Чернотроп
Шрифт:
— Открывайте двери клуба, — скомандовал им Борис Валентинович. — Обе! Спрячетесь там в кустах. Сидите тихо, как мышки. Стрелять только по экстренной необходимости. Зомби не должны на вас переключиться. Братья одновременно кивнули и ушли.
— Долго, — почесал бороду Борис и снял очки. — Уже должен прибежать. Всыпаем ему по первое число, если всё обойдётся. Я в деревню, а ты... — Борис вдруг замолчал, посмотрел на свои ботинки и добавил: — Решай по обстоятельствам.
***
Борис добрался до Бякино, не встретив никого на пути. Засел в кустах неподалеку и
«Неужели Сереже хана?» — промелькнула мысль в голове у наставника. — «Черт его дернул за ногу сунуться одному. Решил показать себя, балбес».
Борис Валентинович подкрался ближе. Темнеть стало еще быстрей, и время не шло на руку опытному выжившему. Справа движущиеся силуэты, тени и слегка слышное рычание. В одном из дворов, ближнем к пустым, Борис насчитал голов пятнадцать мертвецов.
— «Ну, всё... Нет больше Сережи». — слеза скатилась с небритой мужской щеки. — «Всё оказалось напрасно. Всё, чему я его учил, оказалось бесполезной тратой времени и сил. Неужели я ошибся? И предчувствие меня подвело? Сережа не тот человек, что спасет всех? Стоп... Кто тогда? Нет-нет, чуйка еще ни разу... Слышишь, брат, ни разу не подвела. Иначе меня давно уже не было».
Мысли терзали голову мужчины. Борис отказывался верить в смерть напарника, но пойти и проверить, нет ли среди зомбаков Сережи, все же не решался. Да и не видать все равно. Наставник хотел уже возвращаться назад, как в одном из домов на секунду сверкнул в окне огонек.
— Показалось? — уже вслух, но очень тихо произнес Борис.
Мужчина присел на землю, не сводя глаз с того окошка. Через несколько секунд огонек вновь появился, будто кто-то зажег спичку. Комната осветилась, но самого поджигателя не видать, только тень показалась на стене комнаты. Голова, туловище, вытянутая перед собой рука — ничего особенного. От увиденного сердце наставника заколотилось и готово было выпрыгнуть из груди.
— «Жив! Вот ведь как... А я... Эх...»
Мужчина, позабыв о безопасности, резко поднялся и быстрыми шагами добрался до этого жилища. Дернул за ручку, открыл дверь и, зайдя в сени, окликнул напарника:
— Сережа, это ты?
Несколько секунд ответа не было, гробовая тишина стояла во всем доме, словно кто-то решил затаиться.
— Это я, Борис! — продолжил радостно мужчина.
Чуть погодя незнакомый голос ответил из задней комнаты:
— Я это я.
Голос не был похож на Сережин. Более низкий и приятный на слух, как у диктора на радио.
***
Лопата стоял в темноте и нервно ждал друзей, с дробовиком в руках, готовый в любой момент помочь. Отстрелить пару мертвых голов либо отвлечь на себя часть деревенских зомби. Костер у дома потух, лишь малиновые угли немного освещали входную дверь. Внезапно Антон услышал шаги, хруст веток под ногами и шуршание опавших листьев. Опытный выживший поднял автоматическое ружье на уровень плеча и громко, уверенным голосом произнес:
— Стой!
Фигура в темноте остановилась.
— У меня оружие. Давай без фокусов. Руки вверх и не дёргайся.
Антон Лопатин достал фонарик и, включив тумблер, направил на незнакомца.
— Сережа? — ошарашенно проговорил мужчина.
— Я, а кто же еще? — ответил молодой человек.
Сергей стоял с поднятыми руками и держал в одной из них мертвого зайца.
— Извиняюсь, что так долго, — улыбнулся парень и опустил руки. — Представляешь, попался-таки косой. Дерево хоть и тонкое, но оказалось слишком сильным для ловушки. Петля сработала, загнутый ствол выпрямился, и бедный пушистик улетел далеко от места. Веревка-то оборвалась, я еле нашел тушку. А вы почему костёр не поддерживаете? Где Борис Валентинович? Я с трудом вышел на наш лагерь. Зачем забор разобрали?
***
Борис вошел в сам дом и увидел стоящего возле стола мужчину с кудрявыми светлыми волосами по плечи. Незнакомец был высок и слегка полноват.
— Ты откуда знаешь, как меня зовут? — спросил бродяга, поджигая спичкой маленький огарок восковой свечки. — Встречались что ли раньше? Тогда какое у меня прозвище? Должен знать, если виделись, его все знают.
— Как... — Борис Валентинович потерял дар речи.
— Не как, а Маэстро. Что-то ты темнишь, дружок, — кудрявый мужчина за три быстрых шага сократил расстояние и, быстро вынув нож из ножен, поднес его к горлу Бориса. — А ну говори, тебе можно доверять? Ты кто, мля... Еще такой, а?
Борис пришел в себя и, собравшись с мыслями, тихо, стараясь не выдавать свой страх, произнес:
— Чувствуешь?
— Чего?
— Железяку, что уперлась тебе в живот.
— Допустим.
— Это дуло автомата. Он заряжен и снят с предохранителя. Мой палец на спусковом крючке, и даже если полоснешь мне лезвием ножа по горлу, я все равно смогу выстрелить.
Маэстро, стараясь не шевелиться, опустил взгляд на своё пузо и поднял обратно.
— Ты кто такой?
— Борис.
— Что делать будем, Борис?
— Ничего. Просто разойдемся. Ты в свою сторону, я в свою.
— Дело говоришь, вот только с домом как поступим? — на виске Маэстро повисла капелька пота.
— А при чем тут дом? — удивился Борис Валентинович и оттолкнул от себя массивного мужчину, сильнее уперевшись в него автоматом. Сергей по прозвищу Маэстро убрал холодное оружие в кожаные ножны и сделал два шага назад.
— Я сюда первым зашел, значит, ресурсы все мои, — настаивал новый знакомый.
— Вот ты про что, — Борис поставил автомат на предохранитель и перевесил с груди на плечо. — Без вопросов, так будет честно.
Наставник осмотрелся в доме, заглянул во вторую комнату и, вернувшись, сел на старый раскладной диван.
— Сергей, ты случайно тут больше никого не видел? — отчаянным голосом спросил Борис.
— Видал, конечно, тут зомбарей полно, но они все дальше, а здесь только заблудшие. Только не зови меня больше так. Меня зовут Серега или Маэстро, а вот имя Сергей терпеть не могу. Не вздумай спрашивать почему.