Братство
Шрифт:
— Ау, чернокнижник.
— Не теряй моего равновесия, — фыркнул Шу, вставая с пола и возвращаясь в исходную позицию.
— Везет ему, — с ноткой зависти вздохнул Самурай. — Выпил и нашел равновесие.
Кулио опять свалил Шу. Громко скомандовал:
— А ну резко пришел в себя и восстановил ману! Нам скоро понадобится твоя помощь!
— Не суетись ты, — ворчливо сказал Шу, снова садясь на корточки. — Я на этикетке заклинание записал, чтоб не забыть. Дай-ка сюда бутыль.
Кулио брезгливо придвинул к нему ногой пустую
Шу сфокусировался на символах, наморщил лоб и хмыкнул.
— И как понимать это твое «хм», — осведомился Кулио.
— Понимай как хочешь. Я перепутал. Это заклинание орков не разгонит, а, наоборот, подманит.
Кулио яростно засопел и в третий раз пихнул поддатого Мага ногой, а бобер не упустил случая подколоть хозяина.
— Отличная у тебя команда, как я погляжу, — гыгыкнул он. — По суперджобу подбирал?
— Жало вырву, — процедил Кулио.
Смерил камеру шагами, остановился по центру, повернулся на каблуках и сказал:
— Комбат.
— Я, — отозвался Комбат.
— Даю указание. Во-первых, прикажи освободить моих людей и вернуть им оружие. Во-вторых, собери взвод бравых ребят, тех, которые нас в капсуле вязали. Они вроде ничего, напористые. И к распределительному пункту их пригони. Через полчаса проведем разведку боем. Посмотрим на ваших орков.
Комбат тупо уставился на Кулио.
— Я что-то запутался, — сказал он. — Вы ж аудиторы вроде.
Кулио вскинул брови.
— Все потом объясню, — быстро вставил Самурай. Повернулся к Комбату и сурово припечатал: — Мы боевые ревизоры. Я не пойму, вы хотите от гнета орков избавиться или нет?
— Хотим, — пожал плечом Комбат.
— Вот и не выпендривайся тогда. Собирай штурмовую группу и через полчаса выдвигаемся.
Комбат, совсем потерявшись, вышел из камеры и дал указание надзирателю: «Поспособствуй, что ли, этим инспекторам».
— Подъем, каинд оф мэджик! — скомандовал Кулио, нависая над Шу.
— Я тут останусь, — заартачился Маг. — Посплю малость…
— Подъем, кому сказал!
— У меня дисперсия магического потока. И мана на нуле.
— Все равно вставай. Солдатам фуражировать поможешь, нахлебник!
Шу, кряхтя, поднялся и отряхнул дырявый плащ. Кулио выпроводил его из камеры и вышел сам. Остальные потянулись следом за шефом. Бобер уже не упирался. Степан подумал, что даже разумному чудо-зверю по имени Куклюмбер стало интересно, чем же закончится вся эта история.
Через полчаса Комбат, как и было велено, организовал взвод бойцов у распредпункта базы. Несколько штурмовиков с опаской поглядывали на Викинга. Видать, серьезно он ребят помял в кураже.
— Где линия фронта? — сурово спросил Кулио.
— Вон там КПП, — махнул рукой Комбат. — Только мои люди дальше все равно не пойдут.
— Ну-ка, ать-два! — гаркнул Кулио.
Бойцы непонимающе посмотрели на него.
— Чего
Штурмовики переглянулись и поплелись к строениям КПП. Не в ногу, перебрасываясь на ходу солдафонскими шутками и загребая ботинками пыль.
— Эх, Комбат, дисциплина у тебя — полный отстой, — честно сказал Кулио, глядя на сброд. — Зрелище, печальное во всех отношениях.
— Да, — согласился Бюргер, — когда нас вязали, они казались не в пример бодрей.
— Внутри периметра одно, по ту сторону ограждения — совсем другое, — ответил Комбат. — К тому же они не знали, что вы с проверкой пожаловали.
— С какой проверкой?
— Потом, всё потом, — перебил Самурай. Обратился к Комбату: — Выход там?
— Да-да, — кивнул тот. — Ступайте за бойцами, я провожу. Если вы твердо решили совершить вылазку, я не против.
Братья зашагали за пылящим взводом.
— Подумаешь, нахлебник, — ворчал Шу, покачиваясь в хвосте процессии. — Как наколдуй им вкусного, так Шу миленький-яхонтовый. А как подустанешь слегка, расслабишься — сразу нахлебник.
— Кстати, Кулио, — вспомнил Самурай, подходя к КПП, — я ж тебе во время установления дипломатических контактов табачку раздобыл. Не сигары, конечно, но вдруг пригодится.
Кулио молча кивнул и сунул папиросы в карман.
Глава 8
Поцелуй фортуны
Возле КПП стоял грузовой внедорожник с незнакомой маркировкой. В кузове из-под тента торчали удочки, на капоте сушился тельник, а заднее сиденье было завалено пустыми коробками из-под чипсов. Из салона доносилось легкое уханье басов.
У внешних ворот дремал пулеметный расчет.
— Мы дальше не пойдем, — твердо заявил командир штурмовиков, здороваясь с пулеметчиками.
Кулио пристально посмотрел на Комбата. Тот отвел взгляд.
— Я предупреждал, — сказал он. — Личный состав гарнизона уже давно не суется за периметр. Толку все равно ноль. Одни травмы.
— А чем же вы занимаетесь, защитнички? — с недоумением спросил Викинг, крутанув дрыном.
— Я вышиваю по вечерам, — ответил один из бойцов. — Могу крестиком и даже разноцветными нитками.
— А я рассказы писать умею, — подхватил другой.
— Мне акробатика нравится, — признался третий.
— Кто чем увлекается, — резюмировал Комбат, промокая вспотевший лоб платком. — Воевать — это глупо. По крайней мере, когда знаешь, что в любом случае по мордасам огребешь.
— Значит, как сёгунатских инспекторов вязать, так мы смелые, — нахмурился Самурай. — А как родину защищать — в кусты?
Возникла неловкая пауза.
— Трусы, — нарушил молчание Киборг.
— Зато живые, — вякнул Куклюмбер.