.
Процедил сквозь зубы:
— Чего надо?
— Беспредел в части творим, — нагло сказал Самурай, оттесняя Комбата в глубь комнаты. — Сёгунат недоволен, снимут тебя с поста, товарищ Комбат. Ой, снимут.
— Какой сёгунат?
— Йокогамский. Да и какая тебе разница? Факт нарушения налицо!
— Я-то при чем? — Комбат потускнел, опустился в кресло и отвел взгляд. — Военное время. Все словно с ума посходили. Орки теснят, города пылают, гражданские в катакомбах прячутся… Между прочим, у нас еще достаточно образцовый гарнизон. Непальцев вообще размазали давно. Вот…
Он вынул из ящика пачку документов и развернул пыльную схему расположения укрепрайонов.
— Ты зубы не заговаривай. — Самурай оперся на саблю как на трость. — Про цемент ворованный нам уже доложили.
Комбат свернул схему и убрал обратно в стол.
— Ах, вот оно что, — удрученно сказал он. — Но это же всё для фронта, для победы.
— Вижу я твой фронт, — хмыкнул Самурай. — Проверочка прибыла, а ты честным ревизорам крылья за спину и в кутузку, значит?
— В какую кутузку? — не понял Комбат.
Зазвенел телефон.
— Слушаю, — поднял он трубку. Густые брови метнулись вверх. — Кого задержали? Группу диверсантов? Сапоги ушастые вы! Замполитова ко мне! И… — Комбат осекся. Послушал некоторое время бормотание из трубки. — Какой еще викинг? С дубинкой?