Чарослов

Чарлтон Блейк

Нико оторопел.

— Так нам просто садиться на стул? — спросил он. — А вы его спустите вниз, передавая из рук в руки?

Свиное рыльце кивнуло.

— Садись и держись крепче.

Нико выпрямился и посмотрел на друидов, поймав на себе ответный взгляд.

— Лестница с той стороны перил? — спросила Дейдре.

— Нет, мы просто садимся на этот серебряный стул, а там внизу цепочка горгулий. Они опустят нас вниз.

— Серебряный стул? — переспросил Кайран.

Ну, конечно. У Нико совсем вылетело из головы!

— Вы

его не видите, потому что он написан на магнусе. Я покажу, куда садиться.

Затем последовал короткий спор из-за того, в каком порядке проводить спуск.

Пока друиды пререкались, Нико поглядывал на железные створки, ведущие к площадке Веретенного моста. Было приятно видеть, что горгулья с ястребиной головой тоже следит за входом.

В конце концов Дейдре настояла на том, чтобы пойти первой. Нико показал ей, куда садиться и за что держаться. В воздухе пахло сосновой смолой.

— Ты уверен, что со мной ничего не случится? — явно нервничая, спросила она. — Не люблю держаться за то, чего не вижу. Откуда тебе знать, что я не упаду, когда… — Она взвизгнула: стул качнулся назад и медленно поплыл вниз.

Нико подбежал к перилам. Он с тревогой наблюдал, как мускулистая горгулья передает серебряный стул своей соседке. Дейдре зажмурилась и изо всех сил вцепилась в подлокотники — даже костяшки пальцев побелели. Следующая горгулья приняла стул и передала дальше.

Кайран, который незаметно оказался рядом с Нико, издал протяжный смешок.

— Она жутко боится высоты. Но у нее железная воля. Любой другой на ее месте визжал бы как резаный… — Он замолчал. — Тебе сколько лет?

Нико поднял взгляд на друида, но тот смотрел вниз, на спускающуюся Дейдре.

— Двадцать шесть. Исполнится в день зимнего солнцестояния.

— Совсем дитя. Ты когда-нибудь влюблялся?

Нико подумал об Эми Херн, о словах, которые они друг другу говорили, и о том, как все быстро закончилось.

— Надеюсь, настоящая любовь ждет меня впереди.

Кайран издал еще один невеселый смешок.

— Хороший ответ.

Повисла неловкая пауза. А тем временем Дейдре закончила спуск. Горгульи подняли пустой стул обратно — гораздо быстрее, чем передавали вниз.

Следующим был Джон. Нико велел ему сесть на стул, и, как ни странно, великан безропотно подчинился.

— Почему он так спокоен? — спросил Нико.

Кайран вздохнул:

— Из-за оглушающего заклятия. Ему на время отшибло память. Через несколько часов это пройдет.

— Я волнуюсь, вдруг он перепугается на полпути вниз. Может, ты знаешь какое-нибудь заклинание?..

Он умолк: Кайран сорвал с рукава пуговицу и приложил к груди Джона. В ладони друида расцвел шар ярко-зеленого света, образовавший мгновение спустя пучок гибких вьющихся стеблей.

— Ничего себе! — прошептал Нико, чувствуя, как по щекам разливается тепло синестетической реакции.

Покрытые листьями стебли сперва обхватили грудь Джона, а затем обвили

руки и ноги, накрепко привязав их к стулу. Оглушенный великан спокойно наблюдал, как магическое растение оплетает его целиком. Закончив, вьюнок расцвел гроздьями голубых бутонов.

— Цветочки, — с трудом проговорил здоровяк.

Нико покосился на рукав Кайрана.

— Это ведь не пуговицы, верно?

Друид покачал головой:

— Семена с вкраплением друидских текстов.

Едва стул перенесся через перила, Джон завопил и начал ерзать, но, услышав ободряющий возглас Нико, тут же присмирел.

Как и в первый раз, горгульи принялись передавать стул из рук в руки, работая в четко выверенном темпе, плавно и слаженно.

— Когда он спустится, Дейдре срежет лозу, — объяснил Кайран.

В воздухе вновь повисла неловкая тишина. Двое мужчин молча смотрели, как стул везет Джона вниз, к лесу. Когда стул вернулся, Нико испытал облегчение. Он объяснил Кайрану, куда нужно сесть.

— До встречи внизу, — сказал друид, исчезая за краем моста.

Какограф кивнул, уже собирался ответить и вдруг замер, ослепленный серебряной вспышкой. Ночную тишину взорвал громкий рев, подобный гулу горного обвала.

Нико резко развернулся — как раз вовремя: на его глазах правое крыло горгульи взорвалось, и руны магнуса рассыпались облаком сияющих ошметков.

— Никодимус! — окликнул из-под моста Кайран.

Нико посмотрел вниз: магический стул успел опуститься на добрых семь футов. Вокруг ладоней Кайрана плясали и потрескивали зеленые разряды, а сам он тянулся к рукаву, за следующей пуговицей-семечком.

Внезапно все звуки потонули в пронзительном вопле.

Нико резко крутанулся на каблуках и увидел, как гигантская горгулья поворачивается в попытке выбросить вперед уцелевшее крыло и нанести смертельный удар. Перед горгульей стояла одетая в белое фигура.

Фелрус в новом големе!

Лицо монстра скрывал капюшон, зато его мертвенно-бледные руки были обнажены и сжимали толстый гримуар.

Спокойно дождавшись, когда каменное крыло просвистит в его сторону, Фелрус выудил из книги заклинание на магнусе. Едва заметным движением запястья демон бросил заклинание на землю, и оно тут же проросло, превратившись в ряд толстых серебристых прутьев. Крыло горгульи с зубодробительным скрежетом врезалось в решетку. Фелрус побежал вперед, доставая из гримуара похожее на хлыст антизаклятие на нуминусе. Горгулья пронзительно вскрикнула и взмахнула двумя правыми руками. Фелрус нырнул, уклоняясь от ударов, а затем золотой хлыст колдуна взвился в воздух. Длинные сверкающие фразы обвили правый нижний бицепс горгульи и глубоко врезались в магнусовый скелет. И тут Фелрус туго натянул хлыст, клоками выдирая фразы магнуса из руки конструкта. Лишенная языкового скелета, нижняя рука конструкта застыла, превратившись в неподвижный камень.