Чейзер
Шрифт:
– Никто ничего не отнимает, дедушка. Ты успокойся и перестань дрючком своим махать. И помоги мне, прошу тебя.
– Найти беглянку хочешь?
– Старик все же опустил клюку.
– А не поздно ли ты хватился?
– В смысле?
– В беде твоя любимая. В большой беде. Вряд ли ты ее спасешь.
– Слушай, дедуня, давай без загадок. Рассказывай, что знаешь.
– Дуб Алберок все видел и рассказал мне.
– Дед таинственно сверкнул глазами.
– И еще ткань эта поведала то, что скрыто от тебя. Позади
– Ты не каркай, отец, по делу говори.
– А я и говорю по делу. Или ты совсем идиот? Я видел их тут, подле Источника Молодости. Маг с ней был. Темный маг. С Тьмой в сердце. Ему нужна живая вода, но он не может получить ее, потому что заражает ее скверной и превращает в яд. А непорочная дева может набрать воды. Маг послал твою невесту к роднику, а сам стоял наверху, у границы святой земли.
– Мага зовут Езекия Борг?
– Его настоящее имя неважно. Он служит Тьме, и его имя проклято и забыто.
– Дедушка, дорогой ты мой, ты скажи, где мне Жанин искать? Как мне ее спасти?
– Ты опоздал. Ее не спасти уже. Если только...
– Что "если только"?
– Черный маг должен умереть до окончания лунного месяца. Убьешь его - спасешь свою невесту.
– И где мне их искать?
– Маг странствует, страшась остановиться, ибо возмездие идет за ним по пятам. Поэтому продолжай свой путь, и найдешь его.
– Эх, дедушка, загадками говоришь! А мне так нужна помощь.
– Помощь тебе и впрямь нужна.
– Тут старик как-то странно посмотрел на меня.
– Тень Ковена над тобой. Берегись силы ведьм!
Я хотел ответить, но тут случилось непонятное. То ли старикашка странный что-то со мной сделал, то ли таково было действие магического места, но я будто выпал на время из реальности. Как сознание потерял, а когда очнулся - старика уже не было. Исчез, перечник старый, будто не было его.
– Эй!
– позвал я, прекрасно понимая, что поздняк метаться, и дедушка уже не отзовется.
– Отец, ты где?
Кроме крика сорок , журчания воды и шелеста листвы под ветром я ничего не услышал. Все будто приснилось. И шарф - он исчез. Таинственный старик забрал его с собой.
Оставаться у источника больше не имело смысла. Я вывел Грига наверх, сел в седло и пустил коня шагом в сторону Бэкуотера. Так я проехал, наверное, с полкилометра, и тут заметил впереди облако пыли. Его подняли три всадника, скакавшие в мою сторону.
Между нами оставалось метров пятьдесят, когда всадники из колонны перестроились в шеренгу, охватывая меня с флангов. Что-то мало они походили на паломников, скорее на бандитов - испитые грязные морды, нечесанные патлы и бороды, доспехи из звериных шкур и сыромятной кожи.
– Стой, господин хороший!
– скомандовал мне главарь этой троицы, направляя на меня арбалет.
– Не спеши, удели время
Его спутники дружно заржали. Я быстро перебросил мечи со спины под левую руку, готовясь к бою, но небо вдруг рванулось мне навстречу, я услышал жалобное ржание Грига - и опомнился уже на земле, рядом со своим умирающим конем, получившим в голову арбалетный болт.
– Твари!
– выкрикнул я, пытаясь встать, и тут получил сильнейший удар в живот, опрокинувший меня на землю. Все тело просто взорвалось болью. Я с трудом разбирал, что говорит как в трубе звучащий насмешливый голос.
– Все правильно аптекарь сказал - барчук-то наш сюда поехал. С такими клинками и в куртке, за которую поместье купить можно! Хороша добыча, а, сынки?
– Какого дьявола...
– я снова попытался встать, преодолевая боль, и тут обнаружил, что мои мечи уже у предводителя этой шайки. Страшное, темное отчаяние буквально парализовало все мое существо.
– Ты ошибку сделал, барчук, - заявил насмешливый бандит, поглаживая ножны Солера.
– Не надо было в Бэкуотере лишние вопросы задавать. Теперь ты умрешь. А твое барахло станет нашим.
Он направлял арбалет прямо мне в голову. И не промахнулся бы ни при каких обстоятельствах, если бы прилетевшая неведомо откуда длинная стрела не попала ему прямо в затылок в тот самый момент, когда он нажал спусковой рычаг арбалета. Последнее, что я ощутил - удар в грудь, адскую боль и хруст.
Все-таки убил, подонок!
Мысль погасла, как задутая свеча, следом пришла тишина.
***
– ...они не могут этого знать, Саффрен, - говорил красивый грудной женский голос.
– Но нельзя быть беспечными. Поэтому нужно предупредить наших братьев и сестер. Тебе придется отправиться в Орандур.
– Слушаюсь, Хранительница... Ой, он очнулся!
В колышущийся сумрак перед моими глазами вошло миловидное женское лицо, обрамленное капюшоном.
– Замечательно, - сказал красивый голос, и вторая женщина склонилась надо мной.
– Эй, ты слышишь нас?
– Слы-шу, - выдавил я, пытаясь овладеть своим сознанием и телом.
– Лежи спокойно, тебе нельзя двигаться, - велел красивый голос.
– Саффрен, принеси сомносок.
– Где..я?
– В безопасности. Все с тобой хорошо. Очень скоро ты будешь здоров.
– Кто вы... такие?
– Сейчас ты уснешь и проснешься здоровым. Ну-ка!
Меня осторожно приподняли, подложив ладонь под затылок. В груди кольнуло, заныло. Губ коснулся холодный край чашки, и душистое кисловатое питье освежило мой пересохший рот. Я хотел поблагодарить добрых женщин, но язык больше меня не слушался. Интересно, что они...
– Ах ты, очнулся, барин!
– обрадованно сказал мужской голос.
Я открыл глаза. На меня смотрел мужчина лет пятидесяти. Честное открытое лицо, добрые глаза.