Чаща

Кобен Харлан

Глава 34

Обвинения шерифа Лоуэлла эхом отзывались в застывшем лесу.

Лоуэлл, далеко не дурак, полагал, что Пол Коупленд лгал, рассказывая о событиях той ночи.

Мьюз задумалась. Коуп ей нравился, двух мнений тут быть не могло. Отличный начальник и чертовски хороший прокурор. Но теперь слова Лоуэлла вернули ее на землю — напомнили о том, что она и так знала: это расследование убийства. Как и любое другое. И ниточка — это ниточка, даже если она ведет к ее боссу.

Никаких привилегий.

Чуть позже из кустов

донесся шум. Мьюз увидела, как сквозь них продирается Эндрю Барретт, долговязый и неуклюжий. За собой он тащил какой-то агрегат, очень похожий на детскую коляску. Должно быть, та самая «Икс-эр-джей», подумала Мьюз. Позвала Барретта. Он поднял голову, явно недовольный тем, что его отвлекают. Но просиял, едва понял, кто его зовет.

— Привет, Мьюз!

— Эндрю!

— Рад тебя видеть.

— Взаимно. Что делаешь?

— В каком смысле? — Он отпустил ручку «коляски». Следом шли трое молодых парней в свитерах с логотипом колледжа Джона Джея. Студенты, предположила Мьюз. — Ищу могилы.

— Я думала, ты уже что-то нашел.

— Нашел. В сотне ярдов отсюда. Но я считал, что пропали два тела, вот и подумал, зачем мне почивать на лаврах? Ты понимаешь, о чем я?

Мьюз сглотнула.

— Ты нашел тело?

— Мьюз, эта машина… Ты даже представить себе можешь — она просто чудо! Конечно, нам еще и повезло. В последнее время стояла сухая погода. Как давно не было дождя, шериф?

— Две, может, три недели, — ответил Лоуэлл.

— Видишь, для нас это плюс. Большой плюс. Сухая земля. Ты знаешь принцип действия машины, которая просвечивает землю? Для этой крошки я выбрал частоту восемьсот мегагерц. Так я могу заглянуть на глубину четыре фута… всего на четыре фута! Очень часто люди стараются заглянуть как можно глубже. Но редкие убийцы хоронят своих жертв глубже чем на три-четыре фута. Другая проблема для ныне существующих радарных машин — опознать найденный объект. Отличить трубы и корни от костей, которые нас интересуют. Моя «Икс-эр-джей» не только выдает четкие проекции, но с помощью трехмерного усилителя…

— Барретт! — прервала его Мьюз.

Он поправил очки.

— Что?

— По-твоему, принцип действия твоей игрушки интересует меня больше, чем волка — капуста?

Он вновь поправил очки.

— Ну…

— Меня волнуют результаты, которые можно получить с помощью этой штуковины. Поэтому, пожалуйста, скажи мне, что ты нашел, прежде чем я кого-нибудь пристрелю.

— Кости, Мьюз, — улыбнулся Барретт. — Мы нашли кости.

— Человеческие, так?

— Несомненно. Собственно, сначала мы нашли череп. И сразу перестали копать. Сейчас там работают профессионалы.

— Сколько им лет?

— Чему, костям?

— Нет, Барретт. Вот этому дубу. Конечно, костям!

— Откуда мне знать? Коронер, возможно, тебе ответит. Она сейчас на раскопе.

Мьюз поспешила дальше. Лоуэлл последовал за ней. Впереди сияли прожектора, как на съемочной площадке. Мьюз знала, что на раскопах прожектора включают даже при ярком солнечном свете. Как ей объяснил один из экспертов, они помогают отделять пустую

породу от «золота». «Без прожекторов это так же трудно, как спьяну определить в темном баре, насколько хороша телка, которая к тебе клеится. Там кажется, что ты нашел нечто особенное, а утром хочется отгрызть собственную руку».

Лоуэлл указал на симпатичную женщину в резиновых перчатках. Мьюз предположила, что это еще одна студентка — ей не могло быть больше тридцати. Длинные черные волосы она собрала в пучок на затылке.

— Это доктор О'Нилл, — пояснил Лоуэлл.

— Ваш коронер?

— Да. Вы знаете, что у нас эта должность выборная?

— Хотите сказать, что проводится избирательная кампания? Типа: «Привет, я доктор О'Нилл, я очень хорошо справляюсь с трупами!»

— Я мог бы отшутиться, но вы, горожане, слишком уж умны, чтобы воспринимать деревенские шутки.

Подойдя ближе, Мьюз поняла, что определение «симпатичная» к здешнему коронеру не подходит. Тара О'Нилл была ослепительной красавицей. И Мьюз видела, что внешность женщины в резиновых перчатках никого не оставляет равнодушной. На месте преступления коронер не главный, тут заправляет полиция, но О'Нилл притягивала все взгляды. Мьюз сразу направилась к ней.

— Я Лорен Мьюз, главный следователь округа Эссекс.

Женщина протянула руку в перчатке.

— Тара О'Нилл, коронер.

— Что вы можете сказать о теле?

На лице женщины отразилась настороженность, но Лоуэлл кивнул, давая «добро».

— Это вы направили сюда мистера Барретта? — спросила О'Нилл.

— Да.

— Любопытная личность.

— Это мне известно.

— Но его машина работает. Не знаю, как он нашел эти кости, но дело свое он знает. Думаю, хорошо, что они сразу наткнулись на череп. — О'Нилл заморгала, отвернулась.

— Что-то случилось? — спросила Мьюз.

Коронер замотала головой.

— Я выросла в этих местах. Мы тут играли, на этом самом месте. Думаете, я что-то чувствовала, какой-то холодок бежал по коже? Ничего.

Мьюз ждала.

— Мне было десять лет, когда пропали эти подростки, а потом мы с друзьями приходили сюда, знаете ли. Жгли костер. Выдумывали разные истории о том, как юноша и девушка, которых так и не нашли, скрываются в лесу, наблюдают за нами. Они не умерли, а превратились в зомби и готовы наброситься на того из нас, кто зазевается. Глупые, конечно, истории. Их рассказывали, чтобы бойфренд отдал подружке куртку и покрепче обнял. — Тара О'Нилл улыбнулась и покачала головой.

— Доктор О'Нилл?

— Да?

— Пожалуйста, расскажите мне, что вы нашли.

— Мы все еще работаем, но я уже вижу, что у нас практически полный скелет. Найден на глубине трех футов. Мне нужно отвезти кости в лабораторию, чтобы подготовить заключение.

— Что вы можете сказать прямо сейчас?

— Пойдемте со мной.

Вместе с Мьюз она прошла на другую сторону раскопа. Кости, все с бирками, лежали на синем полотнище.

— Одежды нет? — спросила Мьюз.

— Нет.

— Она разложилась или тело похоронили голым?