Центурион
Шрифт:
– Привет, Наталья! Это я, Алексей!
– Какой Алексей?
Это прозвучало так неожиданно, что Алексей не нашёлся, что и сказать:
– Простите, наверное, я ошибся номером.
– Подождите! Это Алексей из Питера? Авиакатастрофа, тайга?
– Конечно! А у тебя что, много знакомых Алексеев?
– Да есть – на работе и среди знакомых.
– Не помешал? А то, может быть, я не вовремя?
– Нет-нет… Я уж думала – ты забыл обо мне.
– Как можно? Приезжай завтра ко мне в Питер. У тебя же суббота и воскресенье выходные?
– Ты
– Приглашаю. Квартира, правда, у меня съёмная и не такая уютная, как у тебя. Но я тебе город покажу, пообщаемся.
– Завтра после работы выезжаю. Я тебе из поезда отзвонюсь. Встретишь?
– Обязательно!
– Тогда до встречи, целую.
Алексей сразу как-то воспрянул духом, поднялось настроение, и он отправился в магазин: нужно было пополнить запас продуктов, после Остриса не осталось даже яиц.
Накупил два полных пакета – от шпрот до конфет и вина. Днём, понятное дело, они в кафе сходят, а завтракать дома придётся.
Следующий день тянулся долго. Алексей то и дело поглядывал на часы. Наконец в четыре часа раздался звонок.
– Лёшенька, это я. Через час встречай на Московском вокзале.
– Какой вагон?
– Четвёртый.
– Буду, ты только не уходи никуда.
И Алексей побежал в финотдел – сегодня выдавали денежное содержание. Он расписался и, аккуратно сложив деньги, сунул их в карман. Очень вовремя, денег не было совсем. Дома алмазы лежат на миллионы, а он – нищий. Ситуация более чем занятная.
На метро он успел вовремя добраться до Московского вокзала – по перрону уже шли первые прибывшие пассажиры.
Алексей помчался воль перрона. Второй вагон, третий…
А вот и Наталья. Выглядит сногсшибательно, многие мужчины на ходу оглядываются. И когда только успела? Ведь поезд утром из Москвы уходил. Или она всегда так выглядит? В тайге он её видел без макияжа и без причёски.
Обнял и отстранился, оглядывая.
– Ты что как чужой?
Наталья в свою очередь обняла его и жарко поцеловала в губы.
– Ты бы хоть цветочки купил, сибирский медведь!
– Со службы, не успел. Давай сумку. Ко мне поедем или в кафе? Ты, наверное, проголодалась?
– В кафе с сумкой?
– Ну, тогда заедем ко мне, оставим сумку – и в кафе.
Но никакого кафе не было. Едва они вошли в квартиру, как Наталья принялась целовать Алексея. Да что же он, импотент, что ли? Сорвав друг с друга одежду, они упали на диван.
Только отдышавшись, Наталья пошла в ванную.
Алексей уже слегка расслабился, как вдруг из ванной раздался оглушительный визг. Мгновенно соскочив с дивана, Алексей бросился туда. Она что, мышь увидела?
Побледневшая Наталья показывала на набедренные повязки – его и Остриса, висевшие на полотенцесушителе.
– Это ещё что?
– Потом расскажу.
– Странная у тебя одежда.
Вымывшись, Наталья захотела есть. Хорошо, что Алексей вчера продуктов закупил.
Как известно, аппетит приходит во время еды. Они начали с бутербродов и чая,
Когда сытые, как удавы, они улеглись на диван, Наталья спросила:
– Ты скучал по мне?
– Очень, – соврал Алексей. За пять лет, что он служил империи, он вспоминал о ней несколько раз.
– А почему не звонил?
– В командировке был, не мог.
– Обманываешь, противный! Фи!
Алексей раздумывал, рассказать ли ей об алмазах и талисмане, о службе Византийской империи и Острисе? Или умолчать? Ведь он её толком не знает. Правда, в тайге она вела себя вполне достойно, многие девушки или женщины на её месте раскисли бы, пустили слёзы, стали бы обузой.
Алексей попытался оценить Наталью. Умна, симпатична, по-московски напориста – временами агрессивна даже. Но тут ещё и профессия сказывается, у некоторых журналистов цинизм и напористость – профессиональные черты. Но вот в жизни она какая? Может, главная её цель – просто выскочить замуж? Вроде положено девушке в её возрасте замужем быть, иначе начинают жалеть или выискивать дефекты. И Алексей решил пока молчать. Впереди два дня, слишком мало, чтобы узнать человека, но общее представление составить можно. Тайга не в счёт, там экстремальная ситуация была.
После завтрака Алексей повёз Наталью в Петергоф. Наверное, это самое красивое и удивительное место поблизости от Питера.
Чтобы осмотреть всё, дня не хватило, но они успели даже побывать на Царицыном острове. Устали, как солдат после марша. Пообедали – а заодно и поужинали – в итальянском кафе недалеко от дома.
Дома Алексей с порога направился в душ. Когда он вышел, освежённый, с мокрым ёжиком волос на голове, то увидел, что Наталья свернулась клубком на диване и тихонько посапывала. Алексей осторожно раздел её, прикрыл одеялом. Сам вышел на лоджию, постоял, подышал свежим воздухом.
Дом стоял на тихой улице, машин было мало, с моря тянуло морским бризом. Море-то – вот оно, между домами видно.
Вернувшись в комнату, он улёгся рядом с Натальей. Та обняла его в полусне, ногу на него закинула. Так и уснул Алексей.
Утром они направились в Петропавловскую крепость, присоединившись к экскурсии. После службы в империи у Алексея проснулась тяга к истории, и он слушал рассказ экскурсовода внимательно.
А в полдень Наталья заявила:
– За билетом бы съездить. Мне в понедельник на работе быть надо, я и так на пятницу отпрашивалась.
Они съездили на Московский вокзал, купили билет, посидели в кафе, поболтали.
– Лёш, ты приезжай на следующие выходные в Москву, – попросила Наталья.
– В гости зовёшь?
– С ответным визитом, – отшутилась девушка. – Мне легко с тобой, ничего из себя изображать не надо.
Между ними и так была тайна, которая их сближала – убитые бандиты. Но оба не касались этой темы, как будто выкинули печальные и трагические события из памяти.
Они съездили на такси к Алексею домой, забрали сумку. На поезд успели в последний момент.